— Кирилл Олегович, спешу сообщить Вам пренеприятное известие. Вы едете в районный город возглавить редакцию. Директор Орехов Виктор Владиславович уходит на пенсию. Предлагали продлить контракт еще на пару лет, но он категорически отказался. Сказал, что жизнь проходит, а он даже еще жить не начал, внуки без него, видите ли, растут.
— А мое мнение? — спросил удивленный Кирилл.
— А твое мнение будет положительным. Так решило верхнее руководство, с мнением которого я не хочу спорить. В течение месяца сдавай дела и в январе выдвигаемся с тобой на новое место работы. Я постараюсь выбить тебе повышенный оклад. Только об этом никому, это будет наш с тобой секрет, — и Боровицкий заговорщицки подмигнул. — С тебя мой любимый коньяк. Поеду сам тебя представлять, заодно посмотрю на коллектив, а то ты уж больно хорошо их в прошлый раз их расписал.
Глава 15
На место Кирилл снова выехал на своей любимой красной машине. Он часто слышал от знакомых смешки по поводу ее цвета, но это мало его волновало. Главное, что она сразу бросалась на дороге в глаза и ее легко можно было запомнить, что могло на новом месте послужить хорошую службу. Город маленький, он быстро сдружится с нужными людьми, не всегда придется ездить трезвым за рулем. А руководство ДПС тоже очень любит денежные знаки и не разрешит своим подчиненным пресекать тонкий денежный ручеек в их карманы.
Боровицкий отправился на служебной машине. Шесть часов они на трассе играли с водителем Геннадием в шашечки, чтобы хоть как-то развлечься. Они выехали в ночь, когда трасса более свободна, чтобы к утру быть на месте.
Город встретил их по-зимнему холодным днем и солнцем. На улицах еще оставались новогодние украшения, в центре еще стояла елка, возле которой лепились ларьки со всякими безделушками. Кириллу показалось, что он на машине времени вернулся на шесть лет назад. Здание, где располагалась редакция, было все таким же помпезно-запущенным. Стены красовались проплешинами, где отслоилась краска. Все старые арендаторы оставались на своих местах. Кафе по-прежнему предлагало горячий кофе и свежую выпечку.
В приемной директора его встретила Марьяна Валерьевна, по лицу которой было видно, что она переживает и волнуется. Кирилл улыбнулся ей своей обворожительной улыбкой, поцеловал ручку и попросил через полчаса собрать совещание сотрудников. После этого он провел Боровицкого в свой уже кабинет, который совершенно не изменился за последние годы.
Сергей Андреевич осмотрел кабинет:
— Ну ничего так, жить можно. Ремонт будешь делать? Если что, подготовь смету, заберу с собой.
— Пока не определился. В принципе меня устраивает, все под рукой, стол большой. Только кресло бы с массажным эффектом и комп поновее. Стены можно освежить. — Кирилл осмотрел наборной паркет, оставшийся еще от первых хозяев особняка. — И паркет привести в порядок. Ну и на окна не шторы, а жалюзи хотелось бы с легким тюлем. А так шкафы подойдут. О! — Он указал на свободный угол справа от входа в кабинет. — Здесь сделать уголок с диванчиком и столиком. На стенку можно плазму. Вот здесь между окнами.
Боровицкий следил за рукой Кирилла и кивал, соглашаясь с предлагаемыми изменениями.
— Пока не забыл, напиши, посчитаем. Через недельку деньги получишь. Местных наймешь или наших прислать?
— Не знаю, переговорю со Звягинцевым. Может он что подскажет. — Увидев вопросительный взгляд Боровицкого, ответил. — Главный редактор. Я писал о нем. Достойный мужик.
Через полчаса Боровицкий представлял Кирилла коллективу. Карасев с интересом разглядывал лица своих подчиненных. Почти все были знакомы, но появилось парочка новых. Из тех, кого знал, не было только Оксаны, Инессы, а также Марии. Татьяна и Михаил сидели на дальнем ряду и перешептывались между собой. Ему стало интересно, где Мария и как у нее дела. Но не спешил выяснять.
После его представления Кирилл провел совещание в своем новом кабинете с руководителями подразделений. Он всех поспешил заверить, что с наскоку ничего менять не собирается. Если его устроит, то оставит работу в прежнему режиме. Когда руководители подразделений вышли. Он попросил Звягинцева задержаться.
Главред смотрел на него с настороженностью. Кирилл усмехнулся про себя.
— Михаил Ильич, не волнуйтесь. Мне нравится Ваша работа и я буду рад, если Вы окажете мне помощь на первых порах, пока я войду в работу. За работой редакции мы следили постоянно, так что я в курсе всех выпусков. Замечаний по ним у меня нет. Кстати, если у Вас по штатному расписанию будут какие-то замечания или предложения, скажите честно. Мы будем решать вопросы сразу. Вот Сергей Андреевич приехал специально, чтобы познакомиться с Вами. Я ему много хорошего в Вас рассказывал.
Боровицкий согласно кивнул головой, распивая кофе, который принесла им Марьяна Валерьевна.
— Спасибо, — кивнул Звягинцев. — Буду рад оказать любую помощь.
— Я заметил, что почти все сотрудники остались на своих местах, только не увидел Ивановой.
— Она выйдет завтра. У нее недавно умерла мама, я дал ей небольшой отпуск.
***
Они еще какое-то время обсуждали рабочие моменты, потом Кирилл предложил Боровицкому съездить перекусить в «Дипломат», так как шеф собирался сегодня возвращаться в столицу, где его ожидало верхнее руководство с очередными гениальными идеями.
Забронировав себе домик в «Подворье», проводив после обеда Боровицкого, Кирилл занялся изучением документации. Он настолько ушел в бумаги, что не сразу расслышал стук в дверь. На его приглашение вошла Марьяна Валерьевна, которая нервно теребила в руках платок:
— Кирилл Олегович, мне написать заявление на увольнение?
Он удивленно уставился на нее:
— Зачем это? Вам не нравится работа или нашли что-то получше?
— Ну просто Вы новый руководитель, молодой и захотите молодого секретаря? — Сказала Марьяна Валерьевна, не поднимая на него глаза.
— Дорогая моя, — он поднялся из-за стола, подошел к женщине, приобнял и поцеловал ручку, — Вы совершенно ценный сотрудник и без Вас редакция просто осиротеет. Так что увольняться не надо. А если для Вас уже трудно выполнять какие-то функции, могу предложить сделать что-то типа секретариата, вас назначить начальником. И под Вашим началом будут трудиться молодые сотрудники. Подумайте над моим предложением. И чтобы лучше думалось, могу добавить, что зарплата будет больше. Я планирую немного увеличить штат, так как есть кое-какие планы по работе нашей редакции.
Когда секретарь ушла, Кирилл остался в кабинете один и смотрел в окно, за которым вечер вступил в свои права. На улице загорелись фонари, со стороны дороги слышались сигналы машин. Шел легкий снежок. И почему-то именно сейчас он явно представил себе Марию. Их последнюю встречу у нее в квартире, их «завтрак», ее раскрасневшееся от секса лицо, горящие глаза.
— Интересно, как она сейчас, — проговорил тихо Кирилл.
Ему захотелось бросить все и поехать к ней домой. Может, ей помощь сейчас нужна, поддержка. Осталась ведь совсем одна.
***
Следующего утра Кирилл ожидал с нетерпением. Он уже придумал, как встретиться с Марией, не вызывая у нее подозрений в том, что он как-то заинтересован в их более близком общении.
Марьяна Валерьевна встретила его с улыбкой. Он попросил пригласить через полчаса к себе в кабинет Звягинцева и его сотрудников на совещание.
Первым зашел главред и занял свое обычное место за приставным столом, слева от Кирилла, достал свою рабочую тетрадь. Следом за ним вошли остальные. Мария переступила порог кабинета последней, немного задержалась, чтобы посмотреть куда ей пройти. Татьяна потащила ее к столу, усадила рядом с собой.
Увидев ее, Кирилл какое-то время не смог даже вздохнуть. Грудь сжало железным обручем. Она изменилась. Разительно изменилась. Даже сейчас, с потухшим взглядом, синяками под глазами, запавшими щеками она выглядела… прекрасно? Да! Именно, прекрасно. Она заметно похудела, изменила прическу, которая ей очень шла и подчеркивала красоту ее лица. Подобранный костюм цвета морской волны и блуза молочного цвета подчеркивали все женские достоинства.
