колена. Очень скоро я понял, что стрельба из болтера очередями бессмысленна: пехоте хватало и одного болта. Болтер при попадании делал в человеке дыру размером с мой кулак. А потом происходил взрыв снаряда, и дыра увеличивалась до размеров моей головы.
Я перешел на одиночную стрельбу, только успевая менять магазины. Пехота казалась слишком легкой целью, поэтому я опробовал болтер против вражеских винтокрылых летунов — те упали. Потом настал черед вражеской бронетехники. На меня перло несколько… Нет, к счастью не Леманн Руссов. Танками это было назвать сложно. Больше всего это напоминало сельскохозяйственный трактор, к которому приварили стальные листы в домашних условиях и добавили спереди то ли крупнокалиберный пулемет, то ли очень мелкокалиберную пушку. Короче, не знаю что это было, но попадания из болтера в лобовую броню оно не держало: в машине оставались аккуратные дырки, а град осколков, скорее всего, убивал экипаж.
В конце улице показалась «Химера». Наводчик начал поворачивать мультилазер в мою сторону. Выстрелы болтера в лоб «Химера» держала. Не знаю, удержала бы она выстрелы в борт или в корму, думаю что да, поэтому я не стал оригинальничать: я потянулся за мелта-гранатой. Между нами было метров триста — плёвая дистанция для моего нового тела. Я кинул гранату, зная что попаду, а сам рывком начал уходить в бок.
Наводчик «Химеры» открыл огонь, но за мной не успевал. Я делал метров тридцать в секунду по пересеченной местности зигзагами. Несколько пуль мятежников из пехоты сопровождения пришлось принять на броню, но они бессильно отскочили от керамита доспеха. Свою пробежку по улице я закончил, запрыгнув в разбитое окно второго этажа, синхронно со взрывом вражеской «Химеры.»
— Кайфас Каин Имперскому командованию, — сообщил я по внутренней сети, — укажите приоритетные цели для атаки или место, где бойцов надо поддержать огнём.
Мой план был прост: а зачем мне идти в первых рядах? Займу позицию в тылу, и буду стрелять. Во-первых, меня надо обнаружить. Во-вторых, в меня надо попасть. При этом надо пробить укрытие и силовую броню. Но даже если всё это пробито, мне надо нанести рану, причем рану достаточную, чтобы убить космодесантника. Космические Волки обзываются? Да фраг с ними! Кто умер, тот и обосравшаяся черепаха!
Генерал мне ответил. Я примерно представлял себе карту города, да ещё и системы брони включали карту города, которую я там разместил. Я стал аккуратно перемещаться к другой точке.
Двигался я медленно, но перемещался намного быстрее, чем Имперские Войска.
Вскоре я занял позицию и начал вести огонь. Ну что я могу сказать…
Люди были для меня слишком медленные. Мне удавалось быстро перемещаться, находя безопасные позиции и вовремя выходить из-под ответного обстрела. Секунды мне хватало, чтобы расстрелять пол-обоймы болтера в разные рассредоточенные цели одиночными выстрелами. Сначала я целился в голову, но понял что это избыточно и стал стрелять в корпус.
В бронетехнику я кидал мелта гранаты, если видел вражескую огневую точку — закидывал осколочную гранату в амбразуру бункера.
Так я перемещался от точке к точке. Когда у меня кончились гранаты, я начал заимстовать их у трупов или у союзных гвардейцев. Хоть эти гранаты были более маленькие и слабые, но я кидал три в одну цель.
Через две точки я исчерпал все патроны к болтеру. А ведь мне было положено сорок магазинов по тридцать патронов, но я взял восемьдесят!
Тогда я стал пользоваться трофейной автопушкой. Меткость правда оставляла желать лучшего, но скорострельность автопушки и калибр это компенсировали. Тем более насколько я понял, меткость у меня неудовлетворительная для Опустошителя, а не для Имперской Гвардии.
— Каин, это командование, — на вашем направлении атака бронетехники.
И правда — по улице ползло несколько настоящих танков в сопровождении пехоты.
С одного рядом лежащих трупов я взял гранату. Осколочная, но пойдёт…
Хорошенько прицелившись, сделав упреждение на ветер и движущийся танк, я кинул её в ствол головного танка. Граната влетела в дуло и разорвалась в башне, убив экипаж и вызвав детонацию боекомплекта. Колонна встала. Схватив свой мелтаган, я ринулся вперед, прикрываясь подбитым танком. На пехоту я не обращал внимания, а для танков я был вне зоны обстрела. Запрыгнув на подбитый головной танк я выстрелил во второй из мелтагана. Потом повторил этот приём шесть раз до победы. После чего достал цепной меч и пошёл в рукопашную. Меня ждало замедленное кино…
Люди пытались сопротивляться при помощи прикладов, штыков или сабель. Умнее было стрелять в упор, хотя они, в основном, попадали друг в друга.
Два моих сердца ровно бились в груди, как будто я сидел и читал журнал, а не бегал в броне, махая цепным мечом, который для человека был бы двуручным, хотя мне он ощущался ничего не весящим прутиком совсем без инерции.
Наверное, для моих противников моя скорость была запредельной. Для наблюдателя человека со стороны мои враги просто разрезались на части сами по себе.
Если я бил в каску или бронежилет, который держал попадание из лазгана, то по ощущениям я попадал в суфле. При этом мне удавалось отбивать некоторые летящие в меня пули и гранаты.
Не отвлекаясь от боя, я решил помолиться Богу-Императору. Чисто на всякий случай, а то вдруг Кхорн решит что это для него подношение…
Основная моя проблема была в том, что кровавая дымка вокруг меня налипала на глазные линзы шлема и приходилось периодически протирать глаза, точнее глазные линзы шлема.
Очень скоро я понял, что бить цепным мечом не обязательно: можно ударить кулаком или пнуть. Производило это эффект удара молотком по гнилому яблоку.
Нет, враг не был полностью беззащитен: грудная пластина моей брони словила выстрел из противотанкового ружья. Но тут они ошиблись: грудная пластина доспеха сильнобронирована, а даже если бы её пробили, они бы попали в… не помню название, но физически это представляет сросшиеся грудные кости и костные пластины, что делает грудную клетку космодесантиника даже без брони пуленепробиваемой. И даже если бы они её пробили и вот этим снарядом сделали бы во мне дырку насквозь — меня бы это не остановило. Даже если бы пробили сердце — меня бы это тоже не остановило, ибо у меня теперь два сердца.
Нет, я не перестал быть трусом, я просто подумал, что если перейду в рукопашную, то по мне не выстрелят из артиллерии, а уж в рукопашной… Может ли человек убить космодесантника? Безусловно может, лучше из чего-то дистанционного и крупнокалиберного издали. А в ближнем бою? Уже тяжелее,
