Читаем без скачивания Без Вечного Синего Неба. Очерки нашей истории - Мурад Аджи

Признаться, я подумал, что они преувеличивают. Решил проверить, действительно ли так все ужасно. И обомлел. Непрофессионализм «профи» бьет в глаза: мои оппоненты относят историческую географию к лженауке, а историю сводят к сомнительному набору событий. У них вообще особые отношения с логикой и прошлым. Но это полбеды. Обескуражил их вывод. Он как приговор мне и моей работе – «пантюркизм», «национализм» и «поклеп на евреев». Рекомендуемые меры – психбольница или концлагерь… Смешно? И да, и нет. Трудно смеяться, если за спиной вздора стоит власть, по крайней мере, не мальчики с улицы, не шпана.

Читатели настойчиво просили дать слово, понимая их чувства, я опубликовал несколько откликов на своем сайте. Приведу отрывки из читательских писем. Особенно досталось г-ну Олейникову, обессмертившему себя глупейшим отзывом на первое издание «Полыни…». Ничего не поделаешь, сам вляпался.

Начинает он свою «научную» критику слишком уж неожиданно, сразу берет быка за рога: «Всего за семь-восемь долларов по курсу! Тираж пятьдесят тысяч! Себестоимость книги два доллара! Стало быть, двести пятьдесят тысяч долларов в карман издателя и автора…»

Рецензент не понял главное – научная книга, изданная огромным тиражом, разошлась, значит, ее читают. Не понял он и то, что к доходу от продажи книг автор не имеет отношения, это прибыль книготорговцев. Однако простим ему».

Впечатление читателей о кругозоре профессионала нелестное: «Он по специальности архивариус, поэтому вправе не понять, что тема диссертации М. Аджи (Аджиева) связана с темой Великого переселения народов. Нам, знакомым с творчеством М. Аджи по статьям, очеркам и книгам, интерес автора кажется закономерным: он первым в науке осмыслил Великое переселение народов, зародившееся в Сибири. Это и есть развитие темы его диссертации – освоение Сибири, но в глубокой древности.

Кстати, своим временным масштабом и привлекает его «Полынь Половецкого поля», к тому же она прекрасно написана, ее язык, построение сюжета восхищают писателей-профессионалов. Следом за «Полынью…» у автора вышли новые книги. Читая их, понимаешь вздорность критиков Аджи»…

Позабавило читателей и другое: «Судя по рецензии, Олейников – специалист в области логических ошибок. Сколько мы ни бились, не поняли, почему Новгородские земли он ищет не к северу от Киева (как у Аджи), а к северо-западу, у города Рига? И, тем более не поняли, почему он хочет найти там славян? И совсем не ясен вывод профессионала-историка, что географ Аджи «с трудом представляет себе географическую карту»…

Но совсем рассмешил Олейников читателей, когда обратился к тюркологии: «Убеждая нас в невежестве Аджи, он гневно заявляет: «Неправда, что текст молитвы у Афанасия Никитина – на тюркском!» При проверке выясняется, такая молитва есть, она действительно на тюркском, но рецензент не видит разницы между арабским и тюркским языками, что для историка его класса нормально.

Не удивил нас горе-профессионал и тем, что, по его мнению, у папахи «не тюркское происхождение», ее название «заимствовано через азербайджанское папах». Кто бы ему объяснил, азербайджанцы и есть истинные тюрки. Как говорится, «приплыли»…

Вывод читателей неутешителен: «Несчастная российская наука, раз у нее такие профессионалы!.. Если это считать «научным» разбором, то остается согласиться с мнением: российская наука в серьезной опасности. Сколько мы ни листали книги Мурада Аджи, нет там «жидомассонов», «недоумков греков», «поклепа на евреев». Нет там и тех нелепостей, которые рецензент сам придумал и выдает за «невежество автора».

И совсем грустно стало от ссылок на работы, лучше бы рецензент не упоминал каталог Российской Государственной библиотеки, каталог этот есть и в Интернете: http://www.rsl.ru. Но в нем нет ни одной работы самого Дмитрия Олейникова по теме, о которой он взялся судить!

Нам с трудом удалось найти хилую его публикацию на тему: «Образ М. Бакунина в общественном сознании». Как видим, работы рецензента к переселению народов имеют такое же отношение, как Бакунин к названию города Баку.

Кстати, из того каталога легко узнать и о работах Мурада Аджи (Аджиева)».

Не хочу больше тратить драгоценное время на разбор чужого невежества, кому интересно, читайте подробности на моем сайте.

– Мурад Эскендерович, но вы же, в конце концов, не небожитель. Неужели вас не задевает вакханалия вокруг вашего имени? Тот же Олейников? Почему вы не привлекли его к суду? Его сочинение – это же откровенный оговор, то есть подсудное дело.

Ну, таких Олейниковых, знаете, сколько было. Тем более узнал я об этом шедевре не сразу. За всеми не уследишь. А если еще и судиться, на работу времени не останется. И потом не забывайте, что у нас разные аудитории, мои книги читают люди иного сорта, нежели анонимы из Интернета. Отрывки из писем, которые я привел, показывают это очень наглядно.

Читатель без всяких судов вынес правильный приговор, наших людей обмануть трудно, они многоопытны.

Правда, с г-ном Олейниковым несколько иной случай. В отличие от других «доброжелателей», с ним я знаком. Внешне он производил впечатление вполне интеллигентное. Этот скромный молодой человек в 90-е годы работал в журнале «Родина», ему даже понравилась моя точка зрения на историю России, и мы решили сделать тематический номер журнала по культуре Великой Степи. К сожалению, мне не удалось найти требуемые редакцией деньги для задуманного проекта. Я забрал свой материал, и мы расстались. Видимо, его это огорчило. Огорчило так сильно, что он решил подзаработать на мне другим способом.

Иного объяснения поведению г-на Олейникова я не нахожу. Те, кто читал мои книги, смеются над ним и вспоминают Шекспира:

Конечно, есть немало дураков,Что спину гнут из рабского желаньяЕе согнуть и служат господам,Как вьючный скот, из одного лишь корма.Таких ослов без страха бьют дубьем,А в старости со службы гонят в шею.

Увы, реальная жизнь не подчиняется Интернету и часто не совпадает с его виртуальным мнением. Но лично я верю в лучшее, надеюсь, что только обстоятельства непреодолимой силы заставили Олейникова взяться за тему, абсолютно ему не ведомую. Человека купили. Отсюда зависть, лишающая разума, отсюда и насмешки читателей над творчеством неудалого критика. Вряд ли о такой славе мечтал скромный молодой человек, когда брался выполнить чужой заказ за жалкую горсть монет…

Оппоненты не понимают: прежде одной рецензией убивали автора. Теперь другие времена. Мне безразличны заказные «критики», я сам решаю судьбу своих книг. Пользуюсь благами страны, отменившей цензуру и черных рецензентов… Но ради успеха все-таки стараюсь быть ближе к порицающим, чем к восхваляющим.

Книги, кроме всего прочего, это мой «бизнес», если хотите. Моя корка хлеба.

– Ходят слухи о том, что вы «срубаете бешеные бабки», другие уверяют, вы даже не знаете, где переиздавали вас. Третьи рассказывают, как казахи украли часть тиража «Полыни…» и был суд. Что здесь правда?

Все, кроме «бешеных бабок» и суда.

Разумеется, с первым выходом «Полыни…» возникли большие проблемы. Все-таки новое для меня дело – книгоиздание… Надо ли объяснять радость, когда вроде бы солидные люди из Казахстана предложили помощь в реализации книг в странах Центральной Азии. Думал, братья-тюрки, как не поверить?

Но вышло – словно в дурном сне, и все потому, что не учил с детства адаты. А предки говорили: «С незаконнорожденным не здоровайся, он принесет несчастье». (На древне-тюркском «незаконнорожденный» будет «баштарда» – «портящий племя, породу», отсюда европейское – «бастард».) От таких отрекались.

Не знал я этих тонкостей в правилах поведения тюрка и – поздоровался себе на беду…

Вот такой бастард под честное слово взял треть тиража «Полыни…» (пятитонный контейнер!) и вскоре дал знать, что деньги не вернет. Тогда-то я понял, что кроме друзей у книг будут враги, враги влиятельные. Еще понял: если начну судиться, ничего не напишу. Силы уйдут, как вода в песок, а они того и ждут.

Трудно хранить достоинство, которое оставили тебе единственной собственностью. Но не попросил подаяния… Лишь лучше запоминал адаты предков.

А положение было аховое: проценты кредита банк не отменял. Что делать? Спасла работа над новой книгой. И друзья. Работа удержала от опрометчивых поступков, друзья помогли издать книгу… Выдержал. «Европа. Тюрки. Великая Степь» стала той соломинкой, которая позволила удержаться на плаву, а главное – не озлобиться. Впрочем, каждая новая работа учила по-своему. И лишь написав несколько книг, я, кажется, успокоился и больше не вспоминаю ни тех людей, что подло обманули меня, ни их долг чести…

Я по-прежнему работаю только на Читателя, моего критика и оппонента, моего спонсора и держателя акций. Он определяет «рынок», он покупает или не покупает мои книги, читает или не читает их. Мы с ним свободны в общении. И это бесит завистников, не приученных ни к работе, ни к честной конкурентной борьбе. Пишите лучше, будете популярнее. Не выходит? Тогда завидуйте.