Он бредил. Какой же ужас ему пришлось пережить на войне, если кошмары мучают его до сих пор…
— Ш-ш-ш, — Лора склонилась над ним и принялась баюкать словно маленького ребенка. — Не волнуйтесь, все хорошо. Война давно закончилась, вам ничто не угрожает.
Тело Санчеса было горячим, как печка. Ничего удивительного, он ведь больше часа провел в ледяной воде. Как хорошо, что она обработала раны. С инфекцией не удалось бы справиться. Дай бог, чтобы это была просто простуда… Парень дернулся и отвернулся к стене, продолжая что-то бормотать. Бедный… Как же ему помочь? Лора не удержалась и провела пальцами по мягким влажным волосам мужчины.
— Ничего, ничего, — прошептала она. — Сейчас заварю чай с мятой, и вам сразу станет легче.
Интересно, кто в него стрелял?..
Санчес немного успокоился, и Лора отправилась на кухню заваривать чай. Когда она вернулась, мужчина лежал на боку лицом к ней. Одеяло опять сбилось, и теперь Лора могла видеть не только бедро. Его мускулистое, идеальных очертаний тело так и притягивало взгляд. Женщина рассердилась уже не на шутку, и прежде всего — на себя. И чего, спрашивается, уставилась на него во все глаза? Как будто никогда не видела голого мужчину… Однако отводить взгляд и смотреть в сторону становилось все труднее и труднее. Лора покраснела и старательно укрыла больного до самого подбородка. Затем она присела на край кровати и мягко позвала:
— Санчес!.. Синьор Корелли, проснитесь!
Ответом ей было лишь нечленораздельное бормотание. Лора уже хотела оставить затею с чаем и вернуться на тюфяк, но тут парень наконец открыл глаза.
— Подумать только, какая красотка! — блаженно улыбаясь, протянул он.
Сердце женщины бешено заколотилось. Ее охватило незнакомое волнующее чувство и, хотя она понимала, что гость бредит, все равно было приятно. Осторожно приподняв его голову, Лора приставила чашку к сухим губам:
— Выпейте… прошу вас.
— Я не хочу пить… — прошептал он и уткнулся ей в плечо. Горячее дыхание опалило кожу. — Нежная… милая…
«Он болен», — твердила себе Лора. «Он не понимает, что делает», — говорил рассудок. А тело кричало: «Он обнажен и так красив…» Женщина заставила себя встряхнуться. Прежде всего нужно заставить Санчеса выпить чай.
— Синьор Корелли, — строго сказала она и не смогла сдержать улыбку, до того комично прозвучали эти слова. Обнимает голого мужчину и в то же время зовет его синьором. — Я приготовила вам чай. Пожалуйста, выпейте.
— Зачем? — все так же улыбаясь, спросил он.
— Это поможет снять лихорадку, — запинаясь, проговорила она.
— Жарко… — и он потерся щекой о ее грудь.
У Лоры перехватило дыхание. Это как же понимать? Ему жарко, или он чувствует жар внутри нее?..
— Я об этом и говорю, выпейте. От чая вам сразу станет легче.
Санчес откинулся на подушку, а потом… резко потянувшись, обхватил хозяйку рукой за талию. От неожиданности Лора вскрикнула и едва не расплескала чай. Глаза парня лихорадочно блестели, но взгляд был вполне осмысленным. Неужели он пришел в себя?..
— Выпейте чай! — окончательно рассердилась она.
— Я выпью ваше зелье… если вы поцелуете меня.
— П-поцелую? Но… — От неожиданности слова застряли в горле. Хотя… Подумаешь! Ну что здесь такого?.. Что значит всего один поцелуй?.. — Ладно. Только чур не хитрить. Выпейте все до последней капли.
И парень тут же послушно выпил чай. Теперь очередь за Лорой. Порывисто вздохнув, она поставила чашку на стол и осторожно взглянула на больного. Он ждал. Он нетерпеливо ждал.
— Синьор Корелли, вам теперь лучше?..
Что за глупый вопрос? Он выпил чай минуту назад, ни одно лекарство не подействует так быстро. Но Лора решила потянуть время.
— Я превосходно себя чувствую… — Санчес провел пальцами по ее дрожащему подбородку. — А вот вас, кажется, слегка лихорадит…
Сердце Лоры сжалось в маленький трепещущий комочек. Его руки были так нежны, а прикосновения так приятны…
— Я жду… Вы не похожи на женщину, которая не выполняет своих обещаний.
Мысли ее судорожно заметались в поисках выхода.
— Мари… — чуть слышно прошептала она.
— Она спит…
«Мне бы тоже следовало сейчас спать», — мрачно подумала Лора и вцепилась в край лоскутного одеяла.
— Вы меня боитесь? — мягко спросил Санчес, заглядывая ей в глаза.
— Н-нет.
Лора сказала только половину правды. Она боялась. Боялась, что вернутся давно забытые ощущения и она не сможет с собой совладать. — Я не причиню вам зла.
О, и это она тоже знала… Лора глубоко вздохнула. Он получит свой поцелуй, и эта пытка наконец кончится. Женщина чуть склонилась над лицом Санчеса, и губы их соединились…
Лору захлестнула волна восторга! Голова закружилась… Ее охватило невыразимо прекрасное, пьянящее ощущение. Как же давно она не получала этой невыносимо чувственной возбуждающей ласки.
* * *
— Спасибо, Лора… — парень приподнял голову и заглянул в раскрасневшееся лицо женщины. — Обещаю, что буду пить вашу настойку в любой час дня или ночи. Когда вы только пожелаете. — Санчес мечтательно улыбнулся и… тут же заснул.
Сколько прошло времени, Лора не знала — может быть, целая вечность, а может быть, всего несколько минут… Она неподвижно сидела на краю кровати и смотрела на угасающий огонь в камине. Санчес лежал рядом и сжимал ее руку. Его темно-русые волосы разметались, и Лора, не удержавшись, откинула мягкую прядь с его горячего лба… Боже, что с ней происходит? Почему она сидит здесь и держит за руку обнаженного мужчину? Наверное, боги древних отняли у нее последние крупицы разума, раз она позволяет себе такое…
Лора осторожно разжала державшие ее пальцы и соскользнула на пол. Санчес, ворча, потянулся за ней, но она благоразумно отошла на почтительное расстояние. Тогда мужчина свернулся калачиком, причем сделал это так неловко, что опять сбил одеяло на одну сторону. Ну, что тут будешь делать? Экий упрямец! Горит в лихорадочном жару и ни за что не желает закрываться. Какое-то время Лора раздумывала, что же ей предпринять, а потом попросту легла рядом с больным. Раз он сучит ногами, как молодой жеребенок, она будет удерживать одеяло весом собственного тела. Это решение казалось ей очень естественным и логичным.
Не успела она устроиться поудобнее, как Санчес со стоном повернулся на другой бок и прижался к ней, дрожа как осиновый лист. Лора обняла его за плечи и вскоре тоже заснула.
Глава 7
Санчес проснулся на рассвете. Его еще лихорадило, но сейчас он чувствовал себя намного лучше, чем вчера. Во рту ощущался отвратительный привкус, да и каким он еще мог быть после того мерзкого варева, которым его напоила синьора-цыганка. Это, конечно, было очень любезно с ее стороны, но, право, ей вовсе не стоило из-за такой ерунды выходить ночью из дома и тащиться к нему в сарай.
