в информатории, перенося на бумагу очертания цветущего растения. «Проще спроектировать изотопный генератор, чем один такой… цветок. Эти формы распределены совершенно хаотично. Тут есть хоть какая-нибудь закономерность?» — Гедимин посмотрел на прорисовку сложноизогнутых лепестков и растерянно мигнул. Найти красный фрил и затемнить его сильным нагревом и примесью сажи было несложно, но сделать подходящую форму для отливки… «Сделаю одинаковые заготовки и изогну их вручную,» — решил сармат. «За основу стебля возьму прямую проволоку. Делать на ней эти короткие шипы или нет? Браться за них довольно-таки неудобно, но если это неотъемлемая часть… Да, не думаю, что сам Алексей справился бы с этой работой…»
Сармат-венерианец подошёл к нему вчера, сразу после работы, перехватив его по пути к свалке; ничего сложного в его просьбе не было — как показалось Гедимину сначала, но чем больше он узнавал, тем чаще мигал и потирал висок. «Причудливые обычаи… людей,» — подумал он, убирая чертежи в карман и выходя из переулка под обжигающе холодный ветер с озера. «Кажется, проще было бы достать живое растение!»
— Стоять! — из метели вынырнули двое охранников в «Маршалах». Один направил в лицо Гедимину фонарь-считыватель и покосился на смарт, встроенный в броню.
— Он, — сказал второй «броненосец», направляя на сармата бластеры. — Идёшь с нами, теск. Идёшь по-хорошему — идёшь своими ногами. По-плохому — потащим волоком. Ясно?
— Я иду, — сузил глаза Гедимин. — Называй меня по имени. Что вам надо?
— Говорить будешь на допросе, — охранник ткнул его в спину соплом бластера. — Пошёл!
«Не помню, чтобы я как-то отличился в течение последних полутора месяцев,» — думал Гедимин, сквозь метель пробиваясь к форту. «Странно.»
Он в первый раз пришёл в форт, но осмотреться ему не дали — быстро прогнали мимо закрытых дверей и втолкнули в маленькую комнату. Возможно, для «макак» она была большой — но туда загнали четверых сарматов и троих охранников в экзоскелетах, и Гедимину пришлось прижаться к стене, чтобы там поместиться.
— Гедимин Кет, механик, база «Волчья речка»? — спросил «броненосец» в «Шермане» и тут же, не дожидаясь ответа, продолжил:
— Ты знаешь Йората Ло?
Гедимин мигнул.
— Старший механик на «Жёлтом озере», — сказал он озадаченно. — Землянин.
— Где он сейчас? — спросил охранник. Гедимин снова мигнул.
— Понятия не имею.
— Когда и где ты видел его в последний раз? — охранник протянул руку, будто хотел прижать сармата к стене, но зацепил чей-то экзоскелет и был обруган.
— Утром на аэродроме, — Гедимин мигнул бы ещё раз, но решил, что это будет слишком. «Не нравится мне это,» — думал он.
— Где ты был сегодня? Назови все места, — обратился к нему другой охранник.
— На аэродроме… в ремонтном ангаре… в столовой на руднике… в душевой там же… у сорбционной установки… — Гедимин разогнул все пальцы на одной ладони и один на другой и пожал плечами. — В бараке.
— Весь день он работал, — вмешался один из сарматов — это был Торкват. — Всё время на виду.
— Вчера вечером? — охранник в «Маршалле» посмотрел на «Шермана». Тот отмахнулся.
— Вечером он не брал глайдер. Применить сканирование?
— Оставь его, — сказал третий охранник. — Он, старший механик и инженер-химик — точно чисты. Надо спрашивать на «Жёлтом озере».
«Броненосцы», переглянувшись, вытолкнули одного к двери.
— Этих троих выводи. Гедимин Кет, Торкват Марци, Хольгер Арктус, — на выход.
Трое сарматов вышли за ограду. На площади перед фортом ветер казался слабее — ремонтный ангар стоял на его пути — но стоило выйти на главную улицу, и от воя метели закладывало уши.
— Макак — на Сатурн! — проворчал Торкват Марци и, повернувшись спиной к ветру, пошёл к пятиэтажке. Хольгер потянул Гедимина за руку и жестом позвал его в переулок.
— Чего им было нужно? — удивлённо мигнул ремонтник. — Что с Йоратом?
— В госпитале, — инженер едва заметно усмехнулся. — На него упал кран.
Гедимин пристально посмотрел на него и сузил глаза.
— Упал сам по себе?
Хольгер пожал плечами и закусил губу, скрывая ухмылку.
— Гравитация, Гедимин. Тебе ли не знать.
— Он серьёзно ранен? — сармат посмотрел туда, где за белым туманом скрылся госпиталь.
— Несколько переломов. Кажется, позвоночник цел, — Хольгер хмыкнул. — А он не спрашивал, насколько серьёзно ранен ты, когда у тебя рука висела на клочьях кожи.
— Не нужно было это делать, — тихо сказал Гедимин.
— Скажи об этом Линкену, — сармат-инженер всё-таки не сдержал ухмылку. — Он поздно узнал, как было дело. Не от меня.
— Псих, — поморщился ремонтник. — Это не нужно было делать!
— На второй год до тебя начало доходить, — развёл руками Хольгер. — Да, Энцелад — неблизкая планета.
Гедимин посмотрел на него, хотел что-то спросить, но передумал и отвёл взгляд. За снежным туманом виднелся овраг, и какие-то сарматы, растянув в руках брезентовый тент, катались по раскатанному склону, подгоняемые ветром. «Неудачная форма паруса,» — подумал Гедимин, глядя на тент. «Можно было бы доработать.»
— Что ты собираешься делать сегодня? — спросил Хольгер, подойдя к нему.
— Розу для Алексеевой самки, — ответил Гедимин, вспомнив о чертежах.
— Было бы интересно посмотреть, — оживился инженер. — Флору и фауну трудно воспроизводить.
— Знаю, — кивнул ремонтник. — Идём. Мне нужен совет.
— Этого у меня много, — хмыкнул Хольгер. — Но в ботанике я не силён.
— Я хочу выстроить охладитель, — продолжил Гедимин, разворачиваясь боком к ветру. — В сети пишут, что древние… люди складывали снег в закрытые подвалы, и он там не таял и позволял охлаждать другие предметы. Хотел выкопать такой подвал под лабораторией, но есть вопросы по теплоизоляции.
— Любопытная идея,
