Я вспомнила все прежние обращения. Черная химера не рвалась наружу, не спорила с остальными, просто… руководила. Ага, вот я и нашла доминанту. Рыжая выглядела второй по силе и самой слабой казалась желтая.
– Теперь ты должна через доминанту управлять остальными двумя химерами.
– Эм? – выдавила я.
– В идеале нужно прийти к равновесию сущностей. Соединить способности всех ипостасей. Этому я обучу тебя несколько позже. Но пока следует начать с малого. Рыжая химера может давать энергию для регенерации и исцеления. Попробуй ее использовать, направить во внутрь. Заставить действовать на собственное благо.
Я попыталась воспроизвести ощущения от превращения в разных химер. Черной чувствовала незыблемую силу, власть надо всем, и, видимо, над магией. Рыжая словно наполняла энергией, стремилась действовать и за что-то сражаться. Желтая созидала, стремилась к умиротворению.
Я призвала оранжевого зверя.
Так… Чудится, что огонь льется по венам, голова забита разными мыслями, тело рвется нестись по бескрайним просторам. Я встала на четвереньки и обратилась. Хотела дыхнуть аурным пламенем, просто инстинктивно, без всякой цели, но Ковалль остановил резким выкриком:
– Стоп! Аурное пламя расходует энергию! Пока не стоит тебе его использовать. Каждый выдох грозит окончательной потерей остатков сил и концентрации. Даже в астральном мире, где все не материальное.
Я покрепче сомкнула челюсти и для верности задышала исключительно носом.
Ага. Энергия, сила исцеления.
Я попыталась направить ее в собственное тело, каждую клетку наполнить силой. В голове на долю секунды помутилось, перед глазами поплыли пятна и всполохи. Я резко распахнула тяжелые веки, зрение сфокусировалось моментально…
Я увидела синий зал для тренировок, до смерти перепуганное лицо дочки, радостного Мея и воодушевленного Ковалля. Улыбка исчезла с лица первородного, но, кажется, я успела поймать ее взглядом. До того как та окончательно стерлась и осталась лишь на уголках губ.
Я присела на теплом голубом полу и попыталась собраться с мыслями.
Ковалль протянул стопку одежды – спортивные брюки и белую футболку. Не знаю уж откуда он раздобыл их. Но лишь теперь, запоздало сообразила, что мои вещи разорваны в клочья, валяются вокруг половыми тряпками. Вот что случается во время обращения! Я очутилась совершенно голой!
Взгляды мужчин скользили по телу. Мей облизывал яркие губы и так напрягся, будто охотился. Оборотень жадно глотал воздух и спрятал руки в карманы джинсов. Губы Ковалля стали чуть ярче, грудь вздымалась все чаще и чаще, но маска на лице осталась прежней.
Танюшка странно поглядывала на мужчин, но ни слова не обронила.
Я поторопилась накинуть одежду.
Так, я уже очень многое узнала. И все благодаря помощи первородного. Он переместился в мое сознание и даже Мея прихватил за компанию. Оборотень в чем-то передо мной провинился. А еще он имеет две ипостаси. Вот почему Бриолис приставил к нам Мея! Знал, что мне потребуется его консультация. Мей – единственный в мире гибридный оборотень. И только он способен помочь мне. Ковалль разбирается в аурах и магии, как-то умудряется читать мысли, отчасти контролировать чужие эмоции. Но все, что касается животных ипостасей, двусущему дается гораздо легче. Кажется, Мей собирался со мной заниматься. Очень надеюсь, и с дочкой тоже. Надо срочно обуздать звериные сущности, понять силу каждой и научиться использовать. Я больше не хочу погружаться в беспамятство лишь потому, что не вовремя обратилась.
Я слегка дернулась, посмотрела на Танюшку и спросила почему-то не Мея, а Ковалля.
– А дочка? Она тоже трехликая?
Стало страшно, что Танечке предстоит подобное.
– Не переживай, – Ковалль протянул мне руку, Мей тут же последовал его примеру. – Девочка получилась белой химерой. Той, что способна сражаться с заклятьями, видеть их и идентифицировать. Это очень хорошая ипостась, Рина. Сильная, стабильная и не опасная.
Я схватила мужчин за горячие ладони и тотчас буквально взлетела над полом. Встала и выпустила чужие руки.
– Думаю, что на сегодня уже хватит, – Ковалль не предлагал – скорее приказывал. – Давайте выдохнем, немного прогуляемся. Я покажу Рине свои владения. – Новый, испепеляющий взгляд в сторону Мея.
Оборотень как-то неприятно передернулся, выдвинул вперед тяжелый подбородок и произнес с чувством собственного превосходства:
– Твоя взяла. Но завтра утром мы с Риной бежим на тренировку животной ипостаси. И колдуны нам там совершенно без надобности.
Первородный на долю секунды нахмурился, сжал кулаки, но немедленно разжал их.
– Хорошо. Это сейчас нужное дело, – в его голосе отчетливо слышалось рычание. Но Ковалль моментально взял себя в руки.
Танюшка обняла меня, прижалась и шепнула:
– Мама, я так рада, что ты в порядке!
Я прикрыла глаза и просто наслаждалась.
Настоящая любовь – она вот такая. Касаешься родного и близкого существа – и время с пространством сразу исчезают. Перестают существовать, становятся декорациями. Хочется сохранить чудесное мгновение, навеки запечатлеть его в сердце и в памяти. Когда ничего тебе больше не нужно. Сладко теплеет где-то в груди. Хочется всегда прижимать свою дочку и больше никогда с ней не расставаться.
Надо отдать должное «магическими» тренерам. Мужчины не мешали, отступили и замерли. И лишь когда я решилась разомкнуть объятия, взяла дочку за руку, они будто отмерли.
Ковалль приподнял уголки губ, но глаза его внезапно так просияли, будто мои эмоции очень близки первородному. Мей просто широко и тепло улыбался, смотрел на нас словно на близких существ. Но что-то такое в нем по-прежнему проскальзывало. Словно и, впрямь, неожиданно проснулась совесть. Надо будет выяснить, завтра, на тренировке. Хочу увидеть одновременно сфинкса и лельдиса. Или он, как я, меняет ипостаси? Что значит они обе живут в гармонии? Вопросы роились в голове упрямыми насекомыми. Но я постаралась переключиться на дела насущные. Обучение магии уже закончено. Надо поесть, передохнуть и отправиться на прогулку. И впрямь захотелось исследовать угодья Ковалля. С высоты полета черного джипа первородного они казались просто невероятными, сказочными. Вблизи, наверное, выглядят еще чудесней.
