– Вы понимаете, о чем он говорит? – спросила она Армстронга.
Шеф безопасности печально кивнул.
– Технология этого очень проста и известна каждому, – продолжил Маккена.
– Это действительно так просто? – спросила Кассандра.
Джордж Маккена оживленно кивнул:
– Да, мадам.
– И сколько карточек вы подделали?
– Около сотни.
Кассандра метнула взгляд на стол.
– Где остальные?
– Я всегда уничтожал карточки задолго до их полного использования и не держал одну карточку слишком долго. Так куда меньше вероятность навлечь на себя подозрение.
– И куда вы девали то, что покупали? Тут уже ответил Армстронг:
– Наш гость, кроме всего прочего, еще и коммерсант. Купленное он продавал, вернее сказать, спихивал за полцены.
Кассандра ударила кулаками по столу.
– Я задам вам еще один вопрос, – сказала она вполголоса, – знаете ли вы кого-нибудь еще, кто занимается этим?
Джордж Маккена согласно кивнул.
Кассандра закрыла глаза.
«Этого не могло произойти. Не могло!»
– Хорошо, – сказал Армстронг, – полагаю, мы закончили. Что прикажете с ним делать?
– Ничего, – сказала Кассандра удивленному детективу, – я хотела бы предложить ему работу. Из всего надо извлекать пользу, не вы ли мне об этом говорили, Кевин?
После этой истории Кассандра решила пересмотреть всю систему безопасности.
– Что же, воровство еще не так страшно, – сказала она Армстронгу, – а можно ли подделать карточки?
– Все то, что было сделано раз, можно повторить, – ответила Армстронг философски.
– Как бы я хотела не слышать этого.
– Посмотрите, мисс Мак-Куин. Прежде мы этого не принимали в расчет. Рисунок на заднем плане выглядит таким замысловатым, что трудно поверить, что кому-то в голову придет мысль попытаться сделать копию. Кто вздумает заняться подделкой карточек, должен будет не только знать технологию изготовления пластика, из которого сделаны карточки, но и потребуется художник, знакомый с технологией этой печати. И поверьте мне: тот, кто решится осуществить эту идею, не пожалеет на нее ни времени, ни денег. А нашим слабым местом является почта.
– Почему?
– Круг ваших клиентов расширяется очень быстро, и по почте передается очень большое количество информации. А для людей, задумывающих пустить в ход серию поддельных карточек, не составит особого труда украсть на почте пакет с парой сотен писем.
Этого Кассандра не ожидала:
– Что-нибудь еще?
– Вам надо попытаться все это наилучшим образом обдумать, – сказал Армстронг, – и попытаться защитить всю информацию, которая должна оставаться конфиденциальной. Имена, адреса, расчетные счета. В грязных руках это может оказаться грозным оружием против нас.
– Я учту ваши рекомендации.
– И чем скорее, тем лучше. Со своей стороны я сделаю все, от меня зависящее. Но промедление с вашей стороны может привести к трагическим результатам.
Кассандра мгновение обдумывала услышанное. Более она не возвращалась к дискуссии. Картина, представленная ей, многое изменила.
– Завтра мы встретимся с одним человеком, – сказала ему Кассандра, – думаю, вас заинтересует эта встреча.
С 1924 года, когда «Нэйшнл Кэш компани» была реорганизована в «Интернэшонал Бизнес Мэшинс», Томас Д. Ватсон занимался самой различной деятельностью. Через двадцать лет в сотрудничестве с Гарвардской инженерной школой компания выпустила первые автоматические калькуляторы. Теперь компания была на пороге выпуска компьютеров второго поколения.
– То, что я хочу вам предложить, мисс Мак-Куин, является прототипом нашей новой IBM 702, нашего первого бизнес-компьютера, – важно пояснил ответственный коммерческий агент, – это как раз то, что вам необходимо. Он способен считывать цифровую информацию, содержащую все сведения о покупках и растратах и составлять отчет о платежеспособности, на деле программа способна производить множество расчетов быстрее и лучше, чем любой банковский служащий.
– Способна ли она воспрепятствовать воровству и подделкам? – скептически спросил Армстронг.
– Быть может, несколько лишь на иной манер, чем вы полагаете, – холодно ответил сотрудник, – она способна учитывать непредвиденные обстоятельства при расчетах. Итак, если карточка украдена, ее номер заносится в программу, и она сообщает, что карточка недействительна. Вы можете попросить продавца задержать под каким-либо благовидным предлогом клиента, пока не прибудет ваш человек для выяснения всех подробностей.
Армстронг наклонил голову и посмотрел на аппарат уже более почтительно.
– Нельзя ли поподробнее.
Этого представитель IBM только и ждал. В течение последующего часа в мельчайших подробностях описывал все детали функционального применения машины.
– Что вы думаете об этом, Кевин? – спросила его Кассандра.
– Если это будет работать так, как описывается, мы будем в выигрыше, – ответил он.
– Тогда мы сделали свой выбор, – сказала Кассандра, – я буду ждать ваших людей в понедельник утром.
– Поверьте, мисс Мак-Куин, вы не пожалеете об этом.
Зачастую не находится причин и объяснений происходящим событиям в мире бизнеса. Экономисты разрабатывают теории, финансисты анализируют ситуацию. Если попросить описать происшедшее с ЮСЭ, Кассандра сказала бы:
– Мы все очень, очень много работали. И нам повезло.
Вслед за бизнесменами карточки полюбила вся Америка. Раз воспользовавшись, никто уже не хотел от них отказаться. Тысячи магазинов принимали их к расчету. Покупатели шли только в те места, где их принимали.
– В этом году вы должны получить свой первый миллион, – сказал Эрик, стряхивая пепел своей сигары.
– Я поверю в это лишь тогда, когда вы мне покажете финансовые отчеты, – сказала Кассандра сухо.
– Можете мне поверить, – сказал он, – и по этому поводу я напомню вам об обещании финансирования обучения моих внуков.
Когда он сказал это, Кассандра поверила ему. Миллион долларов. Это звучало, как все деньги мира. Но это было далеко не так. Это было лишь начало.
– Если все так на самом деле, то почему вы не приглашаете леди на обед? – предложила Кассандра.
– Вы годитесь мне в дочери. Какой интерес вам проводить время с таким старым мерином, как я? Нашли бы себе замечательного молодого принца. Вспомните пример одинокой Розы.
Кассандра была глубоко тронута этими словами Эрика, но вместе с тем чувствовала себя неловко. Она любила его как дочь, и тем не менее хранила от него свою самую большую тайну.
– У меня он есть, – сказала она спокойно, – и был всегда.
Лицо Эрика изменилось:
