Подняв голову на часы, она всплеснула руками:
— Дарина, время?
— Что? Что, время?
— Уже поздно! Нужно отдыхать ложиться. Завтра большой день. Еще столько всего сделать нужно будет!
За окном и вправду было уже черным черно. Удивительно темные здесь ночи. Засуетившись, Рута позвала служанок, чтоб они убрали стол и приготовили постель.
В каком-то внезапном порыве даже обняла ее. Оторопев на секунду, моя фрейлина-подруга тоже прижала меня к себе.
Уже через десять минут я осталась в покоях одна. Быстрый душ, переодеться и нырок под теплое одеяло.
Ох, как не хочется наступления утра…
Второй день подготовки тоже начался суматошно.
Разбудили меня довольно рано, не дав как следует поваляться и настроиться на новый день. По итогу все получили рыкающую царевну.
Главная повелительница иголок и тканей даже на общий завтрак меня не пустила, заявив, что жующую во время примерки Государыню она как-нибудь вытерпит, а вот абы как одетую при высоких гостях — такого ее душа вынести не способна. Пришлось покориться и поедать свой любимый сэндвич на ходу. Сегодня дело шло немного активнее: мерки были сняты вчера, портнихи уже запомнили их и не отвлекались. Каждая отшивала строго определенную деталь наряда. У меня на языке вертелось старое доброе «швея-мотористка», но в Демидене такого понятия не существовало.
Мне принесли новые образчики тканей. Драматично закатывая глаза, главная поведала о том, как в ночи она трясла заграничных купцов на предмет самых красивых кружев, достойных Дарины Решительной. Я сей подвиг оценила и не решилась отказываться от этих воздушных шедевров. Они и вправду были прекрасны.
Демоницы совершили практически подвиг, работая как стахановцы. Никаких лишних движений или болтовни, все четко и отработано. В таком темпе, видимо, им приходилось трудиться не впервой. Это вызывало уважение.
Когда примерки закончились и начался просто отшив изделий, я от них сбежала. Все-таки столько времени уделять одним платьям, мне было сложно и скучно.
Оставив Руту наблюдать за этим действом, я отправилась на обед. Люций, ехидно улыбаясь, поинтересовался, как продвигаются дела на женском фронте. Вернув ему ухмылку, заверила, что все прекрасно и брат будет доволен. Полюбовавшись его удовлетворенным видом, добавила что платье из рыбацкой сети особенно удалось и юргенийский принц, наверняка, будет моментально сражен красотой царской сестры. А также вся остальная делегация и наши придворные. Его возмущенный взгляд мне понравился гораздо больше. А нечего тут так жизни радоваться! Я, можно сказать, на горло себе наступаю, а он…
Отдав должное блюдам на столе, я, пока меня снова не потащили что-то примерять, поскакала в свой кабинет к Оскару. Оттуда меня уже не вытащить никак! Я буду сопротивляться!
Секретарь обрадовался мне больше, чем я ему. И сразу же доложил о завершении ремонта в женском училище, который мы навещали и о смене руководителя. Нового директора выбрали из числа попечительского Совета учреждения. Я только хмыкнула. Вот что способен сделать один единственный визит с нормальной ревизией.
— По покушениям есть что-то новое, Оскар?
Он отрицательно помотал головой:
— Я сделал от вашего имени запрос в канцелярию Государя, чтоб нам присылали новые материалы. Но там буквально пара записок.
Я попросила принести их. Сыщики докладывали, что никаких особо важных сведений добыть не удалось. Напавший на Люция стражник был довольно нелюдимым. Семьи не имел, проживал во дворце уже около 6 лет. До этого служил в личном отряде Ардана Змеиного, так как воспитывался в родовом имении отца генерала.
Хм, странно. Об этом любовник не упоминал. С чего бы ему скрывать это? Может в прошлом убийцы найдется какая-то зацепка. Надо будет спросить потом.
Постучавший в дверь помощник поинтересовался, не хочет ли Государыня нанести еще пару-тройку визитов по подведомственным учреждениям? Раз уж они имеют такой ошеломительный эффект в продвижении работы, то Совет просит разобраться еще с несколькими затянувшимися вопросами. О чем и прислал соответствующую бумагу в канцелярию царевны. Оскар даже потряс в воздухе прошением, подписанным всеми уважаемыми демонами-попечителями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я, конечно, согласилась. Раз у них тут такой бардак, что в учреждениях, что на улицах — надо наводить порядки. Попросила Оскара составить расписание визитов по проблемным местам, только никого с ним не знакомить. Абсолютно никого. На всякий случай. И на каждый вопрос подготовить небольшой экстракт по сути проблемы. Я ведь не знаю подробностей, а они крайне важны. Помощник понятливо закивал рогатой головой и скрылся в приемной, плотно притворив за собой дверь.
А я снова уселась за отчеты, так и лежащие горой за моим прежним столом. Кто их разберет, если не я?
За чтением и разбором документов время летело незаметно. По заинтересовавшим меня делам делала пометки, чтобы потом обсудить их со своим умницей-секретарем. Вот с ним Дарине однозначно повезло. Наверное, только на нем и держалась хоть какая-то работа, пока моя предшественница занималась только собой и магией.
Подняла я голову только тогда, когда доложили, что в приемной ожидает моя фрейлина. Приказав впустить Руту, я потянулась, распрямляя позвоночник. Ох, не хватает мне моего кресла с компенсацией нагрузки.
— Государыня! — мне показалось или тон ее был возмущенным?
— М?
— Государыня! Я вас искала всюду!
— Ну, нашла же, — я никак не могла понять, что ее не устраивает.
— Просто здесь я додумалась поискать в самую последнюю очередь! — Рута фыркнула на саму себя.
А мне стало смешно. Похоже, репутация прежней Дарины помогла мне выгадать как минимум один спокойный час.
— Что случилось-то, Рута?
— Государыня! Портнихи дошили платья и теперь нужно их все примерить. Это первое, — она принялась загибать пальцы. — Второе. Вам нужно подобрать украшения к каждому наряду. И третье: когда вызывать мастеров внешнего вида?
Я понимала, что фрейлина добросовестно исполняет свои особенности, так как я об этом даже не подумала. Но вот сама необходимость все это делать радости не приносила. Тяжко живется царевнам, да.
— Так, давай так. Примерка будет после ужина и не в моих покоях, а у швей. Чтоб не таскать все эти тряпки туда-сюда. Оттуда потом горничные их заберут на глажку и подготовку. С драгоценностями разберусь, запомнила. А вот красоту наводить… — я задумалась.
Люций говорил, что до прибытия жениха три дня. Сейчас подходит к концу второй, значит, завтра последний день, чтобы утрясти все дела и предстать перед делегацией. Эти размышления я и довела до помощницы. Она все внимательно выслушала и удалилась. А я задумалась над тем, не сильно ли активно я готовлюсь? Я ведь не хочу выходить замуж за этого незнакомого мне Дарта! Совсем не хочу!
Хорошо, пообещала я себе в очередной раз, я подготовлюсь просто ради того, чтобы не опозорить государство. Это как минимум. Окончательный выбор я еще не сделала. Государство и долг в лице брата или личное счастье в лице Ардана. Никто пока не одержал победу в моей душе. Наоборот, борьба за первое место велась нешуточная.
После торопливого ужина я вместе с верной демоницей отправилась на сеанс заключительных пыток в виде примерки полутора десятков платьев. Мастерицы постарались на славу. Сшили наряды самых распространенных и модных в Демидене фасонов, чтобы было что надеть по любому случаю. Честно, я впечатлилась от проделанного объема работ. Здесь было все, от легкого платья-комбинации до огромного бального. Дрожь меня пробила только от одного его вида. Нет, оно было, безусловно, красивым, но надевать это… А ходить как? А если еще и танцевать в нем! Бррр…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Чтобы оценить все туалеты понадобилось около трех часов. После загруженного дня голова уже не соображала, так что я просто механически надевала и снимала, поворачивалась, присаживалась и исполняла все требования мастеров, которые бегали вокруг меня с зажатыми в зубах иголками и что-то подгоняли на ходу. Наконец, все закончилось. Вызванные горничные аккуратно упаковали наряды в специальные чехлы и унесли готовить их. Мне осталось только сердечно поблагодарить демониц, что я с удовольствием и сделала. Безмерно уважаю тех, кто любит свою работу и умеет ее выполнять по высшему разряду.
