Но решение было, и не одно. Во-первых, это банальнейший подкуп, со слов графа не раз открывавший им проход в столицу под протекцией герцога де Тида, его бывшего работодателя. Во-вторых, можно было все той же магией денег, открыть ворота контрабандистов, целого преступного синдиката, знающего свои пути доставки за каменный забор, ну и в-третьих, можно было просто не входить. Да-да, тупо не лезть на рожон, а купить себе старинное полу заброшенное поместье, принадлежавшее одному из некогда славных, а ныне находящихся в упадке родов столичной аристократии, в обилии в свое время настроивших усадьб и больших домов так сказать на лоне природы за чертой города.
Домов было множество на любой вкус, за небольшой зоной отчуждения перед непосредственно городской стеной начинался своеобразный пригород из частного сектора, поделенный на участки исключительно из расчета величины денежного мешка будущего хозяина. Мы же пока оставались в дикарях, расположившись лагерем, на телегах, дело выбора дома было серьезным капиталовложением, от чего торопится, не хотелось. Мои слуги на сутки скрылись в городе, вызнавая полную процедуру купли-продажи имущества, выискивая нужных чиновников на нужных местах. Наше благо что существовала королевская административная земляная контора, где воедино соединялась в одних руках общая картина продаваемого и проданного, а так же просто находящегося в городской казне надела. За одно только это стоило местным властям пожать руку, не придется стучаться в каждые ворота с вопросом: «Извините, дом не продаете?».
На вторые сутки, в наш лагерь прибыл младший управляющий земельной конторы лер Свиртки. Совершенно несобранный юноша под двадцать лет, с всклокоченной гривой кудрявых волос на голове и болезненной худобой тела. Этот Свиртки оказался «швитким» парнем, с живым и хорошо подвешенным языком, без запинки обильно жестикулируя принявшийся рекламировать свой товар, мертвым грузом проходящий по гроссбухам его канторы.
— Вот посмотрите, какой прекрасный образец архитектуры короля Фердиса Второго! — Мы уже пол дня кружили по этому дачному поселку, переходя от участка к участку и рассматривая очередной «прекрасный образчик» архитектуры того или иного столетия. — Некогда дом принадлежал купцам Пострамонте, известной в свое время, ну а ныне разорившейся семье.
День в пустую, второй. Мы с графом наматывали по кругу выслушивая словоохотливого земельщика, но так и не находя приличного дома. А что поделаешь, коли все, что не потребно, все, что по тем или иным причинам не поддерживается семьей и соответственно вниманием со стороны пусть и минимальных денежек, уже за пару лет не отапливаемой зимы склоняется на бок, продувается разбитыми окнами и зияет в небо здоровенными дырами в кровле.
— Свиртки. — Признаться я вымотался и уже даже не помышлял о дешевом варианте, склоняясь к тому что бы купить дом у живых и здравствующих хозяев, а не выгадывать барыши влезая в аферу с этими полу развалинами. — Мы так можем кружить вечность, давайте мы с графом будем показывать вам пальцем на ту или иную усадьбу, а уж вы нам будете говорить, есть ли возможность ее выкупа и кому она принадлежит.
Граф с благодарностью мне отвесил поклон, так как похоже ему тоже до чертиков надоели эти экскурсы в прошлое и брожения по местам археологических раскопок, а не приличных строений.
— Как вам будет угодно господин барон! — По лукавому взгляду, я вольно невольно но предположил, что похоже именно этого и добивался этот торгаш, специально водя нас по самым худшим местам, что бы потом погреть руки на нашем отчаянье. Ну да, на том похоже и живет засранец, это его хлеб, масло и что они там себе любят намазывать поверх всего этого хозяйства?
Не мудрствуя лукаво тут же решил проверить гипотезу, ткнув пальцем в довольно солидный земельный участок с высоким каменным домом своими арочками и миниатюрными башенками повторявший изысканный замок. Он мне уже давно глаз мазолил, все это время мы старательно обходили его стороной, хотя я совершенно четко видел что дом явно пустует, причем не один год.
— О нет, ваше благородие! — Свиткич выронил папку с грамотами, что прижимал до этого с любовью к своей груди. — Что угодно господин барон только не дом старого Фельма!
— Это почему же? — Я промок под вновь начавшимся дождем, проголодался и изрядно подустал, что бы плестись куда-то сегодня еще.
— Как вы разве не знаете? — Он захлопал глазами. — Арк Фельм бывший торговый магнат, некогда личный поставщик оружия для королевской гвардии, баснословно богатый человек, правда, без титула, пользовался личной протекцией короля…
— И? — Не совсем учтиво перебил я поток его словоизлияний.
В общем и целом занятная личность оказалась, о которой, что при жизни, что после смерти ходили множество слухов.
— Стоп, стоп! — Десмос замахал руками на Свиткича. — Дом с привидениями?
— Ага. — Потупил взгляд паренек.
— Демоны преисподней! — Граф расхохотался. — Барон, я почему-то, другого я от вас и не ожидал! Давай Свиткич, беги в контору, мы берем!
Уже к вечеру наш обоз въехал во двор усадьбы, с трудом распахнув створки заржавевших кованых ворот, в три слоя обмотанных толстой цепью, с больших амбарным замком. Красиво. Здесь когда-то было наверняка очень красиво, до сегодняшнего дня, когда все побило ржавчиной, а полы и стены покрыла многолетний ковер из пыли и серого запустения.
Своя конюшня, кузня, разбитая ныне мародерами оранжерея, где вместо стекла были искусно подобраны слюдяные пластины. Огромный зал, искусно украшенный камин, множество комнат, чего тут только не было. Это и вправду был миниатюрный замок, в который в свое время вкладывалось много сил и финансов, благодаря чему даже по прошествии стольких лет дом по прежнему был основательным и крепким.
— Какой странный пол. — Озвучила общую мысль Ромашка, когда мы, наконец, более или менее раскидали вещи по комнатам и собрались в лице Априи с графом в общем зале, где нам накрыли ужин. — Никогда раньше подобного не встречала.
Здесь так не строили. Черная и белая плитка большого формата повсеместно устилала особняк от конюшни и кухни до самого чердака, в четком геометрическом порядке. Даже дорожки для прогулки по саду были исполнены в этом стиле.
— Мне не нравится его расползающаяся улыбка! — Бабуля обвинительно кивнула на графа, присутствовавшего при разговоре с Свиткичем, когда он поведал нам историю этого места. Граф просто лучился улыбкой до ушей видимо в предвкушении того момента, когда я буду вынужден поведать жильцам историю этого дома. Ну а я что? Чем не момент? Под вытягивающиеся лица бабули и Ромашки я стал рассказывать то, что узнал об этом месте и его жильцах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
