кожи, скользнула по пальцам, когда плотный занавес вдруг качнулся в мою сторону.
Верховный жрец надавил рукой мне на плечо, заставляя опуститься на колени, и магия, покрывшая кожу, отпустила мою руку, прежде чем я смогла коснуться самой Завесы, и забрала с собой тепло, которое я уже успела почувствовать.
В мире, полном холодной и горькой полуправды и полулжи, Завеса манила меня теплыми объятиями, приглашая туда, где меня будут защищать любой ценой.
Мои колени коснулись песчаной почвы, я положила руки на бедра, ладонями вверх, к небу, и запрокинула голову, чтобы посмотреть в глаза Верховному жрецу. Он стоял рядом со мной, придерживая меня, чтобы, когда я умру, помочь упасть не прямо в Завесу, а немного в стороне – моя кровь должны была окрасить землю, а не его.
– Мы благодарим вас за жертву, Эстрелла Барлоу из Мистфела, и желаем обрести покой в вашем следующем воплощении в объятиях Матери.
Он погрузил руку мне в волосы, крепко сжал пряди на затылке, чтобы притянуть меня к себе под нужным ему углом. Кончик кинжала коснулся горла, впиваясь в плоть, и по коже заструилась теплая кровь.
– А теперь закрой глаза, дитя.
И жрец впился в меня взглядом, страстно желая, чтобы я выполнила приказ. В тот момент я поняла, что ему не хочется смотреть, как угасает в моих глазах жизнь, пока он перерезает мне горло, что он не получает удовольствия от исполнения воли Отца.
Так я и сделала. В ушах у меня громко звенело, и этот звон заглушал и хриплые крики матери, и голос Брана, пытавшегося ее утешить. Мое тело наполнилось теплом, несмотря на прохладный океанский бриз, обдувавший лицо, и это напомнило мне тепло домашнего очага в холодную зимнюю ночь, когда за окном мерцали звезды, а я лежала в обнимку с книгой.
В этот момент я испытала удовлетворение, я поняла, что впервые не чувствую никакой боли. Я больше не хотела чувствовать боль. Не хотела бояться того, что должно было произойти.
Вздохнув, я ощутила, как Верховный жрец глубже вонзает лезвие в горло и начинает вести им в сторону. Вдруг, сквозь удовлетворение, в которое я погрузилась, у меня возникло чувство, будто что-то изменилось – будто кто-то стучит снаружи по двери, – но никого не было видно.
Внезапно с другой стороны мерцающей передо мной Завесы раздался животный рев, от которого у меня зазвенело в ушах и волоски на руках встали дыбом. Мир содрогнулся.
Я распахнула глаза и увидела прожилки черноты, пробивающейся сквозь ткань Завесы.
– Вы видели это? – спросил лорд Байрон, шагнув вперед и сократив расстояние между нами.
Я посмотрела на него и проследила за его взглядом. За чернотой пробивался рябью яркий свет.
За спиной у меня все замерли, обратившись в единое целое, пока мы с благоговейным ужасом смотрели на Завесу. К барьеру подошли стражники Тумана, державшие руки на рукоятях мечей в ожидании худшего.
– Что нам делать? – спросил лорд Байрон, глядя на Завесу, которая пульсировала магией, как будто по ней били с другой стороны.
Сквозь барьер пробивались треск и звуки бессловесного гнева, а с нашей стороны воцарилась тишина.
Еще один толчок – и чернильно-черная тьма распространилась по барьеру, пульсируя в такт с биением сердца у меня в груди. Я поднялась на ноги, не смея дышать, не смея закрыть глаза.
– Нам нужно укрепить Завесу, – сказал Верховный жрец, снова повернувшись ко мне.
Он коснулся моего плеча, толкая меня вниз гораздо сильнее, и я, упав уже совсем не так грациозно, как в первый раз, приземлилась на руки и колени, почти уткнулась лицом в Завесу и едва не вдохнула мерцающую пульсирующую магию. С надрезанного горла капала кровь, и красные капли растекались по земле, словно в замедленном темпе.
Когда по колеблющемуся белому краю границы прокатилась еще одна черная волна, земля подо мной содрогнулась, будто сам мир пришел в ярость. Верховный жрец решительно шагнул ко мне, намереваясь вонзить нож прямо в горло, и я знала, что сейчас он убьет меня, не колеблясь ни секунды.
Я вытянула вперед руку и коснулась одним пальцем магии, которая взывала ко мне. Руку пронзило электричеством, и с губ сорвался болезненный вздох. В ответ загрохотало небо, и гром эхом разнесся по открытому пространству садов.
Верховный жрец застыл, глядя, как сквозь Завесу просачивается тьма, заливая мир тенями, затягивая дымкой солнце. Она распространялась все дальше, растекаясь по небу, пока полностью не закрыла облака, лишив наш мир света.
– Что ты наделала?
Его глаза расширились от ужаса.
Всем нам в детстве рассказывали легенды о том, что скрывается за Завесой. Все мы выросли на них. Всех нас предостерегали от того, что может произойти, если мы по ошибке сунем свой нос туда, куда не следует.
Нам рассказывали о монстрах, которые придут ночью, выкрадут нас прямо из постели, и больше нас никто никогда не увидит. О людях, которым не повезло, которых пометили фейри, выбравшие их для жизни в качестве своих жалких питомцев.
Земля снова содрогнулась, и на этот раз так сильно, что Верховный жрец и лорд Байрон упали на колени рядом со мной. Люди, стоявшие ближе всех к Завесе, сразу за нами, закричали и, развернувшись, побежали через сады, за которыми надеялись обрести безопасность.
А по Завесе тем временем распространялись трещины, сквозь которые просачивался туман, разделявший наши миры. Пронизанный черными линиями, он расползался, как клочья паутины, над горизонтом.
Внезапно Завеса перестала колыхаться и застыла, словно примерзшая к стеклу.
– Бежим, – прошептал лорд Байрон, неуклюже вставая на ноги.
На его лице отражались только паника и ужас перед тем, что произойдет, если магия, веками защищавшая нас, перестанет действовать.
И тут Завеса рухнула.
Осколки дождем посыпались на расположенные у границы поля. По земле покатилась волна чистой, неразбавленной силы. Там, где когда-то мерцала Завеса, осталась только стена тумана, открытая для любого, кто осмелится пересечь землю и море между мирами: перейти из мира людей в Альвхейм или наоборот.
Время застыло, и мне показалось, что прошла вечность до того момента, когда я повернула голову и встретилась взглядом с лордом Байроном. Он упал первым – его отбросило назад, а я почувствовала волну чернильной силы на коже. Она проникла в мое тело через царапины и раны, поселилась в нем, и мне стало казаться, что это больше не мое тело, а что-то другое. Это было абсолютно новое, незнакомое мне чувство.
Сила погрузилась в меня, подняла с колен, толкнула назад, скрутив мое тело в воздухе взрывной волной,
