– Подожди… – Лека торопилась – китаец уже заканчивал упаковывать вещи в два огромных баула, каждый из которых был сравним по размерам с самим Ваном. – Демид, дело даже не во мне! Дело в Силе, которой я обладаю! Ты забыл о ней? Без меня ты станешь вдвое слабее.
– Сила? – Властный взгляд Защитника придавил Леку. – У тебя не будет больше Силы. Я заберу ее.
– Что? Что за чушь ты несешь, Дем?
– Я заберу твою Силу, – сказал Защитник. – Ты станешь обычным человеком – ты ведь всегда этого хотела? Впрочем, твои желания особого значения не имеют. Я заберу Силу и у своей матери – Сила ее огромна, но она не умеет пользоваться ею. Я заберу Силу у всех людей, которые ей обладают. Они потеряют свои способности паранормов. Они станут просто людьми. Они не знают о том, что когда-то были бессмертными духами. И теперь, может быть, не узнают никогда. Сила их послужит мне – пора отдавать долги!
– Значит, на земле больше не будет чудес? – Лека почему-то поверила, что Демид может сделать это.
– Будут. Все это временно. Я заберу Силу людей лишь на время. Мое человеческое тело слишком жалко и немощно, чтобы долго удерживать такую ношу. И когда наступит развязка, все станет на свои места. – Демид горько усмехнулся. – Те, кто наделен Силой, снова смогут использовать ее, чтобы дурачить людей, показывать магические фокусы и насылать порчу.
– Развязка… Ты ведь справишься с ним, Демид?
– Не исключен и такой вариант.
Демид прошелся по комнате. Мощь, исходящая от него, заставляла стулья испуганно отпрыгивать в сторону. Дом притих в ожидании, не узнавая своего хозяина.
– Ван, ты готов?
– Да, Тай… Демид.
– Ну что же, мне кажется, прощание затянулось.
– И это ты называешь прощанием? – горько спросила Лека. – Вспомни, сколько раз мы говорили о том, что будет, когда все это кончится…
– А чего бы ты хотела – слез, горячих объятий? Последнего "прости" при тревожном свете луны?
– Знаешь, на кого ты сейчас похож? – выпалила Лека. – На Германа, на Табунщика.
– Ты ошибаешься, – сказал Демид.
И улыбнулся – ровно, ослепительно, показав безупречно белые зубы.
Улыбка его больше не была кривой.
ГЛАВА 22.
– Ван, ты дозвонился до своего коллеги Цзяо? – спросил Демид.
– Да, я нашел его в Бомбее.
– И сколько же звонков пришлось тебе сделать?
– Сейчас уточню. – Даос извлек из кармана бумажку, испещренную аккуратными стенографическими знаками. – Всего девять звонков. Не так много…
– Да… – Демид поскреб пятерней затылок. – Ладно, не будем о грустном. – Ты узнал что-нибудь?
– Да.
– "Пентоу шу"?
– Да.
– Невероятно! – Демид привскочил на месте. – Это просто невероятно! Сотни лет люди искали эту книгу, совершали мистические обряды, чтобы божества были благосклонны и позволили им прочитать ее. А теперь – несколько дней, несколько звонков – и все готово!
– Теперь эта книга – лишь обрывок обгоревшего шелка. Она хранится в запасниках Национального Музея в Сиэтле, и содержимое ее занесено в компьютерную память. Так что ты можешь узнать ее содержимое, и никакие духи тебе в том не помешают.
– И что же там?
– Там все, что нам нужно. Все, что мы хотели знать. ЭТО находится на Алтае.
– Я знаю это и без тебя. Не стоило тратить такие огромные деньги, чтобы…
– Тебе жалко денег, Демид? – Китаец удивленно покачал головой. – Это не похоже на тебя. Я оплачу эти расходы.
– Послушай, Ван, давай не будем терять время на мелочные разборки. Ты что, собираешься облазить все горы Алтая, заглядывая в каждую мало-мальски стоящую дыру? Я уже битый час пытаюсь выудить из тебя что-нибудь стоящее. Что сообщил тебе Роберт Цзяо?
– Вот. – Ван открыл чемоданчик и достал длинный лист бумаги. Черные значки выстроились на нем вертикальными столбцами. – Это пришло по факсу. Хочешь прочитать?
– Читай сам. – Демид изумленно уставился на листок. – Это что за чертовщина такая? Это даже на иероглифы не похоже! Рисунки детские какие-то! Твой приятель Цзяо что, китайского не знает?
– Это древнекитайская письменность. Этот документ написан за сотни лет до нашей эры, но понять его не так уж сложно. Вот смотри, графема "чжень" – она обозначает "человек" и изображает стоящую фигурку. Вот знак "ши" – "воин". Он не слишком отличается от теперешнего…
– Перестань терять время, Ван! Читай быстрее!
Ван нацепил на нос очки и, водя пальцем по бумаге, монотонно забубнил:
– …И говорил он: «Можно ли познать неведомое, но я познал! Прошел по следам Духа и увидел следы его». И увидеть следы его можно было лишь с Горы Девятого неба, что выше всех пяти вершин. И каждый шаг Духа был три ли длиною и сделал он всего тысячу шагов. И избрал он место то в старых северных горах, ибо противоположность тому месту опускалась в Южное Море. И заточил братьев своих. Спросил Полководец Бессмертного: «Провинны ли те духи?» Бессмертный ответил: «Провинны, ибо хотели всего и не довольствовались малым». Тогда и Полководец сказал: «Провинны». Сел он на облако, и поднялся во Дворец, где засвидетельствовал почтение Духу Полярной звезды, четырем небесным правителям, духам Девяти планет, зенита и восьми стран света, двадцати восьми созвездий и остальным обитателям звезд и Небесной Реки…
– Хватит. – Демид встал и положил руку на бумагу. Пока хватит. Мифология, конечно интересная, но меня интересует только цифра. Три тысячи ли – сколько это будет километров?
– Две тысячи триста четыре километра, – сказал Ван, подсчитав столбиком на бумажке. – Приблизительно, конечно.
– Что такое Гора Девятого неба?
– Я думаю, что имеется в виду гора, достигающая самых высоких небесных сфер. Может быть, это Чомолунгма?
– Джомолунгма? Я тоже так думаю. Но почему Алтай?
– Я не собираюсь искать ответ на этот вопрос, – сказал Ван, – я просто воспринимаю это как данность. У тебя еще будет время обдумать это – если останешься в живых.
– Ну хорошо, хорошо! – нетерпеливо сказал Демид и вынул из дипломата подробную геодезическую карту. – Давай циркуль, Ван. Конечно, не самое удачное решение – лезть в начале зимы в Алтайские горы. Будем уповать на везение.
ГЛАВА 23.
– Вот мы и на месте, – сказал Демид.
Это были первые его слова за сегодняшний день. Первые слова с тех пор, как они вышли из расщелины, заметенной снегом, в которой им пришлось спать этой ночью – вернее, пытаться заснуть, потому что буран резвился над горами – то разгонялся до скорости самолета и скидывал глыбы с вершин, то ломал вековые деревья, как прошлогодний хворост, то вздымал в воздух тонны снега и обрушивал их на лагерь закоченевших до костей путников, засыпая их костерок, и без того совсем не дающий тепла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
