обратился к автору доклада. — Если быть беспристрастным, то, согласись, твой доклад больше смахивает на низкопробный детектив. Однако… — говоривший приструнил взглядом радостно вскинувшегося оппонента. — Так же есть ещё и факты нетипичной активности Тумана именно в этом районе и в это время, что обошлось нам в весьма круглую сумму. Чему у нас нет пока другого объяснения, кроме интерпретации событий, указанной в докладе, так как ранее удары туманников по нам всегда были ответом на наши же действия. Да, я знаю, что пропаганда кричит об обратном, но если мы сами начнём верить тому, что вещают новостные каналы — нам тут тогда точно не место.
В комнате повисло напряжённое, недовольное молчание. «Миротворец» обвёл взглядом присутствующих, и видя обоюдное отсутствие желания идти на примирение, продолжил.
— Да, кстати, что говорят врачи насчёт твоего человека? — он решил немного перевести тему, чтобы сбить накал дискуссии.
— Они в замешательстве. С одной стороны, налицо классическая картина внезапного обширного инсульта. С другой… общее состояние здоровья, по их словам, абсолютно не имеет никакой предпосылки к данному состоянию. Говоря канцелярским языком — организм молод, тренирован, сосуды крепки и упруги, проблем с давлением тоже не было. У вояк оказался в отряде относительно неплохой врач, который, по сути, и спас жизнь моему человеку, если текущее состояние можно назвать жизнью. Он-то и дал показания о состоянии агента на момент кризиса. В общем, никаких серьёзных видимых проблем, могущих привести к такому результату — не замечено. Вот только док Петерс, после целой программы исследований, склоняется к версии, что сосуды головного мозга моего человека были надрезаны заранее. Причём так ювелирно, что любое краткосрочное повышение давления, которое мы в обычной жизни даже не замечаем, могло привести к такому результату. И надрезы были сделаны одномоментно и буквально «вот только что». Иначе они спустя пару часов затянулись бы сами, без следа. Но более точно он сказать не может, так как прошло уже слишком много времени. Вся картина повреждений полностью смазана. Хотя, как такое возможно — он не понимает. Его теория основана на том, «а что должно было произойти, чтобы такая клиническая картина стала реальностью». Про контакты агента с туманниками он не в курсе.
— Каковы шансы на излечение?
— Практически никаких, — говоривший угрюмо покачал головой. — Слишком обширные повреждения. Слишком много времени прошло до момента размещения в нормально оборудованной клинике. Сейчас мой человек — фактически, пустая оболочка. Всё, что осталось — это её записи, письма и показания армейского лейтенанта.
— Вы только на них ещё ссылаться не вздумайте. Тоже мне — явление дьявола народу среди бела дня. Тьфу! Вас на смех поднимут. А все церковники — проклянут, если вообще не объявят сатанистами. Когда эти показания записывали — хоть бы мозгами пошевелили!
— Дача показаний контролировалась полиграфом. Допрашиваемый в употреблении психотропных веществ ранее замечен не был, что подтверждают и его сослуживцы. К сожалению, у нас есть только один единственный живой свидетель происходившего, и нет возможности сравнить его показания с другими свидетелями. Есть, конечно, ещё запись диктофона, но…
— Вот именно! Расшифровка записи во многих местах очень сильно расходится с показаниями этого вашего «свидетеля». Я, думаю, вам знакомо такое понятие «врёт, как очевидец»? Вот вам наглядный пример. А уж о рекомендациях, которые оставила в другой записи ваш агент, я вообще молчу.
Говоривший, порывшись, выхватил из своей папки один листок.
— Как вам такое: «Чтобы ввести эсминец Тумана в алгоритмический ступор, необходимо незаметно приблизиться к нему со стороны кормы и резко, взасос, поцеловать его рулевое оперение. Реакция на данное действие не предусмотрена базовыми алгоритмами, что вызовет у него шоковое состояние и зацикливание алгоритмов, после чего с ним можно будет делать всё что угодно». Или вот, другой шикарный совет! «Транспортные и ремонтные суда Тумана теряют волю к сопротивлению при виде большого количества мороженного, созданного исключительно из натуральных ингредиентов, без примесей искусственных наполнителей, начиная от тонны». Вы ещё будете утверждать, что ваш человек, диктовавший это, находился в здравом уме? Как вы себе представляете выполнение данных рекомендаций, и как на них отреагируют военные и конгрессмены? Это я ещё не спрашиваю, с дна какой бутылки были получены такие «точные» сведения.
— В обычных условиях я бы с вами согласился. Но именно, что в обычных. А тут у нас Туман, о реальных возможностях которого ничего достоверно не известно. И я бы не стал опираться только на фактуру записи с диктофона. В таких вещах слово играет далеко не самую важную роль. Важно и остальное: жесты, мимика, время и местоположение, интонации, подтекст… Всё. К сожалению, из всего этого нам почти ничего не доступно. Поэтому мои люди и сейчас продолжают анализировать всю полученную нам информацию по этому делу. В том числе, достоверность и семантическое наполнение этих записей. Я для того их и оставил в этом докладе, чтобы показать, что мы учитываем любые данные, даже такие. Ведь наша задача расследовать все потенциально опасные события, проанализировать всю имеющуюся информацию, которая может оказаться важной, независимо…
— Чушь! Мы не можем позволить себе гоняться за призраками или фантазиями отдельных людей. Вам стоит более критично относиться к поступающей информации, и не тратить силы на явную дичь. Очень многие вещи легко объясняются некомпетентностью отдельных должностных лиц и их подчинённых.
— Что-о-о? Ты намекаешь? Да я…
— Господа, господа!!! А ну сели и успокоились! Нам только уличной драки здесь не хватало. Раз у вас настолько диаметрально противоположные позиции, то давайте я сам попробую подвести итоги и озвучить компромиссное решение. Первое. В текущем виде, извини, — он развёл руками перед автором доклада — сообщать Конгрессу данную информацию бессмысленно и вредно. Нас просто, действительно, поднимут на смех, независимо от реальной ситуации — был там Туман, или нет. Кто-то перепугается до колик просто от слухов, что Туман, возможно, проявил интерес к суше. Кто-то начнёт воинственно орать, требуя именно от нас с вами силового захвата эмиссаров Тумана, а чем это может закончиться, думаю, у вас иллюзий нет. Но в чём у меня нет сомнений, так это в том, что все конгрессмены, дружно, посчитают нас законченными придурками, а уж в голос или «про себя» — дело десятое. Что начнётся, когда эта информация попадёт в прессу, а ведь эти болтуны её сольют сразу же… Тут даже думать о таком неохота, журнашлюхи раздуют такое…
Говоривший отхлебнул воды из стоявшего рядом стакана.
— Поэтому, предлагаю. Доклад засекретить под грифом «Только для внутреннего использования», с рангом доступа не менее чем «АА», а лучше
