— Тихо, Бет. Это займет совсем немного времени.
Так ли нужно было предупреждать ее? Ведь в следующую секунду Блэкторн склонился к ней и поцеловал сухими, твердыми губами.
Испугаться бы ей, взбеситься… но вместо этого она лишь подумала, сколько неприкрытой нежности в его поцелуе… В поцелуе, которого не могло быть… не должно было быть!
Бет снова дернулась, и Блэкторн оторвался от ее рта, по-прежнему удерживая за подбородок, чтобы она не могла отвести взгляд. А он смотрел на нее пытливо и задумчиво, будто что-то было ему непонятно.
— Что, Блэкторн, урок окончен? — с неприязненным вызовом поинтересовалась она.
— Пока все.
Бет приготовилась уже заявить, чтобы он поберег свои лапы и поцелуи до лучших времен, как Блэкторн одной рукой подтянул к себе свою сумку и начал что-то вытаскивать оттуда.
— Урок состоит в том, что ты меня не обставишь. И чем быстрее ты усвоишь это, тем лучше.
— Ты так говоришь, будто нам с тобой не придется вот-вот расстаться.
— Если погода не изменится, мы застрянем здесь на целый день. У меня нет желания повторять эту процедуру.
Бет опять хотела сказать ему нечто едкое, но увидела, что он достал из сумки то, что искал.
— Что ты задумал?
Хотя все уже было и так ясно.
— Шелковые, Бет, шелковые, не бойся, — ответил он и начал связывать ей руки. — Никаких следов не останется, если, конечно, ты не будешь вырываться.
Только после этого он разжал ноги.
— В таком виде я не смогу заниматься Джереми.
— Сможешь, Бет. — Блэкторн наклонился, удерживая ее под спину. — На счет «два» выдохни.
— Что?!
— Выдохни, иначе в ребрах будет сильная боль, когда я подниму тебя.
— Откуда ты знаешь о моих ребрах?
— Раз, два!
Бет оставалось послушно выдохнуть, и в следующее мгновение она была уже на ногах. Блэкторн осторожно поддерживал ее, так как она заметно пошатывалась, и раньше, чем она смогла двинуться или сказать что-то в знак протеста, он уложил ее рядом с Джереми и быстро связал такой же веревкой лодыжки. Даже будучи полностью беспомощной, она сумела отодвинуться от присевшего на край ее кровати Блэкторна.
Он был все так же спокоен.
— В следующий раз, когда вздумаешь тягаться со мной, помни, что всегда есть выбор.
Бет подергала руками и ногами, но веревки держали крепко.
— Какой еще выбор? — выдохнула она почти беззвучно.
— Или ты слушаешься меня, или соглашаешься на некоторые неудобства. Все зависит от тебя.
Забрезжила надежда.
— А что если я уже готова слушать тебя?
— Завтра, Бет, все завтра! А сейчас спи.
— Как я могу спать, зная, что на соседней кровати ты?
— Скажи спасибо, что не в твоей, — не без иронии ответил он.
— Да, это уже неплохо, — пробормотала она и не сдержалась, задала еще один вопрос, скорее всего, лишний: — Почему ты поцеловал меня, Блэкторн?
— Мне так захотелось.
— Но почему? Ты иной раз глядишь на меня так, будто тебе дышать со мной рядом противно.
Бет должна была получить ответ, пусть самый обидный, неприятный. Она не понимала, почему ей так нужно знать это.
— Все ты усложняешь, Бет. — Блэкторн наклонился к ней, чтобы укрыть получше. — Я, небось, не первый мужчина, которому захотелось поцеловать тебя. Женщина вроде тебя…
Бет не хотела, чтобы он произнес это.
— А ты, конечно, все знаешь о «женщинах вроде меня»? Стивен всему свету поведал, какую редкую распутницу взял в жены. Что, интересно, каков вкус Корбета, а, Блэкторн? — с горечью сказала Бет.
— Все дело в том, как ты выглядишь, а не как ты себя ведешь. Ты красивая женщина, Бет, а я живой человек. Странно, что это тяготит тебя.
Девушку несказанно удивил его ответ. Она молчала, и тогда Майк добавил:
— Что бы я ни говорил, спи, не думай об этом. Все равно ничего не изменится.
Закрыв глаза, Бет слышала, как он прошел к своей кровати и лег.
И только тогда впервые за эту страшную ночь полились из ее глаз слезы.
Прислонившись лбом к теплому родному комочку, она прошептала: «Прости, Джереми, не вышло», — и заснула.
Глава 6
Майк развязал последний узел и убрал веревки в карман. Бет шевельнулась. Невероятно длинные ресницы затрепетали, распахнулись на мгновение влажные карие глаза. Майк не мог двинуться, завороженный ее невинными движениями. Девушка потерла кулачками глаза, по-кошачьи потянулась… И Блэкторн чуть не заскрипел зубами, когда проснувшись окончательно и все вспомнив, Бет со страхом, как затравленный зверек, взглянула на него.
— Что тебе? — хмуро спросила она.
— Ребенок.
— Что с Джереми? — подскочила Бет и тут же увидела, что малыш тихо лежит рядом и деловито пытается сунуть пяточку в рот.
— Он проснулся.
Майк отошел и сел в кресло. Бет склонилась к сыну. Волосенки Джереми вздыбились еще сильнее, чем вчера. Вид у него был презабавный. Блэкторна вдруг удивило несоответствие его белобрысых волос и темно-каштановой гривы матери. И если бы не их внешнее сходство — чуть вздернутый носик, яркие, как вишни, карие глаза — то он бы вообще усомнился, того ли ребеночка похитила эта красотка.
Джереми благосклонно позволил матери поцеловать себя, но в отместку лихо оттаскал ее за челку.
— Отлично сработано, Блэкторн, — заметила Бет. — Стивен обещал тебе дополнительный гонорар, если ты будешь пугать меня до полусмерти?
Блэкторн скрыл улыбку.
— Если бы я не разбудил тебя, мы с Джереми погибли бы с голоду.
Не спуская сына с рук, Бет подвинула к себе сумку и начала утренний туалет ребенка. Джереми был в прекрасном настроении, поэтому чинил маме все мыслимые и немыслимые препятствия.
Майк поглядывал на жуткие синие отметины на детском тельце и, видя, как бережно обходится с ним Бет, понимал, что она ни на секунду не забывает об этом. В общении с малышом ее страх и подавленность никак не проявлялись: она говорила с ним обстоятельно и серьезно, будто на самом деле понимала его гуканье и лепет.
Когда, наконец, его высочество был одет и умыт, Бет даже немного запыхалась. Откинув волосы, она устало потерла затылок, виски и спросила:
— Завтракать пойдем, Блэкторн?
— Если ты будешь хорошо себя вести. — Она кивнула. — Будет лучше, если ты станешь называть меня Майк.
— Кому же это будет лучше? Я только-только привыкла к Блэкторну.
— Тебе будет лучше, Бет, тебе. Не надо, чтобы посторонние слышали, как ты говоришь мне Блэкторн. Для всех мы счастливая молодая семья.
— Почему, черт возьми, мы должны притворяться семьей, тем более счастливой?
Он вытянул и скрестил ноги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
