подгоревшей пастой. В комнате, куда женщина их провела, не убрано, вещи валяются как попало.
– Садитесь. – Женщина бесцельно переставляла немытые чашки с места на место. – Где шляется эта девчонка? Она же знает, что я не способна заниматься домом.
– Она до сих пор не вернулась?
Женщина покачала головой.
– А давно ее нет?
Снова качание головой, только еще и плечи приподнялись:
– Не знаю. А что вам надо?
– Вы видели у дочери это кольцо? – Массимо показал фото на телефоне.
– Вроде видела.
– Откуда оно взялось?
– Наверное, ее парень подарил.
– Какой парень? Не подруга?
– Может и подруга.
– Так какой парень?
– Не знаю. – Женщина снова безразлично пожала плечами. – Она ничего мне не рассказывает. Я просто хочу, чтобы она вернулась и привела дом в порядок.
Саше хотелось хорошенько врезать женщине, судя по выражению лица Массимо, ему тоже.
Женщина неожиданно заплакала: – Это слишком! Как она могла бросить меня со всем этим! Я не выдержу!
– Синьора, можно ли нам заглянуть в комнату Кьяры? Возможно, там м найдем ответ, куда она уехала.
– Идите. – Снова пожала плечами женщина. – Третья дверь из коридора.
Это была типичная комната подростка. В воздухе пахло дешевыми духами, стены увешаны фотографиями поп-звезд, постель не заправлена, одежда разбросана по полу. На столе валялись расческа, набор грязных ватных дисков, которыми снимали макияж, бокал со следами красной помады.
Инспектор надел перчатки и положил стакан и расческу в пластиковый пакет.
– ДНК?
– Конечно.
– Я все забываю спросить, а телефоны девушек? По ним же можно определить местонахождение!
– Телефоны не определяются. В отношении Кьяры мы пока не запрашивали распечатку звонков, по Дилетте ждем от телефонной компании со дня на день.
Рядом с кроватью стоял небольшой шкафчик, на котором лежал любовный роман в мягкой обложке лицевой стороной вниз, открытый примерно наполовину. Инспектор встряхнул книгу – ничего.
– Теперь фотографии носят в телефонах, – подколола Саша. – Ты думал, она вложена в книгу?
Массимо кивнул: – И дневников подростки теперь не ведут. Все в сториз.
Они вернулись в гостиную.
– Кьяре не понравится, что вы рылись в ее комнате.
– У нее был компьютер, или ноутбук?
– Откуда! Никогда не было. Откуда у нас деньги!
***
По дороге в старый город Саша гордо сказала:
– Видишь, какая от меня польза?
Массимо улыбнулся:
– Так я и не отрицаю. Это комиссар… Так вы что, поссорились?
– Сама не знаю… Но это я виновата, это не он. Давай лучше поговорим о расследовании. Что вы теперь будете делать? Сравните ДНК Кьяры и найденной девушки?
– Да, и проведем опрос знакомых Кьяры, может, кто-то знает ее парня. Еще раз поспрашиваем соседей, вдруг видели, как таинственный Лори подвозил Дилетту.
Инспектор высадил Сашу у ворот в сад замка, и через десять минут она получила свои тальятелле с тосканским рагу.
Как всегда, они были восхитительны. Толстые ленты лапши тонули в насыщенном ароматном соусе, а пармезана она насыпала весьма щедрой рукой. Макая ломти белого хлеба в ароматное оливковое масло, Саша даже жмурилась от удовольствия. Все же нигде ей не было так хорошо, как в замке! Вымазывая тарелку куском хлеба, она подмигнула черепахе, куда-то ползущей мимо по гравию.
Становилось совсем холодно, майские ночи далеки от тепла. Саша поежилась и отправилась в свою комнату, по дороге поблагодарив повара. Столики в саду опустели, в зале ресторана тоже уже разошлись посетители, и даже в маленьком баре не горел свет. Роберто нигде не было видно и Саша отправилась спать, подумав, что сегодня редкий случай, когда у нее не было планов на следующий день.
Глава 16.
Винченца по-прежнему чувствовала себя прокаженной. Хоть из дома не выходи! Тенью она скользила по улице до пекарни или лавки мясника, и вновь стихали разговоры, а покупатели отворачивались.
Она решилась на маленький эксперимент. Выйдя погулять с Сабиной в сад она взяла девочку за руку и прошла по улице до пекарни. Непосредственная малышка влетела в «forno», осмотрела все прилавки и попросила пирога. Винченца и сама бы не отказалась от такого – поверхность словно бархатная, и тесто из нута и рикотты нежнейшее и совсем не вредное даже для ребенка. Но что скажет Лоренцо и тем более его мать? В этой семье лучшие пироги и лучшие мармеллаты делала синьора Тереза, остальные не имели права на существование. Покупатели замерли, когда улыбающаяся девочка заглянула в глаза каждому, смущенно попискивая, словно маленький котенок. Потом она вернулась к Винченце, обняла девушку за ноги и что-то залепетала.
– Buongiorno, синьора, – впервые пекарь сам поздоровался. Винченца даже вздрогнула от неожиданности. И впервые оглядев покупателей почувствовала, что они совсем не отстранены. Они просто… смотрят на нее с жалостью! Может, это относится к Сабине, потерявшей мать?
Винченца купила кусок пирога, поблагодарила и взяла сдачу. Чудо: пекарь ей улыбнулся. Но улыбка вышла очень грустной.
Вернувшись домой, Винченца нажала на ручку всегда открытой двери. Она все еще чувствовала себя чужой и обозначила свое присутствие:
– Мы вернулись!
Девушка положила на кухонный стол купленный кусок пирога, Тереза с недоумением на него взглянула и даже не взяла в руки, пирог так и остался на столе одиноким, никому не нужным куском. Тереза отвернулась и продолжила помешивать суп.
– Я хочу спросить вас…
– О чем?
– Люди странно смотрят на меня. Как будто им меня жалко. Я что-то не так делаю?
– Что ты можешь делать не так?
– Не знаю. Это я и хочу спросить у вас. Парень в пекарне, пекарь, смотрел на меня так, словно я больна неизлечимой болезнью.
– Не обращай внимание. ты просто здесь новенькая, все наладится. А пекарь… он просто влюблен в свою соседку, Анну, а та не отвечает взаимностью. Он все время грустный.
Пока Тереза занималась внучкой, Винченца прошла в комнату, где Лоренцо смотрел футбол.
– Как играют?
– Пытаюсь смотреть. – Холодно ответил муж.
Винченца пожала плечами и вернулась на кухню.
Тереза как раз убирала в шкаф посуду.
– Помочь?
– Конечно, нет. Иди в комнату, твое место рядом с мужем.
– Он смотрит футбол, я мешаю.
– Почему ты все время обижаешься и все время ищешь подвох?
– Я не обижаюсь.
– Ты ведешь себя, как капризный ребенок. Иди к своему мужу.
– Он не хочет, чтобы я мешала.
– Я не понимаю тебя. Медовый месяц не бывает бесконечным, потом приходит обычная жизнь.
Если бы медовый месяц у нее был… После свадьбы она сразу окунулась в жизнь этой семьи. И все было здесь важно, кроме нее самой.
