Читаем без скачивания Заблудшая душа - Антон Грановский

Кристина ослепительно улыбнулась, а затем, ухватившись за край одеяла, одним движением откинула его, представ перед Глебом полностью голой.

Глеб подошел к кровати. Кристина снова улыбнулась и чуть-чуть порозовела. Остановившись рядом с кроватью, Глеб нагнулся и снова накрыл девушку одеялом.

— Я выйду, а ты оденься, — сказал он.

Улыбка испарилась с губ Кристины, а щеки ее вспыхнули — то ли от стыда, то ли от обиды, то ли от злости.

— Я вам не понравилась? — с вызовом спросила она.

Глеб ничего на это не ответил, лишь повернулся и зашагал к двери.

— А может, вы — импотент?! — крикнула ему вслед Кристина. — Или голубой?

Глеб вышел из комнаты и плотно прикрыл за собой дверь.

Когда спустя несколько минут он вернулся в номер, Кристина была уже одета. Она сидела на кровати и хмуро смотрела на него.

— Оделась? — сухо проговорил Глеб. — Теперь можешь идти.

Кристина не двинулась с места.

— Можно спросить? — тихо проговорила она.

— Спрашивай, — разрешил Глеб.

— Почему вы отказались?

— Потому что ты еще ребенок.

Девушка покраснела еще больше.

— Мне восемнадцать лет! — с вызовом сказала она.

Корсак хмыкнул.

— Ну, значит, во мне взыграли моральные принципы, — иронично произнес он. — Или то, что от них осталось.

Кристина посмотрела Глебу в глаза, совсем не так, как раньше, а потом негромко произнесла:

— Вы правда мне понравились. Очень.

Глеб молчал. Она отвела взгляд.

— Простите. Я вела себя как дура.

Девушка встала с дивана, прошла мимо Глеба и двинулась к двери. Глеб посмотрел ей вслед и неожиданно предложил:

— Хочешь, попьем вместе кофе?

Она остановилась и, обернувшись через плечо, посмотрела на Глеба недоверчивым взглядом. Он спокойно ждал ответа. Тогда она улыбнулась и ответила, так же негромко, как он:

— Да.

В гостиничном кафе было безлюдно. Глеб заказал чашку черного кофе, Кристина — ванильный латте.

— Они, конечно, дураки, но совсем не такие гады, какими хотят казаться, — сказала девушка, потягивая через трубочку пенистый напиток.

— Поверю тебе на слово, — не стал спорить Глеб.

Она посмотрела на него лукавым взглядом.

— А вы правда их не испугались?

— Не знаю, — честно ответил Глеб. — Наверное, да. С годами все труднее «пугаться». Хотя настоящий страх остается. И даже делается сильнее.

— Это какой же?

— Страх смерти. Страх болезней. Страх потерять близкого человека.

Кристина обдумала его слова и кивнула:

— Понимаю. А правда говорят, что вы известный писатель?

Он улыбнулся:

— Был бы я известный, ты бы обо мне слышала.

— Ну, не знаю. Честно говорят, я не очень люблю читать.

— Тебе это и не нужно, — сказал Глеб.

По лицу Кристины пробежала тень обиды.

— Потому что я глупая?

— Потому что ты красивая. И хорошая.

Кристина отвела взгляд. Отпила латте и вдруг сказала:

— Никто и никогда не говорил мне, что я хорошая.

— Наверное, просто не было повода, — пожал плечами Глеб.

Кристина втянула через трубочку глоток латте, глянула на Корсака исподлобья и вдруг негромко сказала:

— Я видела, как вы выходили из подъезда.

— Из какого подъезда? — не понял Глеб.

— Из того, где живет Эльза Зиберт. Мы с ней живем в одном доме.

— Понятно. И что?

— Не встречайтесь с ней.

— Это еще почему?

— Потому что она — ведьма. Я не шучу!

Глеб вздохнул:

— Послушай, если ты про ее руку…

— Она сводит мужчин с ума, — перебила Кристина. — А потом губит их. Это все в городе знают!

— Дурочка ты еще, — тихо сказал Глеб. — Маленькая дурочка.

— Может, и дурочка, — хмуро произнесла Кристина. — Зато мужчин с ума не свожу. А вас она тоже погубит. Попомните мое слово.

Глеб вздохнул. Затем согнал с лица мрачное выражение, улыбнулся и приветливо произнес:

— Послушай, Кристина, ты сказала, что я тебе нравлюсь.

— Нравитесь, — кивнула девушка. — Вы хороший. И беспомощный. Не такой, как Сашка и Славка.

На этот раз Глеб улыбнулся искренне — слово «беспомощный» его развеселило.

— В таком случае — не могла бы ты мне помочь? — предложил он.

— В чем?

— Один из твоих друзей захаживал к моему дяде — директору музея. Дядя наводил порядок в подвале, и ему…

— Так это Славка, — беззаботно произнесла Кристина.

— Славка?

Она кивнула:

— Ну да. Он постоянно шатался возле музея. Я его застукала, но он просил меня никому об этом не говорить. Ой! — Кристина сделала круглые глаза и прикрыла рот ладонью. — Кажется, я только что проговорилась!

— Ничего страшного, — успокоил ее Глеб. — Дальше меня это не пойдет. Обещаю.

В сумочке у Кристины заиграл телефон. Она достала трубку, глянула на экран, выключила звук и со вздохом произнесла:

— Папаша названивает. Волнуется, что я все еще не дома.

— Я его понимаю, — сказал Глеб.

Кристина убрала мобильник обратно в сумочку и с благодарностью посмотрела на Корсака.

— Спасибо, что поговорили со мной.

— Мне это недорого стоило, — улыбнулся Глеб. — Всего лишь чашку ванильного латте.

Кристина тихо засмеялась. Затем встала из-за стола, махнула Глебу рукой, повернулась и торопливо пошла к выходу.

Едва она вышла из кафе, как за столик Глеба присела Кира Бегунова.

— Привет, Глеб!

Появление Киры стало для Корсака неожиданностью, у него совершенно вылетело из головы, что Кира Бегунова — хозяйка пригостиничного кафе.

— Здравствуй, Кира — поприветствовал он.

Она кивнула подбородком в сторону двери:

— Твоя новая пассия?

— Просто запутавшаяся девочка.

Кира насмешливо прищурилась:

— А ты теперь еще и психиатр?

— Угу. — Глеб улыбнулся. — Инженер человеческих душ.

Кира хмыкнула. Посмотрела, как Глеб отпивает кофе, и спросила:

— Когда собираешься уезжать?

— Еще не решил. Нужно оформить бумаги на наследство. Хочу сделать все сразу, чтобы потом не возвращаться.

— Тебе так противен наш город?

— Нет. Просто я не вижу причин возвращаться.

Кира помрачнела.

— Прости, если чем-то обидел, — добавил Глеб. — В последнее время я стал слишком много болтать. И часто не по теме.

Он залпом допил кофе и поставил чашку на стол.

— Мне пора. — Он поднялся из-за стола. — Приятно было увидеться!

Глеб двинулся было к выходу, но Кира быстро проговорила:

— Доверь бумаги адвокату! А сам уезжай!

Глеб посмотрел на нее через плечо удивленным взглядом и возразил:

— Я люблю все контролировать сам.

Кира смотрела в его глаза.

— Это не совет, — произнесла она спокойным, серьезным голосом.

— Не совет?

Кира покачала головой:

— Нет. Это… просьба.

Глеб пожал плечами и зашагал к выходу. В голове у него созрел план дальнейших действий, который он собирался воплотить в жизнь немедленно.

Ночь выдалась лунная, светлая. Славик Геер пробирался по лесу тихо, не задевая ветвей и перешагивая через едва видные в вечернем сумраке кочки. Было видно, что он часто ходит этой тропкой. Время от времени он оборачивался, и тогда крадущийся следом Глеб быстро прятался за стволы деревьев.

Так они прошли километра два. Наконец, Геер остановился возле какого-то сооружения, похожего на шалаш. Огляделся по сторонам. Поежился. Затем кашлянул в кулак. Тут же из-за шалаша вышел человек. Глеб не видел его лица, но разглядел высокий черный силуэт.

— Ты опоздал, — прошелестел негромкий голос.

— Так получилось, — ответил Славик.

— За тобой никто не шел? — спросил Черный человек.

Славик помотал головой:

— Нет.

— Уверен?

— Да. — Славик усмехнулся и проговорил дерзким, хотя и не совсем уверенным голосом: — Да ладно, не напрягайся! В первый раз, что ли?

Черный человек выдержал паузу, прислушиваясь к звукам леса, потом сказал:

— Ладно. Пойдем в шалаш.

И первым шагнул в темное кустистое сооружение. Славик снова огляделся по сторонам, затем юркнул в шалаш вслед за своим таинственным собеседником.

Глеб, стоя за деревом, задумался над тем, что делать дальше. Самым разумным было выйти из укрытия, подкрасться к шалашу и подслушать, о чем говорят Геер-младший и Черный человек.

Глеб уже занес ногу, чтобы сделать шаг и выйти из-за дерева, как вдруг услышал за спиной угрожающее рычание. Он быстро обернулся и в неверном свете луны увидел перед собой зверя. Зверь был размером с пса; белая, короткая шерсть его в свете луны, казалось, сама источала слабое сияние. Морда у зверя была удлиненная и походила бы на крысиную, если бы не противоестественно массивные челюсти и не острые оскаленные клыки, с которых на траву капала слюна. Устремив на Глеба акулий взгляд черных маленьких глазок, чудовище снова угрожающе зарычало.