мотеле на Гринвуд авеню, разлегся на кровати, не снимая своих не первой свежести ботинок. В его извращённом секретной работой мозгу, складывалась очень даже неплохая комбинация. Во-первых, Дэвис скрупулезно изучил Большого Тафа. Все его сильные и слабые стороны. Главным недостатком Тафгая, он посчитал тупую бессмысленную упрямость. Оказывается, этому русскому предлагали прямым текстом сдать Суперсерию против сборной НХЛ, так как тот хоккей соприкоснулся с большой международной политикой, где в принципе не может быть честной игры. Вот почему он сбежал сюда в США. Во-вторых, у генерального менеджера «Чикаго Блэкхокс» отыскались неуплаченные налоги на сумму в 500 тысяч долларов! Значит, мистер Томми Айвен был уже в кулаке. Осталось только получить доказательства того, что он играет на тотализаторе, ведь мой человечек уже подсказал Айвену быстрое решение всех проблем. И Тафгай, чтобы спасти свою новую команду сам согласится на всё, что от него потребуется. Примет американское гражданство и сделает нужное заявление против Советского союза, если это будет нужно. Сейчас же между СССР и США временный мир и дружба.
В дверь номера скромно постучали и Гордон Дэвис хищно ухмыльнувшись, подумал, что вот и третий «крючочек» на Тафгая пожаловал. «А есть ещё и четвёртый, и даже пятый. Никуда Большой Таф не денется», — хмыкнул он и громко сказал:
— Войди, открыто!
На пороге появилась стройная женская фигура, которая принадлежала актрисе и танцовщице Лорен Харрис. Девушка была одета в лёгкий короткий летний плащ, а глаза её скрывали неуместные для полутёмной комнаты большие чёрные очки. Лорен скромно вошла в номер и присела на стул.
— Встань! Я садиться тебе не разрешил! — Скомандовал офицер ЦРУ. — Слушаю внимательно, какие у нас успехи?
— Мы с подругой переехали к ребятам жить, — пробормотала Лорен, скромно встав со стула.
— Дура! — Горден вскочил с кровати и схватил девушку своей лапищей за подбородок, больно сжав её щеки. — Я это и так знаю. Ты залезла к нему в кровать или нет? Идиотка!
— У него невеста в Союзе, — попыталась оправдаться девушка и тут же получила жесткую и обидную пощечину.
— Кретинка! — Рявкнул цэрэушник. — Вспомни, где я тебя подобрал? Ты же наркоту толкала в Нью-Йоркских клубах. Я тебя пристроил в журнальчик, отмыл от полиции. Ты мне обязана всем! Даю тебе месяц! А невесте русского в Союз, я уже отправил письмо, через своих людей там, чтобы она срочно вышла замуж, если не хочет, чтобы у её Вани были большие проблемы здесь.
— Это же подло то, что мы делаем, — пролепетала Лорен и зажмурилась в ожидании ещё одной пощёчины.
— Идиотка, — хищно улыбнулся Гордон Дэвис и снова, расслабленно развалившись на кровати, совершенно спокойным голосом продолжил. — Это война, а на войне все средства хороши. Ты хоть понимаешь, что напишут Североамериканские газеты, если Тафгай выиграет какой-нибудь приз? Коммунизм победил, игрок из Советской России учит играть в логове капитализма родоначальников в хоккей. Игра кретинов. В конце января состоится матч звезд НХЛ, куда русский попадет 100%. И на него Большой Таф или поедет уже гражданином США или не поедет вообще.
— Что ты с ним хочешь сделать? — Спросила девушка, пытаясь из последних сил не зареветь.
— Помнишь парней, которые пытались угнать его машину? Ха-ха. Это банда идиотов «Чёрный авангард». За деньги прикончат не только Большого Тафа. Поняла меня, дура?
— Всё поняла, — пробормотала Лорен. — Я всё сделаю как ты хочешь. Могу идти?
— Можешь. — Цэрэушник лениво потянулся. — Сейчас разденешься, сделаешь папочке хорошо и проваливай. Мне ещё сегодня отчёты писать для проклятых бюрократов. Поэтому пошевеливайся, идиотка, время дорого.
Глава 8
Во вторник вечером 17-го октября в новеньком ванкуверском спортивном дворце «Пасифик Колизеум» по идее мы не должны были испытывать с местной командой никаких игровых проблем. Но тяжёлый дальний перелёт, и наложившаяся на команду невезуха ещё из прошлого матча против «блюзменов» сыграли с нами «весёлую» шутку. На третий период мы вышли проигрывая «Ванкувер Кэнакс» со счётом 4 : 3. Наш второй вратарь Гэри Смит, очень высокий и немного склонный к полноте парень, мягко говоря, не выручил. Либо переволновался, он сегодня в первый раз подменял нашего первого голкипера Тони Эспозито, либо его укачало в самолёте, как и большинство ребят. Справедливости ради наша славянская тройка тоже не феерила, пару моментов, которые мы бездарно профукали — это все, что было в нашем активе перед последними двадцати минутами выездного матча.
— Эй, русский, проваливай в свой Союз! — Орали мне «ласково» с трибун, когда я с партнёрами Микитой и Болдыревым выкатился на стартовое вбрасывание.
Странное дело, поймал я себя на простой мысли, что негатив, несущийся с трибун, меня перестал волновать и стимулировать на агрессию. Ведь фанаты сейчас проорутся, а потом, когда мы будем покидать ледовый дворец, по пути к автобусу выстроится огромная толпа для автографов и совместных фотографий. А канадские девушки будут выкрикивать: «Ивьян ай лов ю».
Задумавшись, я не заметил, как автоматически выиграл вбрасывание и откатился поближе к своей синей линии, так как «канадцы» из Ванкувера бросились в жёсткий прессинг. Мне нагло врезал в бок невысокий, но широкоплечий центрфорвард Рич Лемье. Я тоже не остался в долгу и, постаравшись не угодить канадцу в челюсть, двинул его в плечо. И в тот же момент, шайбу мне переадресовал наш защитник Билли Уайт. Я заложил крутой разворот, за счёт скрёстного шага сначала рванул влево, а затем резко пошёл через правый фланг. Мой маневр прочитал Ваня Болдырев, который рванул по своему правому борту вперёд. Поэтому я, как только пересёк центральную красную линию, навесом закинул шайбу в правое закругление, в зону ванкуверских «канадцев».
— Балда рви! — Гаркнул я в спину Болдыреву и ещё раз двинул корпусом надоевшему канадцу Ричу Лемье, который мне своей клюшечной обстучал все бока.
— Затолкай им проклятую шайбу Таф! — Донёсся до меня громкий выкрик нашего генменджера мистера Айвена Иваныча.
«Затолкай, затолкай, — зло подумал я, вкатываясь в зону атаки. — Затолкаешь тут, когда один за клюшку мою схватился, а другой на плечах повис, а судье всё до фени! Ну, правильно, никого же ещё пока не убили». А в это время в правом закруглении Болдырев очень ловко ушёл от защитника хозяев арены, и прострелил на меня! Спрашивается, какого хрена? Руки заняты, клюшка как бы застряла под мышкой
