не хочет, чтобы ее делили с другой. «Я его вовсе не ревную, с чего бы?» – размышляла я, чистив свои зубы и глядя в стеклянную стену…
После душа, Алан провел меня в гардеробную комнату, где уже заранее побеспокоились и перевезли некоторые мои вещи, купленные им. Надела платье из тонкого льна желтого цвета, до колен, свободного кроя с круглым горлышком и плечиками. Волосы собрала в высокий хвост. Проходя через комнату, в которой спала, только сейчас заметила, как красиво она оформлена для новобрачных. Взгляд упал на простыню с окровавленным пятном, хотелось кинуться и застирать его, уже сделала шаг к кровати. Но голос Алана остановил мой порыв.
– Юля… ты, что хочешь сделать?
– Я… надо бы застирать… если кто увидит, будет стыдно…
– Нет, здесь, наоборот, если его не увидят, будет позор, ты же не желаешь опозорить своего мужа?
– То есть, как это?
– Ответь на вопрос.
Потому как он его задал, я поняла, что вопрос был многослойный, и ответила как есть, честно:
– Эм… нет, конечно же, я бы так никогда не поступила и не при каких обстоятельствах.
Немного помолчав, глядя внимательным взглядом мне в глаза:
– Я тебе верю, Юля. Если бы ты не была девственницей, пришлось бы идти на обман. Но кровь на простыне должна была быть.
У меня челюсть так и отвисла:
– Но ведь так было раньше, а сейчас мы живем в современном обществе и…
Он перебил меня и сказал:
– Некоторые устои неизменны. И я бы не хотел себе жену, в которой побывал другой мужик. Закроем тему, – сказал, как отрезал.
Ответ меня сразил наповал. Выходит, он брезгливый или тоже собственник? Вот ведь как получается, что мы будем узнавать друг друга по ходу нашей совместной жизни…
Спустились в кухню – большая, просторная и светлая, какой и должна быть, по моему мнению, кухня. Весь дом выполнен в национальном дизайне. Скорее всего, этот дом достался Алану от деда, либо… нет, все-таки я склоняюсь больше к вышесказанному. У Алихана Алановича дом немного выдержан в другом стиле, не так ярко выражен национальный характер, как и у его сына.
– Сделай мне бутерброды, раз ты готовить не умеешь, и кофе. Как думаешь, у тебя с этим проблем не возникнет?
Я подошла к холодильнику, не хотела отвечать на его колкость. Хотя я могу, просто не знаешь, что взбредет ему в голову. Может у них в каждом доме есть подвал с крысами, думаю – лучше промолчать, чем потом оказаться в соседстве с мерзкими тварями.
Взяла с полки форель, мягкий сыр, авокадо, огурцы, зелень, нашла кусок буженины. Думаю, Алан такое любит. Нарезала хлеб, заложила в тостер. Подавила авокадо, смешала с мягким сыром, сделала из остальных продуктов нарезку. Чувствую, что он не сводит глаз с меня. Хочет для себя что-то понять, а возможно мне это кажется. Разложила по тарелкам готовые тосты, на каждый положила сверху огурчики и присыпала зеленью, кроме тостов с авокадо и мягким сыром. Я сделала для себя, но с тем расчетом, что не одна буду есть. Перенесла все на стол, за которым вальяжно сидит Алан и контролирует каждое мое действие, постукивая пальцами по столу. Приготовила чай, подала к столу.
– Я просил кофе, а не чай.
– Я сейчас принесу и кофе, сделала на выбор. Тосты лучше либо с чаем, либо с растворимым кофе кушать. Но ты любишь натуральный, а он в очень маленькой кружечке и с тостами вкус кофе теряется.
– Все сказала?
– Да.
– Прекрасно, кофе неси.
Кто вообще меня за язык тянул, вот дура, надо было сразу ему кофе его подать, пусть бы давился в сухую тостами. Пока несла ему кофе, смотрела, как он уминал мои тосты с авокадо и мягким сыром.
– Мм… это вкусно. Я не очень люблю с авокадо, но у тебя вкусные получились бутерброды. Угу… точно тебе говорю, – сказал он мне, поедая уже второй мой тост.
Хорошо, что я сделала больше, заранее рассчитывая и на него. В итоге он ел, запивая чаем, а кофе выпил после. Хм… странный он…
11 глава. Алан
После завтрака собрались и выехали из дома к моим родителям. Мама отпаивала Юлю каким-то отваром, чтобы снять болезненные ощущения. Как супружеская пара, мы уже должны были спать в одной комнате. Она спала, всегда свернувшись калачиком и забившись в дальний угол кровати. Странно то, что она меня не раздражала. Обычно женщины, находясь более десяти минут со мной в одном пространстве, очень раздражают, исключение, только когда я их трахаю. А она – нет. Что ни спросишь, всегда отвечает ровным голосом и, глядя в глаза своим пронзительным голубым взглядом, словно в душу заглядывает. Юля красивая… даже очень. Меня это мало интересовало до того, как стала моей женой. Ее аппетитная попка у меня постоянно перед глазами. Твою мать! Пока мы в доме моих родителей, я ее и пальцем не трону. По большому счету, ей пока нельзя, организм должен восстановиться после первого раза. Все это размышлял, сидя за стойкой и попивая ароматный кофе с сигаретой. Сигаретный дым уносит вытяжка над моей головой, специально предназначенная для любителей покурить в помещении.
Подозвал управляющую к себе:
– Где моя жена?
– Она в саду, господин Алан.
– Хорошо, свободна, – затушил сигарету, сделав последний глоток кофе, встал с барного стула и направился из дома в сад. Шел так, чтобы не спугнуть, было интересно, что она там делает. С какого хера мне интересно, сам не знаю… видимо я загостился у родителей, надо бы возвращаться домой, все на замов перекладывать нельзя. Подхожу, смотрю – она сидит на пятках, подогнув колени. Что-то напевает и мастерит, а нет – венок плетет, а один уже сплела и водрузила на голову. Стою и пялюсь на свою жену… как впервые увидел. Она же до того, как мы поженились, такая же была… Так что изменилось? Что-то точно изменилось, а что я не могу понять… Развернулся, так же бесшумно ушел, как и появился…
Через четыре дня мы вылетели домой…
Долго сидел и работал за ноутбуком, проблема с утечкой была решена еще когда мы были в Осетии. А кое-какие отголоски остались, надо было некоторым закрыть рот, а некоторым сделать что-то вроде благотворительности. Поэтому, надо будет появиться на одном вечере и потратить кое-какую сумму, даже не знаю на что. Все равно вложенные деньги не попадут по назначению. Сейчас многие прикрываются благотворительностью, я уже давно перестал чему-либо удивляться
