и их мохнатых союзников. Что после это начнется, было непонятно, с одной стороны у кочевников были маги с другой стороны город имел высокие каменные стены, а осадных орудий у нападавших не было.
— Может быть, сделать воздушный шар? — от скуки Сергей начал придумывать нечто необычное. — Вот только его мне надо было делать там, у амазонок, здесь необходимых материалов нет, а вот в джунглях их хватает.
Никитин уже начал прикидывать, какие материалы ему нужны для изготовления небольшого воздушного шара, но тут хлопнули входные ворота и слуги, лениво таскавшиеся по жаре, забегали с удвоенной быстротой.
Тысячник и несколько сопровождающих его людей скрылись в доме, через некоторое время из дома выскочил управляющий и стал о чём-то спрашивать у слуг, которые лениво пожимали плечами. Наконец одна из женщин кивнула ему на то укрытие, где скрывался Сергей, и управитель быстро пошёл к нему.
Остановившись около него в тени, он вытер пот и, отдышавшись, пригласил его, присоединится к столу, гость не стал возражать. Правда, теперь Никитин забежал за своей тарелкой, захватив с собой свою прозрачную ложку и что здесь было в диковинку — прозрачную трезубую вилку, на которую все обедающие с удивлением поглядывали.
Когда обед подходил к концу, ворота неожиданно распахнулись, и к Зонтеру подбежал, кто-то из его воинов. Наклонившись к уху начальства, он торопливо прошептал ему на ухо, лицо тысячника скривилось, как будто он съел нечто кислое. Сплюнув на землю, он мрачно посмотрел на десятников.
— Чума подери этого, старого лиса! — недовольно проворчал он. — Собирайтесь! — коротко приказал он десятникам — Пойдём к Лиме, долги взыскивать.
Десятники засуетились, быстро проглотив куски мяса, они потянулись к калитке.
Никитин вопросительно посмотрел на него, тот обреченною махнул рукой.
— Придётся идти, нужно наше присутствие! Ну там это самое! С этой бабы долг взыскать. Да что толку с неё взыскивать, денег у неё всё равно нету, а по закону, если нет денег на уплату долга, дом и земля должны будут отойти городу.
— Жаль бабу — вздохнул тысячник — её Лимой звать. Её мужик десятником у меня был, да подался дурак в ловцы удачи. Взял взаймы у города, сходил так несколько раз туда-сюда, ничего особенного не добыл, да так и сгинул где то под конец. Ну и теперь приходится за долги… эх да что говорить!
— А велико ли хозяйство? — поинтересовался землянин.
— Ну как четверть моего двора. — немного подумав сказал сотник, оглядев свои владения. — Да пойдём с нами, посмотришь, если хочешь.
Никитин, быстро поднявшись к себе и захватив небольшой мешок, спустился вниз, где его с нетерпением ждали Зонтер и его люди. Топор и другие ценные вещи он решил не брать с собой, только накинул куртку, в карманах которой он хранил все свои сбережения.
Немного поплутав по городу и пройдя сквозь обширные, а ныне полупустые торговые ряды, двинулись к окраине города. Тысячника в городе хорошо знали, мужчины и женщины, попадавшиеся им навстречу, приветливо кивали им, кое-кто лез к нему с расспросами, но он нетерпеливо отмахивался и шёл дальше.
Наконец перепрыгнув через очередную грязную канаву, они подошли к немного покосившемуся частоколу. Около ворот их с нетерпением ожидало несколько человек, богато одетый мужчина с лисьим лицом, которого Никитин видел около местного кера. Вместе с ним переминаясь с ноги на ногу, стояло несколько стражников.
— Привет Фасу. — сухо поприветствовал мужчину тысячник.
— Ну, наконец, то — проворчал тот вместо приветствия и кивнул головой стражнику.
Тот с силой начал барабанить в закрытые ворота. Вскоре с той стороны послышался женский голос. После небольшой, но энергичной перебранки им отворили.
Первым вошёл Фасу и небрежно, отодвинув женщину, стал оглядывать территорию. Оглядев всё вокруг, он вытащил свиток и стал неторопливо читать его, зачитав, он что-то сказал зло смотрящей на него женщине, и они стали громко спорить.
Из открытых окон большого, но уже немного обветшалого дома на них испуганно глядели детские лица. Поскольку разговор вёлся на местном диалекте, то Никитин ничего из него не понял.
Тысячник, кивнув на спорящих вкратце ввёл его в курс дела:
— Два сезона назад муж этой женщины взял у города ссуду под проценты, заложив землю, строения и живность, пообещав вернуть городу через два года. Прошло уже три года, долг ещё не погашен, а проценты всё растут. Ну, короче, все, что ты здесь видишь, пойдёт за долги.
— А женщина с детьми куда?
Тысячник неопределённо пожал плечами.
— К кому-нибудь из родни прибьётся. Хотя — тут он придвинулся к нему поближе — городу это хозяйство не больно и нужно, да вот только она — тут сотник сделал неприличный жест и кивнул на Фасу — не захотела того с этим. Вот он и мстит ей теперь.
— И много задолжала.
Зонтер сощурил лоб.
— Ну не так много, домиков восемьсот вроде бы…
— Домиков?
Тысячник порылся, в своём нашейном мешке и показал ему небольшую золотую монету, которая по весу и объёму примерно соответствовала быкам, которые имели хождение за переходом. Никитин повертел её в руке и отдал обратно.
Фасу небрежно потряс свитком перед лицом женщины, после чего ухмыльнулся и взял её за подбородок, вернее попытался взять, она с силой ударила по его руке. Фасу зашипел и затряс рукой. Никитин внимательно посмотрел на женщину. Несмотря на то, что ей было уже далеко за двадцать, выглядела она достаточно хорошо.
Длинные, небрежно схваченные лентой, чёрные волосы густой волной опускались ей почти до ягодиц, большие чёрные глаза, красивый овал лица, тонкая талия, перетянутая узким ремешком, высокая грудь. Даже по канонам его времени её можно было назвать красавицей. Фасу прикрикнул на неё, она ему, что-то негромко бросила в ответ, мужчина криво усмехнулся и поманил к себе Зонтера.
Потом все троё опять заспорили.
— Чего это они спорят? — обратился он к переминающемуся с ноги на ногу десятнику.
Десятник сперва с недоумением посмотрел на него, потом до него дошло, что он не понимает местного языка, и он стал вкратце переводить.
— Ну, Лис говорит, что поскольку она не может вернуть сейчас то, он будет описывать её имущество городу. — Лисом он называл Фасу, который действительно сильно смахивал на это животное. — Ну а баба говорит, что ей некуда идти с детьми. Ну да ничего прокормится, она баба в самом соку — он по-приятельски подмигнул Никитину.
— А если я захочу купить здесь всё. — Никитин обвел рукой этот участок.
Десятник пожал плечами:
— Деньги есть покупай. Выкупай у города закладную и делай здесь, чего хочешь
