в отражении. Платье почти прозрачное, с неглубоким вырезом, но мелкие непонятные рисунки на нем скрывают большую часть. Оно короткое и едва прикрывает мне бедра. Но я думаю это более чем сексуально. Но не более, чем нижнее белье, которое я надела.
Мои длинные волосы мокрым прядями прилипают к платью, но я не каждый раз рискую использовать фен. Он сушит волосы, а я достаточно наношу им вред краской и без этого. Идея выкрасить волосы в тон к своим серым глазам мне пришла, когда мне было пятнадцать. Маму пришлось очень долго уговаривать, так как она не хотела «портить» мои каштановые длинные волосы. Но желаемого я добилась и теперь периодически посещаю салон или крашу волосы дома сама. Спустя столько времени мне уже кажется этот цвет родным. Ни за что не перекрашусь в другой и уж тем более не верну родной цвет.
Я слышу звук входной двери, когда пишу Кайдену сообщение. Свет в своей спальне я уже погасила и оставила только ночник. Окно, а точнее полностью стеклянная стена в моей спальне выходит на задний двор и освещает его, если не выключить свет. Если я хочу, чтобы мама думала, что я сплю, мне не стоит рисковать. Нет, я не волнуюсь о том, что она запрет меня или что-то подобное. Мне просто не хочется отвечать на вопросы, ответы на которые ей вряд ли понравятся.
Кайден все еще не отвечает, когда я слышу, что дверь в спальню в конце коридора закрылась.
Еще есть время. Он может быть занят или спустился на кухню перекусить. Наконец, выждав достаточное количество времени, я решаю выйти. Волосы все еще мокрые и макияжа на моем лице сегодня нет, но Кайден ни разу не сказал мне о том, как я выгляжу с толстым слоем подводки или без нее. И я это ценю. Значит, я нравлюсь ему любой.
С кроссовками в руках я босиком крадусь из спальни и спускаю вниз. В летний домик не проведен свет и это сделано умышленно. Здесь я иногда читаю, пишу и слушаю на телефоне музыку. Вечерами мне светом служит электрический камин или свеча. А также полная луна.
Бутылка дорогого шампанского, которое я взяла из маминого запаса у нас в подвале, и фруктовый салат, купленный в «Нэнси» – это все что я приготовила на сегодня. Я не хочу много пафоса. И готовка тоже ни к чему. Главное в этой ночи то, что мы вместе целый год. У нас не серебряная свадьба, поэтому все остальное я посчитала лишним.
Усевшись на диван, я ставлю на подоконник новую свечу и зажигаю фитиль. Приятный аромат уже через секунду разносится по комнате. Надеюсь, Кайден придет раньше, чем запах вызовет у меня головокружение. Но если он придет позже, нужно зажечь обычную свечу.
Почему он не отвечает?
Я вновь и вновь проверяю телефон, поджав колени к подбородку и продолжаю ждать.
Уже десять тридцать. Если у него получается прийти раньше, он приходит к одиннадцати.
* * *
Одиннадцать тридцать, и это мое пятое сообщение.
Я: Все хорошо, я пойму, просто мне хочется быть уверенной, что ничего не случилось.
Все НЕ хорошо. Я на грани и схожу с ума. Он делал так только однажды. Когда специально игнорировал меня после того, как я выгнала его из этого самого домика за то, что он заявил, что может переспать с любой если захочет.
Боже, я так рыдала тогда. Потому что это правда. Он мог это сделать и до сих пор может. Но то, что он сказал после, когда остыл, не оставило во мне никаких сомнений. Он любит меня и никакие слова, брошенные в гневе, не могут это изменить. Гнев – это эмоция, которая неразделима с любовью или страстью.
Я не стану плакать как маленькая девочка. Утром все станет понятно.
Перед глазами все плывет, когда я вижу цифры на экране телефона.
2:30.
Нет, он не забыл. Что-то пошло не так.
Но когда я звоню, он не отвечает.
Мои глаза слипаются. Я гашу уже обычную свечу, которую зажгла примерно час назад, закрываю глаза и моментально проваливаюсь в сон.
Глава 6
Кайден
Что-то заставляет меня открыть глаза. В комнате тускло, и мое сознание все еще пребывает во сне. Потянувшись, я обнаруживаю себя лежащем на кровати в неудобной позе и в одежде.
Меня словно ударяет током.
Я подскакиваю на кровати так резко, что начинает кружиться голова и мне требуется несколько секунд, чтобы прийти в себя. Я начинаю лихорадочно искать телефон, который оказывается под подушкой.
Пять тридцать утра.
Нет. Нет, нет. Нет. Не может быть.
Я продолжаю смотреть на цифры и с ужасом сознавать, что я проспал наше свидание с Трейси в честь первой годовщины.
Этого просто не может быть. Но пропущенные звонки и сообщения Трейси как раз доказывают то, что это уже произошло.
ТРЕЙСИ: Через пятнадцать минут буду на месте.
ТРЕЙСИ: Где ты?
ТРЕЙСИ: Все в порядке? Ты придешь позже?
ТРЕЙСИ: Кайден, напиши хоть что-нибудь.
ТРЕЙСИ: Все хорошо, я пойму, просто мне хочется быть уверенной, что ничего не случилось.
Я закрываю лицо руками и с силой бью себя ладонью по лбу.
Придурок.
Я уснул. Лег отдохнуть после тренировки и заснул мертвым сном.
Самое паршивое то, что я не включал звук на телефоне с самого утра, как оставил его в шкафчике перед уроками. И никто не приходил и не стучал в мою комнату, как это бывает десять раз за вечер.
Ну почему никто не пришел?
Нет смысла обвинять кого-то в собственной глупости. Я сам виноват. Бесконечные тренировки в зале и бассейне меня доводят до такого состояния. Я буквально выключаюсь.
Решив
