его рукой и маленькая прохладная ладонь в другой – они не были так близко с первого дня встречи, и мужчина наслаждался каждым ее вдохом, что ощущал своей кожей. Каждой улыбкой и поворотом головы, открывавшим завораживающий вид на грациозный изгиб шеи и утонченную линию ключиц.
Это был не мираж, Валери была прекраснейшей из женщин на земле, и она была его женой.
Сладкая пытка… быть на расстоянии меньше шага от объекта своих желаний, держать в руках ту, которой хотелось обладать без остатка…
Здесь и сейчас скользнуть губами по белой коже от ключицы до ушка, зарыться пальцами в густой каскад медно-каштановых локонов, а другой рукой жадно впиться в упругое тело, прижав Валери к себе, чтобы больше никогда не отпускать – вот чего хотелось мужчине.
Вальсируя с ней и наслаждаясь неторопливой беседой, Сакстон буквально чувствовал, как между ними рушились стены и сбывались самые сокровенные из его желаний. Валери становилась ближе, без страха смотря ему в глаза и видя его настоящего, а не маску и уродство, скрытое под нею.
Вдруг мелодия стихла, чтобы перейти в другую… Или ему так только показалось? Ведь мир вокруг будто перестал существовать, когда она, смеясь и раскрасневшись от танца, прильнула к его груди, и подняла на него свои прекрасные лучистые глаза.
Чувствуя, что вот-вот оглохнет от громкости ударов собственного сердца, Дэрек наклонился к ней, позволив девушке самой решить, дарить ли ему обещанный дар. И она, неожиданно нежно скользнув пальцами по его плечу и шее, потянулась к мужчине в ответ.
Губы, мягкие, точно лепестки молодой розы коснулись его и этот восхитительный порыв теплом разлился в груди Дэрека. Словно целебный эликсир, устремился к старым ранам на мгновение позволив забыть о том, что привело его и ее сюда, в этот полузаброшенный замок. В этот жестокий мир.
Да. Она несомненно была «той самой». Его единственной и в этот раз сердце графа не ошиблось, а значит он должен был сделать все, для того чтобы напророченное ему наконец сбылось…
— Валери… - прошептал мужчина, задыхаясь от чувства, теснившего грудь изнутри и заставляющего сердце биться точно сумасшедшее, - если хоть на миг забыть все, что между нами было… Скажи, ты смогла бы полюбить меня?
Девушка подняла взгляд на графа, сейчас в нем было меньше смущения и куда больше странной, не девичьей решимости, будто это вовсе не она мгновение назад так пылко ответила на его поцелуй.
Ее рука, лежавшая на его плече, соскользнула мужчине на грудь, вновь создавая барьер между ними. Тот, который всего мгновение назад показался Дэреку наконец разрушенным…
— Вы обещали мне. – Тихо сказала девушка, проигнорировав его вопрос. – Танец и поцелуй в обмен на несколько часов с родными, помните? Если я отправлюсь сейчас, то успею вернуться завтра к закату…
— Нет. – Выдохнул мужчина, произнеся собственные мысли вслух.
Валери отступила на шаг, растерянно глядя в глаза человеку в маске.
— Нет?
— Уже поздно и мы еще не ужинали. – Спохватился граф, с улыбкой протянув супруге раскрытую ладонь. – Пойдемте, стол уже накрыт…
Она ускользала от него. Та призрачная Валери, которая будто бы готова была полюбить. Ее улыбка и тепло таяли, смытые волной непонимания, накатившей на девушку от его слов. Она задышала часто и черты ее заострились, а губы, хранившие до того счастливую улыбку, скривились, словно в отвращении.
— Мы заключили с вами сделку. Вы обещали мне. – Выпалила она ему в лицо, вновь отступая назад. – Танец и поцелуй в обмен на встречу с родными. О другом разговора не было!
Взгляд графа остекленел от гнева, а протянутая ладонь свернулась в кулак.
Она играла с ним в любезность, все это было лишь обманом? К чему его старания, к чему все напрасные траты сил, если она всегда видела и будет видеть в нем лишь одно… Чудовище, заточившее ее против воли в своем замке! Так пусть же так и будет, коль скоро ей именно этого и угодно!
— Знайте. Уже очень давно я никому не даю обещаний. – Тихо ответил он и зашагал прочь из проклятой музыкальной залы, насквозь пропахшей цветами, которые уже завтра завянут и обратятся в ничто… как и его усилия заполучить то, чего он был недостоин.
Искренности и любви.
— Вы красиво говорите и расхаживаете в богатых нарядах, думая, что вы человек. – Кипя от обиды и злости, прокричала Валери ему вслед. – Но вы лишь жестокий и одинокий зверь и все человеческое вам чуждо! Если вы и правда колдун, то в вашей власти околдовать меня, но знайте – что бы вы не сделали и кем бы не прикинулись, вы никогда меня не обманите!
25
Обманщик! Человек напрочь забывший о чести и приличиях! Как он мог нарушить свое слово?!
Не сняв, а буквально сорвав с себя дорогое платье Валери рухнула на кровать. В этот раз ее не душили слезы, только гнев на него и на себя, за то, что поверила ему. Ведь ясно же было, что никуда он ее не отпустит – то было жестоким условием их брачного договора.
И ведь что за человек! Стоит ей начать казаться, что все не так плохо и страшно, как он тут же делает шаг назад, вновь и вновь раскрывая суть, которую так умело прячет под маской.
Граф Дэрек Сакстон – невыносим.
Валери развернулась в постели, задержав взгляд на пламени свечи, ровно горевшем в одиноком подсвечнике на тумбе возле ее кровати. Уловив ее дыхание, оно качнулось в такт, точно фигура в танце и в пламени девушка на мгновение увидела себя и его.
Войдя в этот вечер в зал, утопающий в сотнях цветов, она почувствовала дежавю… На ней прекрасное бальное платье и Дэрек Сакстон в своем непроницаемо черном камзоле и маске. Танец и поцелуй… такой же как в том сладком сне, где он был вовсе не тем хитроумным обманщиком… а она вовсе не той пленницей, против воли заточенной в замке злодея.
Валери сама позволила всему случиться. В тот миг когда он посмотрел на нее сверху вниз она увидела в его глазах то же, что и в своем сне. Его сердце под ее рукой билось так громко, что казалось заглушало даже музыку в зале… и поцелуй. Ее губы горели требуя его. Ее руки сами скользнули к его лицу и ноги поднялись на цыпочки
