части Видземе, на основе языковых материалов исследователи также относят к предкам земгалов (Моора Х.А., 1958, с. 31, 32; Атгазис М.К., 1980, с. 92, 93).
С V в. в бассейне Лиелупе и в юго-западной Видземе курганный обряд погребения исчезает. Он постепенно сменяется грунтовыми захоронениями. Наблюдается генетическая преемственность между этими древностями, исключающая предположение о миграции сюда в то время нового населения. Обряд погребения — трупоположение — остается прежним. В некоторых грунтовых могилах сохраняется венец из камней. Прослеживается постепенное развитие украшений, орудий труда и прочих элементов культуры.
Эволюция обрядности и материальной культуры земгалов на протяжении от V до XIII в., когда принадлежность древностей этому племени определяется письменными источниками, не имеет каких-либо перерывов или скачков (табл. CXV).
В V–VII вв. вырисовываются племенные особенности земгалов, очевидно свидетельствующие об их сложении как отдельной этнической группировки балтов.
Для земгалов, впрочем, как для латгалов и селов, характерна противоположная ориентировка погребенных. Мужчин хоронили в основном головами на восток, женщин — на запад. В X–XII вв. женские погребения ориентируются преимущественно на север — северо-запад или на север, мужские — в противоположном направлении. Мужским захоронениям земгалов свойственно присутствие оружия и орудий труда, в женских обычно встречаются украшения.
Характерным женским головным убором земгалов был жгутовый (или спиральный) венок. Он состоял из массивных трубкообразных спиралей, нанизанных на лыковый жгут, который предварительно обматывался шерстяной пряжей. На затылке он имел своеобразную «косу», сделанную из спиралек в несколько разветвлений. Подобные головные венки характерны также для латгалов и селов. От последних земгальский головной убор отличается массивными скреплениями.
Распространенным украшением земгальских женщин были бронзовые шейные гривны. Пользовались типами, встречаемыми и среди других балтских племен. В V–VII вв. чаще иных бытовали гривны с утолщенными и фасетированными концами (табл. CXVI, 3) а в VII–XI вв. — с петлей на одном конце и пуговицеобразным утолщением или крючком на другом (табл. CXVI, 14) и с неравномерно тордированным стержнем (табл. CXVI, 11). Передки в земгальских древностях также гривны с седловидными концами и дротовые в три-четыре оборота.
Распространенной принадлежностью женской одежды земгалов были бронзовые булавки. Для V–VI вв. свойственны булавки с конусообразной головкой (табл. CXVI, 6, 11), к V–VIII вв. относятся булавки с профилированной головкой (табл. CXVI, 12), к VI–VII вв. — с колесообразной, дополненной треугольником. В памятниках VI–XI вв. встречаются булавки с треугольной головкой, а VI–XIII вв. — с крестовидной головкой. На основе последних эволюционировали крестовидные булавки, получившие широкое распространение среди эстов. Земгальские булавки нередко являлись составной частью нагрудного украшения из бронзовых цепочек.
Все названные типы булавок не были собственно земгальскими. Этнически определяющими для этого племени являлись булавки с кольцевидной головкой (табл. CXVI, 7), ставшие характерной деталью украшений земгальской женщины.
Распространены были среди земгалов также пластинчатые браслеты и различные подковообразные застежки (табл. CXVI, 25).
Собственно земгальскими можно считать массивные бронзовые браслеты с треугольным ребром посредине (табл. CXVI, 23), относящиеся к V–VIII вв. Они стали прототипом манжетообразных браслетов (табл. CXVI, 21), которые получили весьма широкое бытование среди земгалов и жемайтов и в меньшем количестве проникали к латгалам.
Для мужских погребений земгалов характерны железные втульчатые топоры, втульчатые наконечники копий, пешни и косы. Изредка в этих захоронениях встречаются кресала и точильные бруски. При женских трупоположениях обнаружены железные мотыги (табл. CIX, 4), серпы, шилья и пряслица из песчаника.
На основании рассмотренных данных территория земгалов определяется как бассейн р. Лиелупе с прилегающими к нему районами (карта 44). Западная граница ее простирается до р. Вента, охватывая бассейны рек Муша и Левуо. Здесь соседями земгалов были курши. Древности последних в целом заметно отличаются от земгальских, но имеются и общие элементы. Так, например, названные выше втульчатые топоры, мотыги, косы и пряслица встречаются также в погребальных памятниках куршей.
На юге земгалы вплотную соприкасались с жемайтами. Граница между ними проходила приблизительно по линии Шауляй-Папиле-Мажейкяй (Таутавичюс А., 1968в, с. 63). Бассейн р. Нявежис принадлежал уже жемайтам. В течение всей второй половины I тысячелетия н. э. наблюдается близость культуры земгалов и жемайтов. Последние также ведут свое начало от племен, оставивших курганы с каменными венцами. Среди древностей жемайтов имеются жгутовые головные венки, очень распространены манжетовидные браслеты, встречаются общие типы предметов вооружения, в частности короткие широкие боевые ножи (Атгазис М.К., 1980, с. 97, рис. 4). Погребальный обряд и инвентарь позволяют утверждать, что земгалы и жемайты были во второй половине I тысячелетия н. э. близкими по культуре родственными племенами. В дальнейшем различия в обрядности увеличиваются — в среде жемайтов получили распространение трупосожжения и погребения с конями.
Восточными соседями земгалов были селы. Это также были родственные племена. Между ними обнаруживается целый ряд общих элементов, но в заметно меньшей степени, чем между земгалами и жемайтами. Как и у земгалов, в среде селов доминирует противоположная ориентация умерших и близкие типы украшений, но погребениям селов свойствен своеобразный набор предметов вооружения и орудий труда (проушные топоры, черешковые наконечники копии и др.). Граница между жемайтами и селами проходила несколько восточнее линии Паневежис-Пасвалис.
Как уже отмечалось, на севере ареал жемайтов захватывал юго-западную часть Видземе, берега р. Гауи. Здесь известны грунтовые могильники VI–VIII вв. с материальной культурой земгальского облика. Однако, как мужские, так и женские погребения здесь ориентированы на северо-запад, что исследователи объясняют влиянием прибалтийско-финской традиции. В самом начале II тысячелетия н. э. наблюдается сужение территории земгалов. В Видземе и в нижнем течении Даугавы в X–XII вв. имело место взаимодействие культур земгалов и ливов. Господствующим этническим элементом в этом регионе стало ливское население.
Материалов для подробной характеристики рядовых неукрепленных поселений ареала земгалов пока не имеется. Систематических разведок и раскопок селищ здесь не производилось. Имеющиеся сведения, вобранные в процессе полевых работ, прежде всего М.К. Атгазиса, невелики и малоинформативны для обобщений.
Можно только утверждать, что неукрепленные поселения были наиболее распространенной формой расселения основной массы земгалов. На одном из таковых, Ведмерском селище, расположенном недалеко от Даугмале, раскопами исследована крестьянская усадьба середины I тысячелетия н. э., ограниченная изгородью. В наземном жилище площадью около 20 кв. м имелся очаг. Около последнего собраны фрагменты лепной керамики с облитой, защипной, а также гладкой и лощеной поверхностью (АО 1968 г., с. 371).
Ко второй половине I тысячелетия н. э. относятся единичные городища, которые также пока не стали объектами систематического исследования.
Хорошо
