То, что рассказала Баст, не обрадовало Дионисия, правда, даже такой ветреный бог понял, о чем следует спросить в первую очередь:
— Зачем ему это?
— Точно не знаю. Но… помнишь тот странный выброс изначальной силы два месяца назад?
Баст шла по лезвию бритвы. Ей, как никому другому, были прекрасно известны все причины и следствия. Одно лишнее слово, и она проболтается, откроет карты и проиграет.
Дионисий кивнул, читая эмоции на лице собеседницы. Она осторожна, не договаривает. Но разговорить хитрюгу, пожалуй, способен лишь глава клана. Своей болтовней Баст некогда обхитрила даже Локи и Одина. Дионисий прекрасно знал, что ее наивность и любопытство — ловушка. Но что задумала коварная женщина, он не догадывался. Ее напевный голосок, тем временем, посвящал хозяина казино в новые подробности:
— Кто-то в Лесу Судеб передал силу умершему человеку и вернул его в жизнь. Понимаешь, Дио, Цербер не мог пропустить этого. Возможно, ты в тот момент и обыгрывал в карты очередного нувориша, а у трехголового были свои планы…
— Но мир не рухнул, баланс не нарушен. Одно из первых воплощений, как понимаю, передало часть информации одному из теперешних. Подобное — редкость, но бывало.
— Да, — почесала подбородок Баст, — маги-полукровки иногда любили использовать свои последующие перерождения в качестве хранилища собственного дара. Помнится, в Средневековье многие так прятались.
Дионисий, чтобы скрыть напряжение, прошелся по кабинету и глотнул виски. Без алкоголя, понял он, ему не разобраться. В чем же дело? Почему Цербер, тысячи лет охранявший врата в царство мертвых, пропускавший в Лес Судеб миллиарды душ, следивший за передачей силы в Средние века, вдруг отправился в мир живых в поисках некого ребенка.
— Неужели то сделал могущественный маг? Или даже бог?
— Не уверена, я не успела проверить всю хронику. Но, боюсь, что тут не обошлось без прямых потомков Создателя. Только зачем Церберу… этому туповатому трехголовому псу, частичка Высочайшего? Не мир же он собрался завоевывать! Какая чушь!
Баст прекрасно знала, кто помог в передаче силы. Рыльце в пушку, да-да, нельзя, чтобы Дионисий заметил, что богиня кривит душой. Она явилась, чтобы выяснить о затее Цербера.
— Вот и я тоже думаю… А не мог ли его кто-то нанять?
Лазурные глаза блондина встретились с янтарным блеском очей его собеседницы. Ни один из них не мог точно ответить. Зато оба знали, что стражу в царство мертвых зачем-то понадобился маленький человек с незаурядными способностями…
— Думаю, для защиты девчонки пора подключать Отдел и ведьму, — угрюмо заметил Дионисий.
— Уже… — хихикнула Баст, потому что и сама давно мечтала переложить заботу о человеке на людей и магов, особенно когда богам приходилось разбираться со своими. На этот случай у богини уже был заготовлен ответ: — Марго ищет похитителей. По моей наводке. Думаю, пока мы разбираемся с Цербером, они найдут девочку и смогут защитить ее… Не можем мы бросить все силы только на поиск какого-то малолетнего ребенка. Тем более, у меня есть подозрение, что она нужна не только Церберу…
Баст вздохнула и направилась к выходу. Напоследок она обернулась, грустным взглядом окидывая Дионисия:
— Я тебе не позавидую, если эта девочка явится сюда… она способна видеть сквозь стены и еще… разговаривает со своим предыдущим воплощением.
Владелец казино вздрогнул от услышанного, но ответить не успел. Девушка с кошачьей грацией, Баст, выскользнула из его кабинета, а потом словно в воздухе растворилась.
Веселье как рукой сняло. Глубокая морщина пролегла по молодому с вида лбу хозяина казино. Выигрыши, стрип-шоу, дискотеки, рулетка, выпивка, — людям только и подавай развлечений. И самому Дионисию очень нравилось предаваться забытью в постели с тремя-четырьмя фигуристыми нимфочками. Только этим вечером ему было не до шуток. Кто-то нанял тупоголового Цербера и его братию, чтобы те охотились на ничего особенного не представляющую российскую девочку-экстрасенса. Казалось, в мире творилось нечто невообразимое, а Дионисий, увлекшись весельем, случайно все пропустил. Он несколько минут в нерешительности смотрел на черную лакированную трубку телефона, как вдруг резкий звонок нарушил тишину в его комнате, и блондину ничего не оставалось. Он снял трубку:
— Да, великий громовержец, как вы догадались, что я хотел вам позвонить?
— Дионисий, ха-ха, — гомерический хохот из трубки разносился по всей комнате, будто то смеялся не мужской бас, а раздавались раскаты грома, — совсем ты поглупел из-за вина и женщин. Моя проекция в трехмерный мир внимательно слушала ваш разговор с Бестией, так что, можешь не повторять. Скажу лишь одно. Отделу странных явлений не справиться без высших сил!
Часть 2. НАЙДИ МЕНЯ, ЕСЛИ СМОЖЕШЬ
Из архивов ОСЯ.
Геракл — обожествленный после смерти герой, славящийся на всю Элладу своими подвигами. Его матери, Алкмене, одним из богов также дарована вечная жизнь. После заката античности Геракл участвовал в величайших сражениях будь то Куликовская или Бородинская битвы, Ледовое побоище и бои на Курской дуге, Аустерлиц и переломные битвы Столетней войны, и так далее. Известен как один из русских богатырей (имя не разглашается). Был контужен во Вьетнаме, когда воевал за азиатов. После этого о его судьбе ничего не известно.
И только любимая мама знала, где на самом деле жил ее любимый сын. Хозяйственная Алкмена отошла от дел, бросила клан и уехала в забытую всеми деревню, чтобы помочь Гераклу поправить пошатнувшееся здоровье. Люди с такими ранами умирают сразу, но божественная сущность ее сына помогала поддерживать еле теплящуюся жизнь в теле героя. В мирное время он участвовал в Олимпийских играх и бил собственные рекорды. Иногда ради забавы придумывал какой-нибудь занятный рекорд, достойный занесения в книгу Гиннеса. Но как только в какой-либо точке земли разгоралось пламя войны, Геракл тут же призывался на фронт. Он был и среди русских, и американцев, и немцев, и французов. Он всегда чувствовал, кому необходима его помощь в грядущей битве, и шел на их стороне, чтобы отстоять справедливость. Герой никогда не ошибался, как не помогал завоевателям. Ордена и медали с завидной быстротой копились в его сундуке в тихой деревушке, где уже более сотни лет затворницей жила Алкмена, в миру Елена Акимова.
Матери бравого воина за тысячи лет надоело быть на виду. Эйфория от вечной жизни, которой она так радовалась первые лет сто, давно прошла. Нескончаемая молодость тяготила, смерти постаревших подруг, такие естественные для людей, казались ей очередным испытанием. Три тысячи лет назад она перестала быть человеком, но она рыдала на похоронах каждого, кто становился ей хорошим другом за свою короткую жизнь. Она бежала из одной деревни в другую: Греция, Болгария, Чехия, Россия, — всех стран, в которых жила мать героя не перечесть. Десять-двадцать лет на одном месте, и снова в путь, чтобы только не видеть состарившихся односельчан, а главное, чтобы вечно тридцатилетней женщине не вызвать излишних подозрений. Чем меньше деревня, тем лучше… Она только и делала, что работала по хозяйству и ждала весточку от сына-героя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
