Я спокойно поставила статуэтку, которую вертела в руках, на стол. Я его прекрасно понимала. Хоть слов преженего Владыки я не слышала, ввиду известных обстоятельств, но понимала его как никто. Когда на кону стоит дело всей твоей жизни, дело, о котором тебе долбили по голове с пеленок, сантименты отходят на второй план.
Одно мне не давало покоя. Покушения. В спину ему всадили клинок из кости горгульи. Юргения?
— Вряд ли, — с сомнением протянул брат. — Да, они умеют усыплять их, обезвреживать. Но на их территории твари не живут. Это нам вот повезло. А если б от нас вывозили животное или его тушу, или хотя бы фрагменты — мы бы знали. Контрабанда исключена. Я проработал этот вопрос. Заслоны на границах стоят давно.
Теперь все стало понятно. Все гениальное просто, как говорится. Я узнала причины. Я понимала его мотивы. С одной стороны я замуж все-таки не собиралась, но с другой стороны Люция я понимала. И поддерживала. Вначале дело, за которое ты несешь ответственность, люди. А потом уже собственные эмоции и желания. Не уверена, что поступила бы на его месте как-то иначе.
Брат смотрел на меня настороженно, исподлобья:
— Что, истерики не будет?
Я медленно покачала головой. Вот только…
— Когда прибудет делегация?
— Дня через три-четыре, мне доложили. Я рассчитывал на большее время, но что-то они поторопились, — он постучал кулаком одной руки в ладонь другой. — Ты сильно изменилась после того случая с Артефактом Миров. Очень сильно. Ты сама замечаешь это?
Я напряглась. Видимо, все-таки разницу в характерах с прежней царевной брат чувствовал. И это беспокоило его. И меня.
— Дарина, что с тобой произошло тогда?
«Не ври, но и всей правды не говори» — идеальное правило всех времен и народов.
Сказав брату, что не имею представления, что со мной произошло, я не обманула его ни на йоту. Действительно не знала ведь, каким образом меня в этот мир притянуло. В магическом переселении душ я сильна не была.
Поговорив еще минут десять о разных, менее важных, вещах, я решила завершить разговор. Что еще обсуждать? Самое главное я выяснила.
Вышагивая в направлении своих покоев, пыталась успокоить внутренний раздрай. Душа металась между разумностью доводов брата и любовью к Ардану. Да, черт подери, я влюбилась! Если я выйду замуж и уеду в Юргению — я помогу Люцию и своему государству. Если останусь здесь — буду рядом со своим мужчиной, буду собой. Выбор не из легких.
Приняв такое решение, Люций наверняка использовал уже все возможные способы заполучить этот горгулий секрет. В его расположении ко мне я уже не сомневалась, это было видно невооруженным взглядом. А значит, чтобы выиграть этот бой, настало время тяжелой артиллерии. То есть меня.
Глава 9
Пока шла к себе, размышляла как себя вести. Что ж, при любом раскладе ударить в грязь лицом недопустимо. Нужно готовиться. Царевна я или кто? Не знаю, дают ли здесь за невестой приданое, но надо ж продемонстрировать что не нищенку какую смотреть приехали.
Следующий день с самого утра начался в стиле «дамские утехи». Рута ураганом пронеслась по дворцу, вызывая ко мне всех, кого только можно. Первыми явились модистки. Да, начать мы решили именно с нарядов, так как на это уходит гораздо больше времени. И в мире демонов начался мой персональный ад.
Бесконечные обсуждения фасонов платьев, кружев и украшений. Царские мастерицы знали толк в швейном искусстве. Демоницы в большинстве своем отличались буйным нравом, поэтому вызывающие наряды здесь любили. Те, кто находился при дворе, обязаны были соблюдать этикет, но частенько позволяли себе платья «на грани».
Рута принимала активное участие во всем этом безобразии. Хоть на первый взгляд она и казалась всем суровой, но при обсуждении тканей и всевозможных дамских украшательств практически все женщины преображаются. Вкусы у нас, кстати, совпадали. Одежда должна быть простой, удобной и функциональной. Это не скучно, это элегантно. Из-за хороших качественных тканей и недешевых аксессуаров мои костюмы всегда выглядели дорого. Правда, на Земле, они были чаще брючными, а здесь мне приходится ходить преимущественно в платьях. Здесь такими создавали только облачения для участия в охоте. Но это я собиралась исправить. Чуть позже. Не до этого сейчас.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
При всей моей нелюбви к излишним украшательствам, я согласилась на отделку платьев кружевами и камнями. Причем не только бальных, но и повседневных. Царевна ж! Пусть ненаследная, но Государыня.
В общем, я активно изображала куклу: одели; раздели; одели; раздели; одели; раздели; сделали массаж затекших от неподвижного стояния или сидения конечностей; собрали волосы в прическу; снова одели; сменили прическу; раздели…
Я к земным свадьбам так не готовилась, как к этим смотринам! Хотя они были довольно пышными и по моей воле.
Душевное мое состояние не сильно уступало физическому. Пока вокруг меня все щебетали о том, подходит ли мне больше зеленый или красный, я думала как вывернуться из щекотливой ситуации.
В генерала я влюбилась как юная дурочка. Так что ни в какую Юргению ехать не собиралась. Но вот как помочь брату уладить это все, не понимала. Государство нуждается в моей помощи, это бесспорно. Но не велика ли цена? Себя я очень любила и ценила. С одной стороны — жизни многих людей, которые могут погибнуть и оставят свои семьи сиротами. С другой — мое счастье. Своя рубашка ближе к телу, говорят на Земле. Но Люций… Предать его и обмануть ожидания, было тоже невозможно.
Выхода я не видела. За весь день я перебрала в голове тысячи возможных вариантов развития события, но ни один из них не давал удовлетворения всем сторонам одновременно. И это раздражало.
Под вечер в мои покои заявился Люций. Его, видите ли, заинтереосвало чем таким важным я занята, раз ни на обед, ни на ужин в столовой не появилась. Узрев меня посреди гостиной в виде марионетки, велел подать себе напитков и занялся своим любимым делом — издевательствами над ближним своим. То бишь надо мной.
Я изображала оловянного солдатика. Лицо каменное, порядком уставшая спина идеально ровная. Пару раз съязвила в ответ ради приличия, но не более того. Спрашивать при посторонних про Ардана было не лучшей идеей, поэтому я помалкивала. Просидев в нашем женском обществе около часа, брат соизволил удалиться. Видите ли, не может он более лицезреть как над его родименькой любименькой сестрицей издеваются злобные фурии-швеи, посему он удаляется залечивать душевные раны в чисто мужской компании. Вот же зараза рогатая! Знаю я, чем они сейчас там лечиться будут. И, кажется, завидую…
После его ухода я продержалась не более получаса. Потом слезла с банкетки, на которой стояла и плюхнулась на нее же. Прямо в пробнике бального платья, со всеми торчащими из него иголками.
— Больше не могу! — заявила дружно ахнувшей толпе демониц. — Устала. Давайте завтра продолжим?
Всплеснувшая руками Рута тут же захлопотала вокруг меня, помогая снять недошитый наряд и поторапливая остальных. А я мечтала только упасть лицом подушку и чтоб меня никто не трогал. Мечты-мечты…
Наконец вся эта громкоголосая галдящая толпа девушек-демониц удалилась, и мы остались с фрейлиной вдвоем. Я таки осуществила свое желание завалиться на кровать, на что моя помощница только задорно хохотнула.
— Давай, пожалуйста, поедим, а? — простонала я в ее сторону. — Спо-кой-нооо…
В ответ получила еще смешок. Но, распоряжаться насчет еды несчастной измученной мне, все же вышла. Перевернувшись на спину, я безразлично смотрела в окно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ардан не появлялся. Спрашивать о нем у брата было не лучшей идеей, а сотовых телефонов здесь, к сожалению, не существовало. Притяжение к этому демону было головокружительным. Как к мужчине, как к партнеру. Какое-то наваждение. Оно одновременно пугало и безумно радовало. Никогда ничего подобного я не испытывала. Если я выйду замуж за юргенийского принца, то о генерале придется забыть. Сердце тоскливо заныло, протестуя.
