— Нормально. Он хочет знать, куда падает его мячик.
— Да, я согласен с такой версией. Майерс занимается корпоративными и частными счетами внутри страны, как и его отец. Разумеется, это самые крупные частные счета. Роберт Краус стал партнером лет десять назад. Он возглавляет юридический отдел и ведет самые престижные международные и зарубежные счета.
Рорк подвинул к ней глубокую тарелку с какими-то хлопьями, по мнению Евы, подозрительно напоминавшими древесную стружку.
— А твоему деловому партнеру известно, насколько активно остальные руководители занимаются повседневными делами?
— Он говорит, весьма активно. Хотя структура фирмы достаточно сложная, со множеством отделов и менеджеров среднего звена, еженедельно проходят совещания руководства — это когда они остаются втроем. Кроме того, проводятся ежедневные брифинги, раз в квартал каждый отдел составляет отчет и оценочные характеристики сотрудников. Копии этих документов в обязательном порядке ложатся на столы партнеров фирмы. Как видишь, они не уклоняются от текущих дел.
— Ну, если так, одному из них трудно было бы проделать что-то сомнительное за спиной у остальных двух.
— Вроде бы так, но «трудно» не означает «невозможно» или даже «маловероятно».
— Главный у них Слоун, — пробормотала Ева. — Наверно, простому служащему труднее всего просочиться к нему на встречу с глазу на глаз. Но, с другой стороны, именно к нему логично было бы обратиться подчиненному, обнаружившему какие-то нарушения. Если, конечно, подчиненный не подозревает, что Слоун сам в этом замешан.
— А если подчиненный что-то подозревает или не уверен, тем больше у него причин попытаться собрать как можно больше фактов, как можно больше доказательств, прежде чем обращаться к властям.
— Угу, — пробормотала Ева и, сама того не замечая, съела несколько кусочков древесной стружки. — Я получила данные Слоуна. Он из тех, кто «сделал себя сам». Пробил себе дорогу с самого низа, рисковал, блефовал, строил свою компанию и репутацию по крупицам. Один брак — женился на женщине с деньгами и семейными связями. Один сын. Очень консервативен. Имеет второй дом на Кайманах.
— С точки зрения ухода от налогов это превосходный выбор, — заметил Рорк. — И прекрасный способ укрывать доходы. Наверняка он знает все ходы и выходы.
— Копперфильд занималась зарубежными счетами. Может, она наткнулась на что-то, в чем он был замешан. Если парень основал фирму, у которой с годами сложилась блестящая репутация, отдал ей все свои силы, всю жизнь, значит, он этой фирмой дорожит и гордится и ему есть что терять. — Ева встала. — Ладно, пойду проверю, какое у меня сложится личное впечатление. — Она наклонилась и поцеловала Рорка. — Если понадобится помощь с цифрами, я могу на тебя рассчитывать?
— Не исключено.
— Приятно слышать. Пока.
Ева договорилась о встрече с Пибоди и Макнабом в вестибюле здания, где размещалась компания. Как и было приказано, четверо полицейских в форме с переносными сейфами для изъятия и транспортировки улик уже ждали на месте.
Макнаб был в куртке, сшитой из ткани с рисунком, словно нарисованным рукой чрезвычайно подвижного двухлетнего ребенка.
— Неужели ты не можешь хоть иногда одеваться как подобает полицейскому?
Он лишь усмехнулся в ответ:
— Вот поднимемся наверх, я приму самое строгое выражение лица.
— Ну да! Как будто это поможет.
Ева пересекла вестибюль, предъявила свой жетон и ордер охраннику. Он принял самое строгое выражение, пока сканировал удостоверения и бумаги. И для этого ему даже не потребовалось подниматься наверх.
— У меня приказ сопроводить вас наверх.
— А вот это видел? — Ева еще раз указала на свой жетон и ордер. — Это отменяет все твои приказы. Хочешь с нами в лифт? Без проблем. Но мы тебя не ждем, мы поднимаемся.
Он быстро сделал знак другому охраннику и поспешил вслед за Евой к лифтам. Они ехали молча. Когда двери открылись, их встретили двое в костюмах — мужчина и женщина.
— Предъявите ваши удостоверения и мандаты. — Голос женщины звучал сварливо. Она изучила три жетона и ордер. — Ну что ж, на вид они в порядке. Мы с моим коллегой проводим вас в кабинет мисс Копперфильд.
— Как хотите. Вообще-то мы сами знаем дорогу.
— Мистер Краус сейчас подойдет. Если вы подождете немного…
— Вы это читали? — Ева опять протянула ордер. — Тут не сказано, что я должна кого-то ждать.
— Элементарная любезность…
— Вам бы вспомнить об элементарной любезности до того, как вы больше суток продержали мое расследование в заложниках.
Ева направилась туда, где они с Пибоди уже побывали накануне.
— Сохранение тайны крайне важно… — начала женщина, стараясь поспеть за стремительным шагом Евы.
— Убийство тоже. Вчера вы меня тормознули. Краус хочет со мной поговорить? Пусть говорит, пока мы изымаем файлы и электронику. — Ева вошла в кабинет Натали. — Этот ордер дает мне полномочия на изъятие любых сведений на любых носителях, будь то диски или печатные копии, любых файлов, записей, заметок, фиксированных электронных коммуникаций, предметов личной собственности..Черт, давайте короче. Я имею право изъять все, что находится в этой комнате. Все, давайте грузить, — добавила она, повернувшись к Пибоди и Макнабу.
— Тайна вкладов наших клиентов священна и неприкосновенна.
Ева повернулась к ней, стремительная и смертоносная, как кобра.
— Я вам скажу, что еще священно и неприкосновенно. Жизнь. Хотите взглянуть, что стало с Натали Копперфильд? — Ева сделала движение, словно собираясь открыть свою сумку.
— Нет, не хочу. Мы очень расстроены тем, что произошло с мисс Копперфильд и мистером Байсоном. Мы глубоко сочувствуем их родным и близким.
— Да, вчера я пару раз убедилась в вашем огорчении и вашем сочувствии. — Ева рванула на себя ящик стола.
— Лейтенант Даллас?
В комнату вошел ухоженный мужчина лет пятидесяти с небольшим, в темно-сером костюме и ослепительно белой рубашке. У него было волевое оливково-смуглое лицо с крупным носом и темными глазами. Волнистые черные волосы были зачесаны назад, на висках серебрилась седина — то ли подлинная, то ли специально добавленная для солидности.
Ева узнала его по идентификационному фото, извлеченному из электронного досье. Роберт Краус.
— Мистер Краус.
— Вы позволите мне злоупотребить ненадолго вашим временем? Пока ваши спутники продолжают здесь работать, мы с партнерами хотели бы переговорить с вами в конференц-зале.
— Нам еще предстоит провести изъятие в кабинете Байсона.
Краус едва заметно поморщился, но кивнул в ответ:
— Понятно. Мы постараемся вас не задержать. Ева повернулась к Пибоди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
