том числе и за счёт иностранных инвестиций в американскую недвижимость, особенно хорошо заметные в секторе субпрайм-кредитов (огромные объёмы иностранных вложений в сектор субпрайм-кредитования стал виден уже в 2007 г., когда при нарастании ипотечного кризиса в США о своих убытках стали заявлять зарубежные банки, например, французский банк BNP Paribas, который 9 августа 2007 г. объявил о замораживании 2,2 млрд. долл. из своих активов по причине проблем субпрайм-кредитов310, и немецкий банк IKB Deutsche Industriebank, объявивший 3 сентября 2007 г., что его потери от инвестиционных операций на американском рынке субпрайм-кредитов достигли уровня в 1 млрд. долл. 311; особенно стоит подчеркнуть, что в данном случае речь идёт только об озвучивании цифр по потерям в субпрайм-кредитовании — общие объёмы намного больше).
Кроме того, потребности в спросе на недвижимость логично увеличивали сектор банковского кредитования, прежде всего, ипотечного кредитования — его объёмы видны по списаниям крупнейших американских банков в период ипотечного кризиса 2007 г. и финансового кризиса 2008–2009 гг., и если говорить о более-менее конкретных цифрах, то за 2006 г. А.Гринспен говорит о 3 трлн. долл. кредитах на жильё (где одна пятая выдана по категории субпрайм-кредитов и одна пятая — по категории Alt-A)312. Важно заметить, что прямым следствие выдачи ипотечных кредитов является рост страхового сектора (при выдаче ипотеки часто требуется страхование жизни и здоровья лица, берущего кредит, страхование его титула, то есть определённых прав на приобретаемую недвижимость, а также страхование самого жилья) — объёмы роста страхового сектора посредством рынка недвижимости также видны в кризис при рассмотрении убытков страховых компаний.
Как результат увеличения банковского и страхового секторов экономики — рост рынка ценных бумаг, в том числе казначейских облигаций США. При этом, учитывая высокую ликвидность и динамичность финансовых инструментов, в действиях на фондовом рынке активно участвуют хедж-фонды, при этом как отдельные от банков юридические лица. И если в общем контексте экономического роста США рассмотреть рынок недвижимости, то получается, что недвижимость — это та сфера, которая с одной стороны является постоянно стимулирующим механизмом всего финансового сектора экономики США, а с другой стороны — такой формой инвестиций, которая по своему характеру предполагает «тихий, надёжный уголок» для увеличения прибыли при этом долгосрочного характера.
Именно поэтому действия Правительства США и ФРС в кризис отдельно касались и реформирования системы функционирования рынка недвижимости и противодействия последствий самого кризиса (о чём речь идёт в предыдущих параграфах). Но показательно, что сами меры не только неэффективны в настоящее время, но и не приносят популярности американской власти, в частности, рейтингу Б.Обымы. Если говорить про персональный рейтинг Б.Обамы, то по оценкам «Gallup» к концу первого года правления Б.Обаму поддерживали 88 % демократов и 23 % республиканцев, что является самой большой подобной разницей между демократами и республиканцами за всю американскую историю313, а деятельность Конгресса на начало декабря 2009 г. поддерживали всего 26 % американцев314, при том, что к демократам себя причисляли 44 % американцев, а к республиканцам — 48%315.
В качестве выводов следует сказать следующее. Рынок недвижимости является для экономики США той её инвестиционной частью, которая развиваясь сама, развивает также и всю финансовую сферу страны, включая банковскую, страховую и фондовую. Банковский сектор увеличивается посредством выдачи ипотечных кредитов (в том числе субпрайм-кредитов и кредитов категории Alt-A); страховой сектор увеличивается посредством страхования жизни и здоровья, титула кредитополучателя, а также приобретаемого жилья; фондовый рынок увеличивается, во-первых, по мере роста объёмов выданных кредитов и страховок, во-вторых, по мере роста цен на недвижимость и роста объёмов строительства недвижимости. Кроме того, увеличение средств страховых компаний и банков (для банков это обычно подразумевается под термином "кредитное расширение") предполагает вложение этих средств, в первую очередь, в ценные бумаги, в том числе посредством хедж-фондов, что увеличивает ликвидность фондового рынка и динамичность его развития. Постоянно увеличиваемые инвестиции в недвижимость ведут к ещё большему её росту (как цен, так и объёмов строительства), что увеличивает значение ВВП США, необходимость которого заключена, в частности, в обеспечении роста конкурентноспособности США.
Помимо этого, американская недвижимость (в первую очередь, жилая) стала отличным источником получения иностранных инвестиций в экономику США (в том числе в области субпрайм-кредитования), что впоследствии отразилось на зарубежных финансовых системах (в частности, в Евросоюзе) в период кризиса (например, убытка банков в результате неуплаты по ипотечным кредитам в США).
С другой стороны, американскими властями преследуется цель постоянного увеличения числа собственников жилья в США, что должно привести к тому, что всё большее количество проживающих в США людей будут считать именно США своим домом, и, как следствие, этого рост поступлений в федеральный бюджет от подоходных налогов с физических лиц, являющегося основным доходным пунктом американского бюджета. Но следует сказать, что подобная политика показала свою неэффективность и недальновидность, что видно на примере массовой порчи домов, отчуждённых за неуплату долгов по ипотеке.
Заключение
Подводя итог, следует сказать, что хотя позитивные сдвиги в выходе из кризиса есть (как, например, на фондовом рынке) общее положение рынка всё ещё остаётся в весьма напряжённом состоянии (а после того как ФРС выкупила облигации, обеспеченные ипотекой (MBS), на сумму более 1 трлн. долл., большая часть аналитиков ожидает гиперинфляции)316, особенно не изменилось положение рядовых граждан, купивших жильё по ипотеке (хотя ставки по ипотеке уже к февралю 2009 г. уже были самыми низкими за всю Историю США — в среднем 5,17 % на срок до 30 лет)317. При этом, справедливости стоит сказать, что несильно изменилось положение и топ-менеджеров компаний, в том числе и тех компаний, которые оказались в самом удручающем положении в кризис — большая часть топ-менеджеров так и получает бонус по результатам квартала и года, что постоянно вызывает всестороннюю критику (пожалуй, cамая известная ситуация со страховщиком AIG, общий размер бонусной премии топ-менеджерам которой составили в 2008 г. 1,2 млрд. долл., при том, что топ-менеджеры получили из этой суммы 165 млн. долл.)318. Так называемый «зарплатный царь» Файнберг (то есть лицо, уполномоченное менять уровень заработков сотрудников спасенных правительством США компаний) смог понизить общий объём компенсаций лишь на 15 % и объём компенсаций топ-менеджерам на треть в марте 2010 г., тем не менее самым доходных топ-менеджером остался глава AIG Бенмоше, чьи доходы, включая акционерную часть, составили 10,5 млн. долл. за 2009 г.319.
Сноски
[
←1
]
Budget FY 2010 — Table 1.1 — Summary of Receipts, Outlays, and Surpluses or Deficits (-): 1789–2014 // Internet:
http://www.gpo.gov/fdsys/pkg/BUDGET-2010-TAB/xls/BUDGET-2010-TAB-1-1.xls
[
←2
]
Ibid
[
←3
]
Гринспен А. Эпоха потрясений. Проблемы и перспективы мировой финансовой системы. — М.: ООО Юнайтед Пресс, 2010, — С. 234
[
