— Миссис Читти, вы само совершенство. Сколько бы я ни платил вам, вы заслужили повышение. — Наклонившись, Эдам поцеловал ее в румяную щеку. — А почему вы думаете, что это молодая леди?
Сидя за туалетным столом, Десима разглядывала свои волосы, впервые как следует причесанные с тех пор, как она покинула дом Чарлтона. Пру уже настолько окрепла, что не желала больше бездействовать и приступила к активному обихаживанию своей хозяйки.
Стук в дверь заставил обеих вздрогнуть.
— Десима, можно к вам войти? — Эдам скользнул внутрь, прежде чем она успела ответить.
— Милорд! — Пру произнесла это слово голосом возмущенной дуэньи, но ее игнорировали.
— Миссис Читти, судомойка и лакей вернулись, а мои гости уже у парадной двери. Разумеется, миссис Читти была здесь все это время. Мы не готовили, не ухаживали за собой, а вы, Пру, не отходили от мисс Росс. Миссис Читти готовит завтрак. Я предупрежу Бейтса. Возможно, вы сможете спуститься через двадцать минут.
Он исчез, прежде чем они смогли ответить.
— Ну, Пру… — Десима глубоко вздохнула и внимательно посмотрела на свое отражение. Во рту у нее пересохло, а в животе она ощутила спазм. При нынешних обстоятельствах гости виконта могли погубить ее репутацию. — Пожалуйста, Пру, принеси мою шкатулку с драгоценностями. Я должна выглядеть в высшей степени респектабельно. А ты постарайся выглядеть старшей служанкой, которой доверено опекать меня.
— Вроде служанки леди Эмбридж? Такой же чопорной и высокомерной? — Ее глаза блеснули. — Думаю, у меня это получится.
Когда Десима спускалась по лестнице, за ней следовала маленькая надменная особа, которая смотрела свысока на лакея и полностью игнорировала нервную судомойку, сновавшую с тарелками между кухней и столовой.
Десима колебалась у двери. Она не может появиться в столовой, как будто ей есть что скрывать. Гости Эдама не должны заподозрить, что произошло нечто неподобающее. Кроме того, джентльмен не выберет для флирта долговязую старую деву, которой под тридцать лет. На сей раз ее недостатки пойдут ей на пользу.
Десима расправила плечи и вошла в столовую. У камина две пары, одетые по последней моде, оживленно беседовали с Эдамом, который повернулся при ее появлении. Его челюсть слегка отвисла, и Десима улыбнулась, оценив произведенный эффект: с великолепной прической, жемчугом на шее и в достойном утреннем платье она выглядела с головы до пят настоящей леди, а не озорной девчонкой, способной кататься на санях, целоваться в снегу и ухаживать за лошадьми.
— Пожалуйста, мисс Росс, позвольте мне представить вам моих друзей. Моя кузина, леди Уэндоувер, и ее муж, лорд Уэндоувер. — Оживленная леди лет двадцати пяти и ее муж несколько старше ее, с насмешливыми глазами. — Мистер и миссис Хайтон. — Пара постарше — у женщины томные голубые глаза. — Это мисс Росс, которая оказалась занесенной снегом здесь и, должно быть, рада увидеть новые лица после трех дней скуки.
— Вовсе нет, милорд. Конечно, я рада познакомиться с вашими друзьями, но я далеко не скучала. Вы и миссис Читти были необыкновенно любезны и предупредительны. — Она окинула взглядом собравшееся общество. — Пока лорд Уэстон не пришел мне на помощь в метель, у меня была единственная перспектива — пивная с весьма дурной репутацией. Можете представить, какое я испытала облегчение, когда попала сюда.
Все шло хорошо, гости были слишком воспитаны, чтобы обращать внимание на ее рост, никто не перешептывался, а самое главное, никто из них не пытался сосватать ее.
После обеда Десима поднялась.
— Если вы извините меня, я, пожалуй, прослежу за упаковкой моих вещей. Думаю, моя карета вскоре будет здесь.
Саквояж в комнате Десимы был открыт, но горничная отсутствовала, только пререкания доносились с другой стороны площадки.
— Пру!
— Да, мэм. — Пру выскользнула из комнаты грума. — Ох уж этот Бейтс!
— Вижу, ты начала упаковку.
— Да, мисс Десси.
— Тогда давай закончим, прежде чем прибудут кучера, — предложила Десима.
Наконец, предоставив Пру поручить лакею Уильяму отнести вниз багаж, Десима присоединилась к гостям, заняв стул у двери. Остальные столпились у горящего камина, поддразнивая Эдама.
— Значит, Сэлли хочет подыскать тебе невесту, Эдам, как ты и опасался? — со смехом спросила леди Уэндоувер.
— Да, сначала я не особенно волновался, — отозвался Эдам. — Я пробыл у нее в доме два дня, и не было даже намека на опасность. Я позволил себе расслабиться, и тогда, как гром с ясного неба, объявили о предстоящем визите каких-то соседей.
— Кого именно? Незамужней дочери? Некрасивой племянницы? — улыбнулась миссис Хайтон.
— Нет, хуже. — Эдам содрогнулся. — Незамужней сестры средних лет. Как меня заверили, состоятельной, неглупой и дружелюбной леди. Я сбежал и попал в снежную бурю.
— О боже! — развеселилась миссис Хайтон. — А что об этом думала Сэлли? Она должна знать, какой вы закоренелый холостяк.
Гнев закипел в крови Десимы. Как мог Эдам шутить на эту тему? Десима услышала свой собственный голос, прозвучавший холодно и насмешливо:
— Уверена, она думала, что делает это ради блага одинокого родственника, даже не представляя, что ни он, ни предполагаемая невеста ничуть не заинтересованы в этих хлопотах.
Лицо Эдама вытянулось, а леди Уэндоувер разразилась смехом:
— Вы слишком суровы, мисс Росс. Безусловно, сестра должна заботиться о благе своего брата.
— И эта забота должна выражаться в навязывании ему нежеланной леди? Не сомневаюсь, что лорд Уэстон вполне способен сам найти себе достойную невесту, когда пожелает это сделать.
— Ну, я согласна, что Эдам не одобрял планов своей сестры, но только не леди. Вероятно, она уже отчаялась выйти замуж, — заметила леди Уэндоувер.
— Неужели замужество настолько желанно, что за него можно платить унижением быть выведенной как на парад кем-то из родственников? Это унижение для леди и источник раздражения для любого воспитанного мужчины. Я уверена, что многие мужчины, остающиеся холостяками по собственным веским причинам, также страдают от подобного вмешательства.
— Значит, вы не одобряете сватовство, мисс Росс? — осведомилась миссис Хайтон.
— Я его презираю, — ответила Десима и поймала холодный взгляд Эдама. Она зашла слишком далеко. — Прошу прощения, лорд Уэстон, если я как-то задела вашу сестру. Безусловно, ею руководила только семейная привязанность.
Эдам скорчил гримасу, очевидно нисколько не обиженный.
— Сэлли наверняка руководствовалась заботой о моих интересах. Что касается леди, о которой идет речь, то, вероятно, Сэлли не может вообразить большего счастья для нее, чем быть замужем за мной.
