этого я отжал у него акции нефтеперерабатывающей фабрики.
— Так получилось. Я оттуда сбежал в портал, на Изнанку. Затем на другую Изнанку.
— Это как, стесняюсь спросить? Портальные свитки работают на возврат в заданные координаты на Лице, как правило. Это та же шуточка, что Вы провернули со мной?
— Не важно. У меня уйти в одиночку не получилось, они проследовали за мной. Мы оказались в лесу.
— Натравили на них монстров? Но ведь у них боевые маги!
— Боевые. Нет, не натравил. Пока они гонялись за мной, нарисовалась секретная служба и всех зацапала, никто не ушёл, они тоже вовсю пользовались блокированием применения магии, а сами лупили из автоматов.
— Молодцы! Они молодцы, не Вы, — в отличие от Тайлера, хладнокровный матёрый О′Брайан, который большую часть жизни прожил в розыске и бегах, а в своей родной Англии и вовсе должен был бы быть повешен за совершённые преступления, совершенно не переживал по поводу близости спецслужб. Скорее всего, в силу своего огромного опыта полагая, что старый убийца и мошенник из Англии должен быть абсолютно безынтересен российской имперской службе. — Ну и как лидер «сольпуг» мог бы уйти?
— А Вы думаете, что его не было среди них?
— Так вот, никак бы он не ушёл. Разумеется, его там вообще не было. Ещё раз взгляните на схему.
Я посмотрел. Шесть, предположительно старших руководителей ОПГ, которым по направлениям подчинялись нижестоящие члены банды. Я вообще считал, что этот совет директоров и есть интеллектуальный центр и никакого единого руководителя нет в природе. А вот О′Брайан считал, что в середине этого концерта сидит дирижёр, который как личность не известен рядовым бандитам, а только «топам».
— По идее, он тоже был среди нападавших.
— Человек, который создал всю эту сеть, отладил работу сначала шести основных бойцов, потом, получив прибыль, позволил им набирать подчинённых. Жестоко и решительно карал за ошибки и предательства, раздул организацию до пятидесяти человек, сохраняя её операционную деятельность в тайне не только от полиции, но и от остального преступного сообщества, потому что не доверял и им тоже, — перечислил О′Брайан. — Делал всё, чтобы оставаться инкогнито, из-за чего я подозреваю, что это кто-то из силовых министров Кустового или отставных вояк империи, а может и родной Британии… Возьмёт и поедет чёрт знает куда, чтобы пристрелить зарвавшегося мальчишку, который доставил много хлопот.
— Ну….
— Нет, молодой человек, у Вас был шанс увидеть его единственный раз, когда Вас схватили впервые. Вас должны были пытать, и он появился бы, на его условиях и в ему удобном месте. Скорее всего, он никогда не бывал, по крайней мере явно, ни в офисе «Грюнк», ни в автопарке, ни на складах. Тем более, он не станет рисковать своей шкурой, да и показывать себя широкой публике, он ведь явно непубличный человек.
— А стрелял в меня? Он сам? Или послал убийцу? Как считаете, мистер О′Брайан?
Он снова выпил и ненадолго задумался, глядя в окно.
— Убийца не допустил бы оплошности.
— Он не промахнулся, — поправил его я, — попал в сердце. Просто артефакт удержал ударную силу пули. Рёбра сломал, но не убил.
— Профессиональный убийца должен брать в расчёт и такие варианты. И не действовать публично, это глупо.
— Тогда кто?
— Главарь.
— Прямо лично он? Он же рожу никому не показывает.
— Ну, может, он не англичанин, вышел из себя, действовал в ярости, минутная слабость.
— Психанул?
— Не знаю такого слова, — отмахнулся О′Брайан.
— А могли это сделать случайные члены банды, но не участвовавшие в нападении на медном заводе?
— Теоретически, да, но Вы себе неверно представляете мотивацию и модель поведения таких, как…
Он осёкся, потому что мы оба знали, в прошлом он — член банды.
— А что бы сделали члены банды, нижестоящие?
— Сбежали, прихватив кусочек богатств. Не забывайте, хороший преступник думает о своей шкуре, иначе долго не живёт. Уйти от «сольпуг» нельзя, увольнение исключено, только смерть. А тут такой шанс! К тому же, откуда им знать, что там произошло, кому мстить? Это надо быть умным, а умный там только он.
— Хорошо, — я осторожно, оберегая рёбра, откинулся на стуле, на что тот возмущенно скрипнул. — Остановимся на этой версии. Практический вопрос. Ну, по Вашему мнению, можно ли считать конкретно эту преступную организацию уничтоженной?
— Да, — просто ответил он. — Но, опять-таки, это не Ваше достижение. За них взялась секретная служба, а она при помощи магии вытянет из всех, кто не погиб, информацию. Аналитики и сыщики сложат полученные сведения в большую сложную мозаику, оперативники произведут аресты, обыски, конфискации, выемки. Все, кто не сбежал в первые часы, могут быть схвачены. Любой актив, сейф с деньгами, тайник наркотиков, автомобиль — всё или найдено секретной службой, или может быть найдено, когда даст показания тот, что про такой актив знал. А прибавьте к этому тот факт, что трупов нет, фамилии арестованных неизвестны.
— То есть, лидер не знает, кто конкретно жив, кто предал, кто не предал.
— Ну, вроде того. С другой стороны, если у лидера остались запасы денег и знания про логистические цепочки, про поставщиков и покупателей, смерть конкретно этой сети не остановит его от создания точно такой же, но уже с учётом ошибок, более совершенной.
— А что в таких условиях советуете мне, мистер О′Брайан?
— Два варианта. Как у зверей в лесу. Драться или бежать. Как всегда.
— Как всегда. Я благодарен Вам за советы. Ваших дебиторов я трясу, с фискальщиками понемногу сужусь, какие-то поступления будут к концу месяца. Но я Вам советую наладить новые поставки, новое предприятие. Как тому мифическому лидеру.
— Что-то конкретное? — довольно скептически спросил он.
— Сходите на Макарьевскую изнанку. Конкретно на запад от портала, за зелёные степи.
— Там всё, что можно, вырубили ещё до Вашего рождения.
— Вот именно, мистер О′Брайан. Я узнавал, официального приобретения участков дальше тридцати пяти километров от портала просто не было. Территория за степями ничейная.
— Ну так это потому, что она никому не нужна, ни макров, ни ценных ресурсов.
— Двадцать лет прошло. Я был в степи. Там вырос лес. Простой «строевой» лес. Не мачтовый, конечно. Деревья толщиной не больше сорока-шестидесяти сантиметров.
— В лесу всегда водятся монстры.
— Их всех уже перебили степняки.
—
