Она нежно коснулась его лица.
— Ричард Сайфер, ты исключительная личность. У меня никогда не было такого супруга. Забери меня духи, я никогда не встречала такого человека. Того, кто сотворил со мной то же, что я делала с тобой, я убила. А ты, вместо этого, мне помог.
— Мы можем быть только такими, каковы мы на самом деле, госпожа Денна. Ни больше, ни меньше. — Он посмотрел на свои руки. — Что он с тобой сделал! Не по душе мне все это.
— Ты не понимаешь, что такое Морд-Сит, любимый. В Морд-Сит избирают совсем маленьких девочек. Те, кто призваны стать Морд-Сит, — самые мягкие, самые добрые, каких только можно найти. Говорят, что глубочайшая жестокость идет от глубочайшей нежности. Они ежегодно прочесывают вдоль и поперек всю Д'Хару и выбирают всего лишь полдюжины. Морд-Сит ломают три раза.
Его глаза невольно расширились.
— Три раза? — прошептал он.
Денна кивнула.
— Первый раз так, как я сломала тебя. Это чтобы сломить дух. Второй раз — чтобы лишить сострадания. На глазах у будущей Морд-Сит наставник мучает ее мать до тех пор, пока та не умрет. На третий раз ломают последний барьер: страх сделать другому больно. Нас обучают причинять людям боль и наслаждаться этим. Девочку заставляют сломать собственного отца, превратить его в послушную марионетку, а потом замучить до смерти.
У Ричарда по щекам текли слезы.
— И тебя заставили пройти через это?
— То, что я творила с тобой, не идет ни в какое сравнение с тем, что делали со мной, когда ломали во второй раз и в третий. Чем мягче и добрее девочка, тем лучше из нее выйдет Морд-Сит. Но ее труднее сломать и во второй, и в третий раз. Магистр Рал считает меня особенной, потому что им было нелегко сломать меня во второй раз. Мама долго мучилась, она не хотела умирать, не хотела лишать меня последней надежды. Но от этого было только хуже. И мне, и ей. Третья ломка им не удалась. Меня уже хотели убить, но вмешался сам Магистр Рал. Он сказал, что, если меня все же удастся сломить, я стану чем-то особенным. Он сам взялся за меня. Это он сломал меня в третий раз. В тот день, когда я убила отца, он взял меня к себе в постель. В награду. Эта награда оставила меня бесплодной.
Комок в горле мешал Ричарду говорить. Он дрожащей рукой откинул с ее лица прядь волос.
— Я не хочу, чтобы тебе причиняли боль, госпожа Денна. Никто и никогда.
— Для меня большая честь, — прошептала сквозь слезы Денна, — что Магистр Рал наказал меня моим собственным эйджилом.
Ричард сидел неподвижно.
— Надеюсь, госпожа Денна, что завтра он убьет меня, и я больше никогда не увижу, как тебя мучают.
В ее глазах играли отблески пламени.
— Я творила с тобой такое, чего не творила еще ни с кем, и вот ты первый, кто пожалел меня, первый, кто захотел унять мою боль. — Она села на кровати и взяла миску. — Здесь еще кое-что осталось. Я смажу твои раны там, где Констанция касалась тебя без моего согласия.
Денна смазала ему плечи, грудь, живот. Глаза их встретились. Ее рука замерла. Повисло молчание. Денна наклонилась и нежно поцеловала его, потом отстранилась, обняла одной рукой и поцеловала еще раз.
Она опустилась на постель, взяла его руку и обеими руками прижала ее к своей груди.
— Иди ко мне, любимый. Я хочу тебя прямо сейчас.
Ричард кивнул и потянулся за эйджилом. Денна коснулась его запястья.
— Сегодня я хочу тебя без эйджила. Покажи мне, пожалуйста, как это бывает без боли.
Она обняла его и нежно привлекла к себе.
Глава 43
Утром Денна сообщила, что сегодня занятий не будет:
— Магистр Рал, — объяснила она, — оказал нам честь, изъявив желание лично побеседовать с тобой. Он ждет нас после второго посвящения. А пока, дружочек, прогуляемся немного по Дворцу.
Когда отзвучали последние слова посвящения, они поднялись с колен и направились к выходу.
— Ты сегодня на редкость хорошо выглядишь, сестра Денна! — раздался сзади голос Констанции. Денна обернулась, одарив бывшую подругу презрительным взглядом. На Ричарда накатила волна гнева и омерзения: он не мог простить Констанции предательства по отношению к Денне. Стараясь сдержать охватившие его чувства, Ричард устремил взгляд на косу Денны.
— До меня дошли слухи, что сегодня тебе предстоит встреча с Магистром Ралом, — сказала Констанция. — Это великая честь, прими мои поздравления. Если не отправишься после этого к праотцам, мы будем видеться чаще. Наедине. Как только Магистр Рал разберется с тобой, ты полностью перейдешь в мое подчинение.
— Думаю, госпожа Констанция, год твоего избрания был особенно тяжелым для Морд-Сит, — дерзко отпарировал Ричард. — Это единственное разумное объяснение, которое приходит мне в голову. Своими, мягко говоря, невыдающимися умственными способностями ты позоришь всех своих сестер. Лишь безнадежная дура смогла бы принести в жертву собственным мелким амбициям многолетнюю дружбу. Тем более, если друг так много для тебя сделал. Ты не только недостойна называться Морд-Сит, ты недостойна даже целовать эйджил госпожи Денны!
Констанция побледнела от возмущения. У Ричарда на лице играла спокойная уверенная улыбка.
— Тебе остается только надеяться, что магистр Рал отправит меня к праотцам. Иначе ты дорого заплатишь за то зло, которое осмелилась причинить госпоже Денне. Если я останусь в живых, госпожа Констанция, клянусь, я убью тебя.
Констанция в бешенстве пожирала Ричарда глазами. Наконец ей удалось стряхнуть оцепенение. Зажав в руке эйджил, Констанция кинулась к обидчику, но Денна оказалась проворнее. В мгновение ее эйджил оказался у горла предательницы. Констанция отпрянула, пошатнулась и медленно осела на мраморный пол, задыхаясь и сплевывая сгустки крови.
Денна отстраненно посмотрела на нее, брезгливо отвернулась и, так и не произнеся ни слова, быстро двинулась прочь, потянув за собой Ричарда.
Он поспешил догнать ее и пошел рядом.
— Попробуй угадать, во что обойдется тебе эта дерзость. Сколько часов ты заработал? — не оборачиваясь, спросила Денна.
— Госпожа Денна, — улыбнувшись, ответил Ричард, — если на свете и существует хотя бы одна Морд-Сит, способная вырвать крик у мертвого, так это ты. Только ты.
— И все же? Если ты останешься в живых после беседы с Магистром Ралом, сколько часов тебе предстоит расплачиваться за эти несколько секунд?
— Госпожа Денна, всех дней и часов моей жизни, сколько бы их ни осталось, не хватит, чтобы сполна оплатить испытанное мной удовольствие. Поверь, я ни о чем не жалею.
Губы Морд-Сит тронула едва заметная улыбка. Не поворачивая головы, она бросила через плечо:
— Рада это слышать. — Потом она добавила, посмотрев краем глаза на спутника:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
