К сожалению, напряженная работа и загруженность домашними делами не мешали ей проявлять чрезмерное любопытство к любому происшествию и расследованию, в котором участвовал Майк.
Майк опустил Джереми на пол и сел поближе к Бет, стараясь не спускать глаз с мальчика, ковылявшего по направлению к книжным полкам. Он протянул руку к Бет и зажал между пальцами шелковистую прядь ее волос.
— Я разрешаю тебе приближаться к моей работе ровно настолько, насколько это позволяют публикации в газетах, — проговорил он, легонько дергая ее за волосы до тех пор, пока она не отбросила газету и не посмотрела ему в глаза. — Ты ведь знаешь, я не хочу потерять тебя, я не могу рисковать тобой.
Плечи ее горестно опустились, а в голосе зазвучали щемяще-тоскливые нотки — из-за того, что он так непреклонен в своем решении:
— Но Майк, ты же сотни раз говорил мне, что, как правило, это обычный сбор фактического материала.
— Как правило, — с легкостью согласился он, зная, что ему не удастся ее одурачить. — Но даже простой сбор фактического материала требует повышенного внимания. Если ты будешь где-то поблизости, я не смогу полностью сконцентрироваться на своем деле.
А если он не сможет сосредоточиться полностью на том, что он делает, то и обычный сбор фактов может полететь ко всем чертям, и это доставит ему больше неприятностей, чем он мог бы ожидать. Эту последнюю сентенцию он не высказал вслух, так как она и сама знала все не хуже его.
Он был обеспокоен тем, что она снова подняла эту тему. Уже несколько месяцев прошло с тех пор, когда он последний раз объяснил ей, насколько мало он намерен делиться с ней планами и проблемами, касающимися его работы.
Он наблюдал, как она, подняв руку, откинула со лба прядь волос, его глаза поймали блеск золотого обручального кольца. Оно было еще совсем новеньким, это кольцо, и от его блеска у Майка почему-то перехватило дыхание.
Она стала его женой, но он не был уверен, что когда-нибудь к этому привыкнет.
Бросив взгляд на малыша, который доставал книги с нижней полки, Майк обхватил Бет за талию, поднял и положил на себя, вытянувшись на толстом ковре.
Бет посмотрела в темные, полные любви глаза мужа и покорно кивнула.
— Я ведь знала, когда выходила за тебя замуж, что стану беспокоиться, когда ты будешь уезжать. Но мне никогда не приходило в голову, что ты начнешь скрывать от меня даже мелкие пикантные подробности, связанные с твоей работой.
Он засмеялся:
— А ведь именно за неразглашение мелких пикантных подробностей больше всего и платят мои клиенты.
Она почувствовала, что он перемещается под ней, устраиваясь так, чтобы его ноги оказались промеж ее ног. Он пытался отвлечь ее внимание и заставить ее больше ни о чем не спрашивать. Легкий стон вырвался у нее, когда он накрыл ее бедра своими широкими ладонями и крепко прижал к себе.
— Майк…
— Что, любовь моя?
Легкая летняя юбка была слабой защитой от жара сильного мужского тела — она чувствовала его своим животом и знала, что только одно удерживает Майка от искушения задрать ей юбку и погладить ладонями ее обнаженные бедра: это «одно» находилось в нескольких шагах от них в виде любопытного годовалого мальчугана. Она вздохнула и попыталась вернуть ход своих мыслей.
— Почему мы не можем заключить пакт? Ты будешь сообщать мне кое-какие детали, а я взамен обещаю не приставать к тебе с просьбами взять меня с собой.
Он скользнул рукой по водопаду ее волос и притянул ее голову к своей. Когда он перестал ее целовать, она была уже почти без чувств и не могла вспомнить не только то, о чем они только что говорили, но и какой сегодня день недели.
— Так тебе нужны пикантные подробности? — промурлыкал он, тихонько покусывая ей ушко между словами. Она прильнула к нему всем телом и ждала, что он ей расскажет, хотя полностью сосредоточить внимание ей мешала сладкая чувственная дрожь, пробегавшая по ее спине от его укусов.
— А что если я тебе в точности расскажу, чем мы станем с тобой заниматься, когда у Джереми будет дневной сон?
И Майк громко рассмеялся, когда ее нежный кулачок ударил его в грудь, потом он перекатился вместе с ней на бок, запутавшись в подоле ее юбки и шелке волос.
— Ты просто животное, Майк Блэкторн. Если бы я не была беременна, то приставала бы к тебе до тех пор, пока бы ты не сдался.
— А я бы никогда не сдался, — возразил он прежде, чем до него дошло, что она сказала. Его сердце вдруг замерло, и он с недоумением взглянул на женщину, которая лежала в его объятиях. Ее волосы упали ему на плечо, почти скрыв озорной блеск ее глаз.
— Беременна?
Она кивнула:
— Беременна. Везет тебе, Блэкторн. Не часто удается одержать победу в споре из-за болезни оппонента.
— Но мы ведь не спорили, — растерянно проговорил он, потом положил ладонь на ее щеку и переспросил недоверчиво: — Беременна?
— Беременна, — еще раз подтвердила она и, смущенно улыбнувшись, потерлась щекой об его ладонь. — Просто уму непостижимо, как я умею в чем-то проболтаться прямо без предварительной «разминки».
— Ты подразумеваешь предварительную подготовку к такому сообщению? — спросил он, и вдруг ему стало смешно: второй смысл сказанных ею слов «предварительная разминка» очень понравился ему.
— А как ты думаешь, не вредно в твоем положении вот так кататься по полу?
— Вот таким образом я и попала в такое положение, — сострила Бет. — Если доктор правильно назвал срок…
Он прервал ее поцелуем, который был полон такой нежности и признательности, что на глаза ее навернулись слезы, которых она не смогла скрыть.
И не надо было их скрывать. Он понял эти слезы так же легко, как читал ее мысли.
Безошибочно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
