Она подняла голову и посмотрела через плечо. Затем вновь уронила голову на ковер и заглянула ему в глаза:
— Я люблю тебя, Блэкторн, и я научусь контролировать себя.
— Ты сломала ему ногу, по всей видимости.
— Хотелось бы.
Майк усмехнулся:
— Я думаю, что тобой нужно заняться.
— Откуда взялась твоя кавалерия?
— У них нюх на такие дела. Я видел, как Болтон вертелся у дверей, когда я спускался вниз.
Он не сказал ей, что прибежал, как только услышал ее крики.
Она вздохнула. Из проломленного окна дул ледяной ветер, но если бы не это, он не возражал бы против того, чтобы остаться прямо здесь, на полу, с Бет. Бет нервно глядела на поверженного Корбета, и он подумал, что пора действовать.
Он поднял ее на ноги, стараясь не повредить ее больную руку. Было слышно, как Болтон говорит по телефону в кухне. Петерс приводил в порядок мебель.
Бет выскользнула из его рук и остановилась между двумя лежащими без сознания преступниками.
Стивен лежал среди осколков стекла, и на лице его застыло удивленное выражение. С виду его можно было бы признать почти безобидным, однако боль тут же напомнила Бет о страшной жестокости этого человека. Она подняла голову: Майк наблюдал за нею.
— Что ты собираешься делать с ним?
— Что ты хочешь, чтобы я сделал?
— Первое, что приходит мне в голову: послать их вместе с Саттоном в ту маленькую южноамериканскую страну, про которую ты говорил, и нанять надежную охрану… лет на десять или около этого.
Он заинтересовался:
— Это можно организовать.
Его легкое согласие отрезвило ее. Майк был человеком, который жил по собственным правилам. Она покачала головой: хоть было бы сладко отомстить, но она не была уверена, что сможет жить спокойно после этого.
— Я думаю, мне надо докончить начатое дело, — сказала Бет, стараясь не морщиться, когда свитер болезненно касался раненой руки.
— Что именно? — Он поднял брови.
— Отсудить Джереми. По закону. Нужно, чтобы я проснулась однажды и знала: Стивен не в силах ничего сделать, чтобы вернуть себе Джереми.
Наступила долгая пауза. Майк о чем-то думал, и она по выражению его лица не в силах была понять о чем.
Затем он заговорил.
— Что может остановить его, чтобы он вновь не стал охотиться за тобой? Если ты остановишься на том, что Корбет будет обвинен по справедливости судом, то ты сделаешь ставку на его человеческую мораль — единственное, что не позволяет кому-либо преступать закон. Но у Корбета нет и не будет никакой морали. Даже если мы сдадим их полиции и возбудим против них дело о вооруженном нападении и нарушении неприкосновенности жилища, то единственное, что им грозит — это несколько лет за решеткой. Они вернутся на свободу раньше, чем Джереми научится кататься на велосипеде. Неужели ты хочешь прожить всю жизнь в этом страхе?
Бет заметила, что Петерс оставил их вдвоем, и обрадовалась этому. Ее гордость теперь не пострадает от того, что кто-то посторонний услышит слова, которые она собиралась сказать.
— Я надеялась, что Стивен будет достаточно бояться тебя, чтобы оставить нас в покое навсегда.
— Нас? — Он старался вникнуть в ее логику. Его глаза сузились. Она затаила дыхание. — Ты хочешь поставить меня между тобой и Стивеном?
Она принялась нервно теребить свой свитер.
— Можно сказать и так. Он не осмелится тронуть меня, если ты будешь рядом. Кроме того, как только все будет вынесено на суд общественности, Стивен уползет в ту же щель, откуда он выполз. У него не так уж много мужества.
— Я не думал, что ты станешь полагаться на человека, который позволил такому дерьму, как это, мучить тебя.
Она улыбнулась.
— Если бы я не дорожила Джереми, твой дом не пострадал бы. — Она указала на разбитые окна. — Вся эта история случилась из-за меня, и я отказываюсь признать твою вину. И то, что Саттон слишком рано вышел из-за решетки — не твоя вина. Ты понимаешь, некоторые вещи находятся даже вне твоего контроля.
Саттон издал стон. Майк позвал Петерса, который появился через секунду.
— Следи за ним, — сказал он и поманил Бет пальцем.
Он взял ее за руку и повел из комнаты.
Но Петерс остановил их:
— Болтон вызвал врача. Он будет здесь через несколько минут. Что-то еще нужно?
Майк почесал в затылке:
— Свяжись с Робертсоном. Скажи, что он может нанести свой визит Корбету прямо здесь.
Бет взглянула на него:
— Разве ты не вызовешь полицию?
Он покачал головой:
— Пусть сначала с Корбетом разберется Робертсон. Я хочу убедиться, что твой бывший муж знает, как отвечать на вопросы, которые ему станут задавать в полиции.
— Что насчет Саттона? — спросил Петерс.
Майк вздохнул:
— Пусть врач обследует его. После решим.
— Врач не донесет в полицию?
— Этот — нет, — кратко ответил Майк.
— Но ты ведь не станешь отправлять его в Южную Америку в таком состоянии, правда? — допытывалась Бет.
Майк вывел ее из комнаты и закрыл за ними дверь.
— Может, да, а может, нет. Зависит от того, что скажет врач.
Майк притянул ее к себе, не давая ей в то же время упасть в его объятия, как ей того хотелось.
— То, что я сделаю с Саттоном, не твое дело, Бет.
— Я не согласна, — она задрала нос. — Человек, с которым я собираюсь жить, не должен быть ни жесток, ни мстителен. Если ты пошлешь Саттона в Южную Америку, как обещал, и в таком состоянии, то ты сделаешь нечто противное твоей собственной натуре.
Его глаза сузились:
— Но ты не возражала, когда я впервые предложил это.
— Но он не был так тяжело ранен. Я полагаю, что такая рана уже сама по себе не позволит ему сражаться с тобой дальше. А разве это и не было целью отправки в Южную Америку?
Он зло согласился:
— Но что, если он выздоровеет — и вновь будет преследовать тебя или меня? Я что, должен сидеть и ждать, пока на тебя снова нападут?
— Конечно, нет. — Она приложила ладонь к его лицу. — Да ты лучше, чем себя изобразил, Майк. Но когда Саттон вновь что-то совершит, ты будешь действовать. Тогда, а не сейчас. Кроме того, я думаю, что он больше не сунет нос в этот штат.
Майк не был согласен с ней, но спорить не стал.
Наивность со стороны женщины — это неплохо, и, кроме того, рядом с ним она будет в безопасности. Но она должна знать, что если нужно, она должна подчиняться ему.
— Я не позволю тебе вмешиваться, если я сочту Саттона вновь опасным. Я не собираюсь менять своих принципов в уступку твоей чувствительности.
— Я не прошу тебя об этом, — она провела пальцами по его лицу. — Все, о чем я прошу — поступить с Саттоном так, как ты поступил бы, если бы я не была замешана в этом деле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
