купил.
– Извините, что мы интересуемся подробностями личного характера, но…
– Не стоит извинений, – перебил инспектора Коннорс. – Я вас прекрасно понимаю, так что спрашивайте обо всём, что вам необходимо знать.
– Спасибо, вы облегчили нам задачу. Ведь ваше знакомство не закончилось на покупке антиквариата у девушки?
– Вы правы, оно только началось. Мистер Райли, я предвижу ваши дальнейшие расспросы, и чтобы избавить от них себя и вас, сразу перейду к делу. Дорис – весьма привлекательная девушка, и сразу после нашего знакомства я пригласил её в чайную на пятичасовой чай34. После этого время от времени мы продолжали с ней встречаться.
– Между вами и мисс Хейли были любовные отношения?
– Нет, это не совсем так. Вернее, совсем не так. – Альберт замолчал и начал постукивать кончиками пальцев одной руки о другую. Несколько секунд он словно раздумывал, говорить ему или нет. Затем, решившись, начал рассказывать:
– Видите ли, в моей профессии есть свои маленькие секреты. Как вы знаете, в Лондоне много антикварных магазинов, и конкуренция между ними довольно высокая. Вот я и придумал способ привлечения покупателей в свой магазин, а Дорис была одной из тех, кто мне в этом помогал. Мне сразу же бросилась в глаза её артистичность, и за чашечкой чая с пирожными я предложил мисс Хейли своего рода заработок. На самом деле всё довольно просто. Я давал ей адреса антикварных магазинов в различных районах Лондона. Она посещала их, находила среди покупателей пожилых джентльменов и заводила с ними разговор. Девушка была заранее проинструктирована мною насчёт того, что она должна говорить, и она великолепно справлялась со своей ролью. Дорис изображала леди, интересующуюся мебелью викторианской эпохи и веджвудским фарфором35 тридцатых годов прошлого столетия. Она якобы посетила много антикварных магазинов в Гринвиче, Челси, Ковент-Гардене36, но отдаёт предпочтение магазину на Каррингтон-стрит в Мейфэре, то есть моему. В нём большой выбор антиквариата, да и продавец хорошо уступает в цене. Надо сказать, что Дорис легко удавалось очаровывать мужчин в летах, и они охотно вступали с ней в контакт. Она советовала им посетить мой магазин и говорила, что прямо сейчас отправляется туда за антиквариатом, который уже присмотрела. Почти всегда очередной джентльмен, с которым знакомилась Дорис, вызывался проводить её и ехал вместе с ней. Таким образом, он попадал в мои руки. Не хочу хвастаться, но я умею произвести впечатление на покупателей, и многие из тех, кого привела ко мне Дорис, становились моими постоянными клиентами.
Коннорс сделал небольшую паузу.
– Ну вот, теперь вы знаете один из моих секретов, – закончил он свою речь.
– Как я понял, Дорис была не единственной девушкой, которая работала на вас, – сказал Райли.
– Безусловно. Обычно я привлекаю к этой работе от трёх до пяти девушек, но мне часто приходится присматривать новых. К сожалению, со временем кто-то из них выбывает из игры: выходит замуж, перебирается в другое место и так далее.
– Полагаю, ваши помощницы получают хорошее вознаграждение за свои услуги?
– Да как вам сказать… Я имею дело с девушками, чьё материальное положение оставляет желать лучшего, поэтому не балую их деньгами. К тому же, чтобы не примелькаться, они посещают антикварные магазины далеко не каждый день. Да и потом, их работа не всегда бывает результативной. Так или иначе, я даю девушкам немного денег, время от времени делаю небольшие подарки. В сущности, это нельзя назвать платой, а лишь благодарностью за их помощь.
– А почему мисс Хейли вернулась в Шотландию?
– Ну, думаю, вам лучше спросить об этом её саму. Впрочем… В Лондоне я подыскал Дорис место горничной в приличной семье. Спустя какое-то время я узнал, что хозяин дома якобы увлёкся ею. Об этом стало известно его жене, и она быстро рассчитала девушку. Во всяком случае, так сказала мне Дорис. Она пыталась снова найти работу в магазине, но не получилось. Просила помощи у меня, но я решил больше не рисковать: мне совсем ни к чему быть замешанным в таких делах и портить свою репутацию.
Когда Коннорс вышел, Райли вспомнил, как кокетничала мисс Хейли во время беседы и подумал, что не случайно Крис Вуд увлечён ею. Похоже, Дорис умела кружить головы мужчинам. Он также вспомнил, как на секунду смутилась миссис Форестер, когда речь зашла о Дорис. Видимо, Милдред знала о том, что Крис ухаживает за девушкой и не одобряла этого.
«Да, это ещё та пташка», – пронеслось в голове инспектора.
Глава 6
Леди и джентльмены сидели за длинным столом, накрытым белоснежной скатертью. Стол был красиво сервирован, и это создавало праздничную атмосферу, несмотря на мрачные события, происходящие под крышей «Трэвэлерс Рефьюдж». Однако главным украшением стола были блюда, приготовленные Дженнифер Коутс. Постояльцы были чрезвычайно довольны её кулинарными способностями и всегда с большим удовольствием собирались на ужин в столовой.
О неудавшейся попытке отравления хозяйки пансиона уже было известно абсолютно всем: подобные новости разносятся очень быстро. Первой эту тему за столом затронула Тельма Чендлер.
– Вы не скажете, каким ядом хотели отравить миссис Форестер? – обратилась она к инспектору. Райли произнёс после некоторой паузы:
– Видите ли, волею случая я выступаю здесь в двух качествах: как член туристической группы и как лицо, принимающее участие в расследовании. Последнее накладывает на меня определённые обязательства: я не могу разглашать детали следствия. Во всяком случае, до того времени, пока убийца не будет найден.
– Дженнифер сказала мне, что миссис Форестер пытались отравить мышьяком, – вместо инспектора ответила на вопрос Тельмы Синтия Эйлинг.
– Я ничуть не удивлена этому, – сказала Тельма. – В наше время раздобыть яд совсем не сложно: в любой аптеке можно купить средство для уничтожения сорняков или грызунов, в состав которого входит мышьяк.
– Полностью согласен с вами, но не стоит забывать, что, если кто-то решится на убийство, он всегда найдёт способ, как его совершить, – парировал ей Альберт Коннорс.
На несколько секунд в столовой воцарилась тишина. Её прервал Роберт Чендлер, который с лёгкой грустью в голосе произнёс:
– Мне досадно, что убийство мистера Форестера и попытка отравления его жены стали интересовать нас больше, чем то, ради чего мы приехали сюда! Мы посещаем великолепные экскурсии по замкам, прикасаемся к богатой истории этих уникальных архитектурных памятников! Признаться, не хотелось бы омрачать свой долгожданный отпуск обсуждениями преступлений: это – прерогатива полиции.
– Вот что значит настоящая страсть к истории и архитектуре! – с искусственной весёлостью сказала Тельма, как будто извиняясь за чрезмерно эмоциональную речь мужа. – Увлечённые люди живут в своём мире и не
