Фигура Лонда источала напряженность:
– Вы не можете серьезно думать о курсе, проложенном через топи. С таким большим пароходом?
Дюмон протянул руку за трубкой и стал набивать ее табаком:
– Именно это я думаю сделать?
– Красавчик Джек не в состоянии стоять у руля.
Дюмон взглянул на труп и издал смешок:
– Это уж точно. Я нанял нового рулевого сегодня, молодого человека, выросшего в топях. Он проведет нас уверенно.
Фактически Дюмон не нанял пока Уилена, но сопротивление Лонда лишь подогревало его аппетит к исследованию топей: было бы просто безрассудно не принять услуги Уилена, единственного человека, который знал топи и изъявлял желание взять на себя работу по проводке. Лонд замолчал, сказав:
– У меня нет выбора. Я хочу убраться с острова и вынужден путешествовать по избранному вами маршруту.
Когда Лонд направился к выходу, за ним последовали Бринн и Красавчик Джек. Дюмон открыл окно, чтобы выветрился запах смерти, и зажег трубку. Затем он прошел в театр, чтобы присутствовать на остатке представления.
Спектакль проходил наилучшим образом. Дюмону даже захотелось подольше пробыть в Порт-д-Элуре. Почти. По окончании представления Дюмон попросил артистов остаться в театре. Публика вышла на палубу. Ларисса не имела ни малейшего понятия, что готовит капитан, но не ожидала ничего хорошего. Касильда была возбуждена:
– Наверное, мы останемся здесь подольше. Публика довольна. Я тоже довольна, – разглагольствовала она.
Танцовщица покачала головой:
– Я тоже надеюсь на это, но сомневаюсь, что так будет. Дядя не любит подолгу оставаться на одном месте.
Их болтовня была грубо прервана передвижением Бринна, который прошел не глядя на них. Ларисса содрогнулась. Бринн с его ледяными глазами никогда не нравился ей. После болотной лихорадки он стал еще менее привлекательным. Он стал бледнее обычного, как будто болезнь высосала все его соки, изменилась его походка. Он явно не мылся много дней. Вел он себя достаточно вежливо, но его взгляд был отталкивающим – тупым и невыразительным.
Касильда также почувствовала себя неуютно:
– У меня от него мурашки по спине. Ларисса согласно кивнула. Дюмон прошел на сцену, представ перед командой и труппой:
– Леди и джентльмены! Я знаю, что вам понравилось в Порт-д-Элуре, однако, здесь слишком мало публики, чтобы оправдать наши расходы. Через несколько дней мы трогаемся с места.
Хорошее настроение его слушателей испарилось.
– Опять в туман, – пробурчал кто-то.
Дюмон услышал это:
– Да, в туман. Мы успешно миновали мглу. Перед тем как покинуть Сурань, я хотел бы знать, что находится по другую сторону острова. Чтобы достичь южной части, мы пройдем через топи.
В зале послышался ропот. Некоторым было уже что-то известно о топях, но и те, кто ничего не слышал, не испытывали желания вступать в запретные воды.
Ларисса побледнела, ее глаза расширились. Мох, падающий с деревьев… Змеи, обвивающие стволы кипарисов… Темная вода с неизвестными существами, обитающими в глубине… Прыгающие огни. Она сердито стряхнула обуревающие ее мысли.
Дюмон проигнорировал реакцию труппы:
– У нас есть человек, который проведет нас через топи. Я хотел бы представить его вам. – Отечески улыбаясь, он указал молодому человеку на место впереди на сцене. Уилен застенчиво занял место подле Дюмона. Глазами он отыскал Лариссу и сделал ей незаметный знак.
– Он довольно симпатичный, хотя и наглый. Ты заметила, как он подмигнул?
Ларисса кивнула, покраснев. Танцовщица, по существу, не ожидала вновь его увидеть, этот момент был для нее неожиданным. Симпатичный? Да, пожалуй. Особенно сейчас, с лукавинкой в глазах. Этот человек с его улыбкой и глубокими карими глазами вызывал у нее чувство посерьезнее, и это беспокоило ее. Он грозил Лариссе перевернуть всю ее устоявшуюся за последние восемь лет жизнь. Она пошутила, что надо всеми ее чувствами доминирует радость, что он тоже будет на корабле.
Она очнулась от своих мыслей, вернее, ход ее дум приобрел другое направление. Она вспомнила, что Дюмон никогда раньше не представлял новых членов команды и не поощрял их особенно общаться с людьми на борту, чем занимался сейчас молодой человек. Уилен оживленно болтал то с Джелааром, то с Сарданом.
– Ладно, я пойду поприветствую его, – объявила Касильда, приглаживая волосы.
Ларисса отпрянула от подруги. Она подумала, что Дюмон не будет в восторге от того, при каких обстоятельствах познакомились Уилен и Ларисса.
– А это – Драгонейс, – продолжал Дюмон.
Уилен протянул руку. Полуэльф, поколебавшись, потряс протянутую руку. На его губах заиграла неуверенная полуулыбка.
– Добро пожаловать на борт, – произнес он, как будто и на самом деле желал тому добра.
Уилен сразу увидел особые приметы Драгонейса, которые стоили ему его прозвища, и открыто удивился:
– У вас зрачки со щелками, как у змеи! Как интересно! Почему?
Ларисса поежилась: сама она сравнивала полуэльфа с кошкой, это более приятное животное. Наступило неловкое молчание. Ближайшего помощника Дюмона боялись и избегали так же, как и самого капитана. Никто раньше не осмеливался спрашивать Драгонейса о его глазах. На некоторое время все застыли. Дюмон также ждал ответа полуэльфа.
Драгонейс улыбнулся:
– Моя мать всегда говорила, что мой отец был змеем. Конечно, некоторые называли его чудовищем, но за глаза. Я рад, что зубы унаследовал от матери. Трудновато было бы жевать ядовитыми змеиными зубами.
Все с облегчением рассмеялись, громче, чем того заслуживала шутка. Один Уилен не смеялся, он сжал руку Драгонейса и посмотрел на него с невыразимой жалостью, что заметил только сам первый помощник, лицо которого вновь стало невыразительным, как маска.
– Драгонейс, я проведу Уила вниз, проинструктирую его обращению с запасами. Первый помощник изогнул бровь:
– Вы уверены, капитан?
Дюмон нахмурился: он не любил, чтобы его решения оспаривались даже Драгонейсом, и уж конечно не перед лицом команды и труппы.
– Конечно. И скажи Джахедрину, чтобы он дал урок, как обращаться с рулем. Его роста достаточно, чтобы крутить руль, кроме того, он будет штурманом. Остальным, – он обратился к команде и артистам, – выйти на палубу, вас ждет публика.
Ларисса собралась идти вместе со всеми, но почувствовала руку на плече.
– Мисс Снежная Грива, – это был Уилен, – Я хотел сказать, что мне приятно видеть вас после просмотра спектакля.
Его лицо выражало лишь обычную вежливость, и ее охватила благодарность к нему за его сдержанность.
– Благодарю вас, – ответила она в тон ему. В последний момент она вспомнила, как назвал его капитан; – Добро пожаловать на борт «Мадемуазель Мюсарда», Уил. – Она улыбнулась Дюмону и вышла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
