Читаем без скачивания Мертв или жив - Патриция Вентворт

— Это не официальная версия, — мрачно отозвался Гэрратт. — Но те, кто убил О'Хара, безусловно, запросто прикончили бы и тебя, если бы решили, что ты стоишь у них на пути. Теперь что касается Деллы Делорн…

— Что вы о ней выяснили?

— Почти ничего. Сейчас она отсутствует — кажется, это обычное ее состояние. Уборщицы тоже нет в Лондоне — гостит у сестры в деревне. Господи, ну и жизнь! — Внезапно он усмехнулся. — А теперь прочь отсюда и постарайся вразумить свою Мэг. Мне нужно работать.

Билл вернулся в отель и сел писать трудное письмо Мэг О'Хара. Трудным оно было потому, что ему следовало убедить ее в смерти Робина, а для этого требовалось четко описать предъявленное Гэрраттом доказательство. Билл два или три раза переписывал эту часть письма: когда он старался убедительно описать доказательство, текст казался ему слишком жестоким, а когда пытался смягчить его, совершенно исчезала убедительность. Сделав карандашный черновик, Билл тщательно его прочитал, решил, что он никуда не годится, и перешел ко второй части послания. Она оказалась еще более трудной, так как его мысли были сосредоточены на квартире, Эвансах и желании поскорее жениться на Мэг, а упоминать об этом в письме, где говорилось о доказательствах смерти Робина О'Хары, было как-то неприлично. Конечно, он мог написать, что снял квартиру Хьюлеттов. Поколебавшись, он добавил одну фразу к карандашному черновику.

Возможно, этого не следовало делать. Но образ Мэг в мрачном заплесневелом доме, получающей его письмо, полное жутких подробностей и без единого дружеского слова в конце, был слишком впечатляющим. Хорошо, он снял квартиру. Что дальше? Можно сообщить Мэг, сколько в ней комнат и описать их, чтобы это не выглядело тенденциозным. Билл сочинил ужасающую фразу, похожую на отрывок из проспекта агента по продаже недвижимости: «В ней столовая, гостиная, четыре спальни, кухня и ванная».

Он мрачно уставился на это предложение. Оно выглядело чудовищно, но никому не пришло бы в голову назвать его тенденциозным. С другой стороны, если описание квартиры получится скучным, Мэг не захочет в ней жить. Билл спешно сотворил панегирик виду из окон гостиной — верхушки деревьев, река, а если высунуть голову наружу, можно увидеть закат и его отблески на воде.

Прочитав панегирик, Билл нахмурился и хотел его вычеркнуть, но раздумал и перешел к Эвансам. Эта тема казалась безопасной, только бы не намекнуть, что Мэг тоже предстоит стать их хозяйкой. Черт возьми, ведь Мэг отлично знает, что он ее любит! О'Хара был никудышним мужем, и он уже год как мертв. Какой смысл бродить вокруг да около?

Билл написал Мэг об Эвансах, сообщив, как рассердило миссис Эванс предположение, что она по ошибке сунула в грибы поганку. После чего он задумался над концовкой и вскоре написал следующее:

Сколько времени ты собираешься пробыть в Ледстоу?

Думаю, тебе следует вернуться как можно скорее и повидать своего адвоката. Я бы с удовольствием приехал и привез тебя. Пожалуйста, позволь мне это сделать.

Билл.

P.S. Я могу приехать завтра, если ты пришлешь телеграмму.

Прочитав послание целиком, Билл переписал его с незначительными изменениями, положил в конверт, надписал адрес и опустил его в почтовый ящик отеля. Сделав это, он почувствовал себя распорядителем на похоронах Робина О'Хара. Теперь, когда неприятный долг исполнен, можно поднять шторы и впустить солнечный свет.

Но его бодрость мигом бы улетучилась, если бы он знал, что письмо никогда не дойдет до Мэг и что вместе с ним он отправил смертный приговор.

Глава 17

На следующий день Мэг поехала в Ледлингтон за шерстью. Экспедиция получилась не слишком приятной, так как суетливая и бестактная мисс Кэннок навязалась в попутчицы.

— И ваш дядя обязательно бы настоял, чтобы вы взяли машину. Сейчас он с головой погружен в работу, так что я просто не могла упомянуть ему об этом, но я знаю, что он очень бы огорчился, если бы вы этого не сделали. Автобусы очень неудобны… — в это Мэг охотно верила, — и в них ужасно пахнет бензином. Иногда мне кажется, миссис О'Хара, что так называемый век механизации имеет очень серьезные минусы и что жизнь в деревне была бы куда приятнее, если бы можно было ездить в коляске, запряженной пони. Но я не рискнула бы управлять даже смирным пони теперь, когда на дорогах так много машин.

Мэг не слишком внимательно слушала этот монолог.

Она была озадачена.

— Я не знала, что у дяди Генри появился автомобиль.

Он всегда говорил, что машина ему не нужна. Что это за автомобиль и кто его водит? Только не говорите, что он сам!

— Конечно нет, миссис О'Хара! — Мисс Кэннок казалась шокированной. — Наверное, вы шутите. — Она вежливо улыбнулась. — К сожалению, я ничего не понимаю в машинах, так что не могу вам сказать, какой она марки. Ваш дядя купил подержанный автомобиль в очень хорошем состоянии, приятного серого цвета — точнее, тускло-коричневый. Не думаю, что мы бы могли обойтись здесь без машины — место слишком отдаленное, а автобусы ходят кое-как.

— Кто ею управляет? — снова спросила Мэг. Это был не праздный вопрос, так как если бы за рулем сидела сама мисс Кэннок, Мэг ни за что бы не села в машину. Возможно, сейчас жизнь у нее была не райская, но еще могло что-то измениться, и ей совсем не улыбалось погибнуть в автомобильной катастрофе по милости болтливой тетки, которая вряд ли отличит тормоз от акселератора.

— Садовник, — ответила мисс Кэннок. — Славный человек и шофер отличный. Я обычно нервничаю, сидя в машине, но когда за рулем Хендерсон, я не чувствую ни капли беспокойства.

Мэг навострила уши. Итак, здесь имеется садовник по фамилии Хендерсон, который водит машину.

— Надеюсь, это не тот неотесанный мальчишка, который живет в сторожке? — быстро спросила Мэг.

Мисс Кэннок снова была шокирована.

— Боже мой, разумеется, нет! Боюсь, я бы не смогла довериться Джонни. Он хороший мальчик, но у него, естественно, нет отцовского опыта.

Мэг теперь имела представление о семействе в сторожке. Хендерсон, по-видимому, вдовец, старуха — его мать, а неотесанный мальчишка — его сын. По словам Уильяма; они не местные. Мэг подумала: «Сколько нужно здесь прожить, чтобы стать местным?» В другое время — вернее, в другом месте — она бы тут же забыла о Хендерсонах, но в Ледстоу приходилось извлекать все возможное даже из самой скудной информации.

— Давно они здесь?

— Прошу прощения, миссис О'Хара?

В мисс Кэннок Мэг раздражало абсолютно все: эти дымчатые очки, сквозь которые она бесцеремонно всех разглядывала, туфли с бисером, вечно теребившие что-то руки. И как только дядя Генри ее терпит?

— Я имею в виду Хендерсонов. Они живут в сторожке, не так ли? Уильям говорил, что они не местные.

— Превосходные люди, — сказала мисс Кэннок. — Нет, они не местные. Мистер Постлетуэйт нанял их, когда мы переезжали сюда.

«Превосходный» Хендерсон повез их в Ледлингтон в большом седане «бентли». Безусловно, водитель он был хороший, но Мэг он очень не нравился. По-видимому, «превосходная» семейка выглядела примерно так же. У этого здоровяка был нахальный взгляд и настолько фамильярные манеры, что любой здравомыслящий работодатель тут же отказал бы ему. Мэг подумала, что мисс Кэннок еще глупее, чем кажется, так как она продолжала его расхваливать.

Оставив машину на Маркет-сквере, они отправились по магазинам. Мисс Кэннок нужно было приобрести кучу мелочей — ленту подходящего цвета, зимнюю шляпу, — миссис Миллер вручила ей длинный список.

— Я, право, жалею, что не взяла ее с собой. Она такая привереда, боюсь купить что-то не то. Миссис Миллер в хозяйстве просто незаменима, миссис О'Хара, но характер у нее не слишком покладистый, поэтому я всячески стараюсь избегать трений. Но с вами мне все же спокойнее — в смысле покупок. Как говорится, ум хорошо, а два лучше.

Мэг поняла, что отделаться от мисс Кэннок не удастся.

Более бестолковой особы она еще не видела. Мисс Кэннок мучительно долго выбирала каждую мелочь, изнемогая от сомнений. Пока она покупала щетки для чистки, политуру для мебели, крючки для вешалки, колбасу и консервированные фрукты, Мэг уже не знала куда деваться. Но в шляпном отделе магазина «Эшлис» нерешительность мисс Кэннок достигла апогея. Она примеряла одну шляпу за другой, подолгу разглядывая свой профиль в ручном зеркале. Мэг с ужасом смотрела, как она напяливает ярко-оранжевый берет, ядовито-зеленую шотландскую шапку с помпоном, а потом перемерила множество шляп «для природы» столь же неподходящих оттенков. В конце концов, она так ничего и не купила, но утешила двух изможденных продавщиц обещанием зайти на будущей неделе — чтобы посмотреть новую партию товара.

Возможно, из-за того, что мисс Кэннок не успела прийти в себя после изнурительных примерок, с Мэг едва не случилось несчастье — сразу как они вышли из магазина. Хай-стрит в этом месте была очень узкой, да еще из-за угла выезжали трамваи и катились вниз по склону. Мэг и мисс Кэннок стали переходить улицу, а что произошло потом, Мэг толком не поняла. Был базарный день, и кругом топился народ. Из-за угла внезапно появился трамвай, а навстречу ему ехала машина. Мисс Кэннок занервничала и стала метаться взад-вперед. Послышались скрежет тормозов автомобиля и одновременно предупреждающий звонок трамвая…