пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь, проехалась пятой точкой по льду, чудом не задев очередного монстра.
Взгляд упал на то место, где отряхивался Кот. Совсем рядом пытался подняться мужчина. Он продолжал кричать, зовя свою дочь, но, видимо, девочка уже давно скрылась с глаз безутешного отца. Тот почему-то отчаянно рвался в нашу сторону.
Три.
– Ой дурак, – пробормотала я, параллельно помогая Роктаэшу подняться. Тяжёлый кабанчик, а не кот! И вообще, кому-то нужна диета.
Монстры обступили нас со всех сторон. На этот раз их было невозможно сдвинуть. Глыбы как есть!
Надо что-то сделать. Притом срочно, потому как ноги, да и всё тело в общем замерзало под пронизывающим ветром.
Монстры были так близко, что у меня от холода перехватывало дыхание. Я выдохлась спустя уже несколько взмахов хлыстом. Мы стояли с Котом спиной к стене и пытались отбиться. Если бы это было возможно. Их было много, так много, что от обилия белого слепило глаза.
Я не выдержала и заорала во всё горло:
– Какая же ты трусливая и слабая! Совершенно ни на что не способна! И это вы называете великий маг Льда? Да не смешите меня! Не маг, а сплошное трусливое недоразумение!
Оклемавшись, Кот выкрикнул что-то странное. Головой, что ли, ударился?
– Только и умеешь, что прятаться за своих слуг? Покажись, трусливая девочка!
Сначала показалось, что на миг стало слишком тихо. Даже маги Управления замерли… Монстры одновременно повернули головы в нашу сторону и странно засветились. Потом распахнули пасти, и объединённый, усиленный во много раз голос выкрикнул:
– Кто смеет оскорблять? Какая-то жалкая недомагичка и бакэнэко?
– Я могу и смею! Ты просто жалкая… трусиха, – внутри я кипела от страха и осознания собственной дерзости. Трясясь как осиновый лист, я решилась на жуткую авантюру. – Ты. Одна. Ничего. Не стоишь!
Монстры одновременно зарычали и начали сливаться воедино. Стало темно и очень холодно. Орни жалобно захныкала, что голодна и очень устала, но выбора не было. Все чувствовали, что сейчас что-то будет. Опять наступила непонятная и тревожная тишина, которая на миг сменилась гулом надвигающейся снежной бури. Монстр переступил лапами и, зарычав, испуская мелкое ледяное крошево, наткнулся на объединённый щит сотрудников Управления.
Со всех сторон хлынули снежные вихревые потоки, вмуровавшие город в лёд вперемешку со снегом. Но почему-то уже не осталось холода и страха, только какая-то уверенность, что всё сделано правильно.
Из-за снежной завесы показалась Ледяная Дева. Её волосы искрились всеми оттенками синего. Казалось, победа на её стороне, пока девица не решила заставить Монстра идти. Искры щедрым потоком лились с кончиков пальцев и пропитывали эту скалу, но существо не сдвинулось с места. Минута, и девушка начала откровенно паниковать. Ничего не происходило, а сила всё убывала и убывала.
И тут одновременно произошли два события: лопнул щит у магов, до этого сдерживавший поток льда и снега, и мужичок, который упал после обрушения витрины, вдруг с громким воплем «Доченька!» в очередной раз предпринял попытку подняться, но с грохотом провалился под лёд. А сверху несчастного занесло снегом.
Ледяная Дева совсем растерялась и побледнела, хотя, казалось бы, бледнее быть невозможно. Увидев, что щит пал, она всё же выступила из-за спины Монстра, но что-то явно шло не так.
Тот наконец сделал неуверенный шаг в сторону магов, да так и застыл с занесённой над ними лапой.
– Отец! – вопль прокатился по заснеженным сугробам. Девица невесомо заскользила по льду. Прямо к месту, куда провалился мужичок.
Уже плюнув на всё разбирательство, мы с магами поспешили к ней. Всеобщий переполох вызвала картина того, как недавняя всесильная злодейка со слезами выкапывала несчастного мужчину изо льда. Сама. Голыми практически руками.
– Отец! – громко завывала она, держа на коленях тело мужчины. Кто-то догадался вызвать лекаря.
Я же, пока никто не опомнился, подошла к Ледяной Деве и резко сдёрнула с её шеи медальон. Та даже не вскрикнула, хоть на коже и проступили капельки крови. Паук, или же мадара, как называл их Роктаэш, отличался от прочих порождений своими габаритами.
Но и это не спасло его от гибели. Пары искр хватило, чтобы паук запищал и испарился, унося с собой след от магии похитителя Дара.
А на пожухшей траве полулежала девушка с длинными белыми волосами и рыдала, пока её отца увозили к доктору.
Глава VII
Жаркие крылья стыда
Я тяжело опустилась на лавку. Редкий солнечный свет просачивался сквозь грозовые тучи, отчего на душе становилось муторно и сыро.
Погода не радовала своим постоянством, и многие студенты жаловались на головную боль, но даже это обстоятельство не могло освободить их от повинности убирать осенние листья. Субботник, пусть даже и в среду, никто не отменял.
Изначально всех младшекурсников собрали перед зданием Университета и торжественно объявили, что теперь настал их черёд следить за порядком в их втором доме. Ответом на подобное заявление был дружный стон, разнёсшийся по всей площадке.
Ребята негодовали. Вчерашние выпускники приходских и не только учреждений привыкли к такому труду, но надеялись, что теперь, в Университете, ни один из них больше не прикоснётся ни к лопате, ни к метле. Большие, самодостаточные будущие маги разных направлений и возможностей – и уборочный инвентарь. Немыслимо! За кого их держат?!
Недовольным юношам вручили лопаты и грабли, а девушкам – мётлы. Но после одной из шуток в стиле «Что, не заводится?» одна из девиц с «четвёркой» даже не выдержала и применила свой Дар. Мальчики стали как шёлковые. В прямом смысле. Зато успокоились.
Хорошая особенность Дара не раз спасала от насмешек многие поколения девушек, и разрази меня гром, если это неправда.
В компании почти не было знакомых лиц, что безмерно радовало. Всё же после случившегося пару дней назад на разговоры не тянуло. Хотя от компании Розы я бы не отказалась. Но она уехала к родственникам, обещая в скором времени вернуться. Хорошо бы.
Мне приходилось сгребать листья в одиночку. Очевидно, что оставленные без присмотра мальчишки начали баловаться магией и только мешали процессу.
«Эх, будь у меня сильная магия, я бы им… Я бы им!»
Тут произошло неожиданное. Метла вырвалась из рук и самовольно принялась сгребать листья в одну большую кучу. К непокорному инвентарю присоединились и остальные метёлки, грабли и прочее. А ошарашенные студенты смотрели на то, как ловко кто-то неведомый справляется с проблемой.
– Что, товарищи мои, припрягли к уборке? – из кустов возникла фигура Рика Драккари, вот уж приятная неожиданность. Он был неизменно собран и выглядел безупречно. Будто и не
