А вот на своего отца Ади вообще не была похожа, посторонние люди. Если её мать оказалась нежной и милой женщиной, смотря в лицо которой появляется желание защищать, то смотря на отца хотелось защищаться. Кемаль не мог объяснить, но в отце Ади ему что-то казалось неправильным, будто этот человек не тот, кем кажется на первый взгляд.
Глаза этого человека казались пустыми, а все жесты и весь образ казался наигранным. А ведь его глаза похожи на глаза Алекс, пронеслось в мыслях Кемаля. И в этот момент он ясно осознал, если Ади пошла в мать, то Алекс в отца. Хотя, если подумать, внешнего сходства между ними не было. Может только цвет глаз — темно-карие.
Но вот взгляд, казавшийся пустым, был почти одинаковым. Рядом с Алекс Кемаль никогда не нервничал и не чувствовал с её стороны угрозы, а рядом с их отцом было наоборот. Все его инстинкты кричали держаться от него подальше. В эту минуту Кемаль пожалел, что никого из ребят нет с ними, кто бы смог увидеть ауру этого человека. Но он не стал ничего говорить дабы не расстроить невесту.
— Кстати знакомьтесь, — после первого потрясения Ади наконец вспомнила о женихе. Тот стоял тихонько в стороне, не мешая воссоединению семьи из-за чего та успела позабыть о его присутствии. — Это Кемаль, мой жених. Кемаль это Кристофер, мой отец и моя мама Амелия.
— Приятно познакомиться. — ответил мужчина, протягивая руку для рукопожатия отцу девушки. Тот в ответ кивнув головой подал протянутую руку.
— Алекс — услышал Кемаль голос Ади, после чего перевел взгляд на нее. — Алекс, она ни за что не поверит мне. Боже, почему же я её с собой не взяла? Но ничего вот приедем, и вы встретитесь.
— Александра? — переспросила Амелия, нахмурив брови после чего перевела обеспокоенный взгляд на мужа. Тот подошел к ней и приобнял за плечи, словно поддерживая и успокаивая. Ади перевела непонимающий взгляд с них на Кемаля. Будто испугавшись чего-то, Ади сделала шаг ближе к Кемалю, сама, не осознавая этого. Кемаль же подошел к ней сзади и взял за руку, говоря я рядом.
— Что-то не так? — задал вопрос Кемаль, супружеской паре, стоявшей перед ними, при этом ни к кому из них конкретно не обращаясь. Он, как и Ади, не мог понять реакцию этих людей на имя своей младшей дочери. Неужели они не должны были обрадоваться также сильно, как при встрече со старшей?
— Ты правда знаешь где Александра? — осторожно задал вопрос Кристофер, смотря на свою старшую дочь. В его глазах были слезы, и голос дрожал, словно боясь услышать ответ.
— Да — недоуменно ответила Ади не понимая удивления родителей. — Мы никогда и не разлучались. И я её с собой не взяла, потому что она уехала куда-то. Я уверена, когда она вернется и увидит вас, узнает, что вы живы будет очень счастлива. Хотя…
— Хотя, что? — спросила встревоженно женщина, делая шаг к Ади, высвобождаясь из объятий мужа. — Ты точно уверена, что это наша Александра?
— Конечно уверена — воскликнула Ади не понимая, о чем говорят эти люди. Как она могла быть не уверена в своей сестре. Они всю жизнь были вместе и какие бы трудности и недопонимания не были между ними они всегда были друг у друга. — Просто Алекс…она вас не помнит.
— Не помнит? — переспросила женщина недоуменно и перевела взгляд на мужа, а после обратно на Ади. — Что значит, не помнит? Ты точно уверена, что это наша Александра, а не другая девушка, выдающая себя за нее?
— Почему вы задаете такие странные вопросы? — спросила Ади, неосознанно сжимая крепче руку Кемаля. — Да и зачем кому-то выдавать себя за нее? Просто после той аварии, где вы, якобы погибли, Алекс ничего не помнит. Она не помнит вас. Не помнит нашу жизнь до этого. И мне стоило очень больших усилий заставить вспомнить себя. Но я все равно не понимаю почему вы так сильно удивлены.
— Мы так удивились потому что… — сказала Амелия, но не сумев закончить зажала рот рукой. А Кристофер, сделав шаг вперед опять обняла жену за плечи, прижимая к своей груди и заканчивая за жену:
— Мы не смогли найти её в тот день. — ответил он, хмуря брови. — И в полиции нам сказали, что нашли погибла. Нашли её тело спустя несколько недель, после пропажи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
***
Алекс умерла. Её тело нашли спустя несколько недель. Мы не нашли её в тот.
Как такое возможно? Как так? Почему? Кто сказал, что она не выжила? Кто, кто? Это неправда. Они лгут, их обманули. Нет, нет это невозможно.
Все это крутилось в голове Ади с того момента как слова были произнесены. И с каждой минутой вопросов становилось только больше. Ведь кто-то же сказал родителям, о смерти Алекс. Значит, кто-то знал о том, что родители выжили в аварии, и будут искать своих детей. Но она не могла понять кто именно?
Значит был кто-то кто знал и о них, и о выживших родителях? Но зачем кому-то врать о их смерти?
Возможно в связи с тем, что Алекс ушла с места аварии, ту посчитали погибшей? Хотя наоборот должны же были решить, что её там не было? Тогда почему на следующий день, вернув домой полицейские сказали о её присутствии в машине вместе с родителями?
Но почему же решили сообщить родителям о смерти Алекс? Как можно говорить о гибели ребенка родителям, не будучи уверенным в этом?
Со вчерашнего вечера, как родители сообщили о мнимой смерти сестры Ади не находила себе места. Она никак не могла уложить в голове, что все эти годы родители думали, будто Алекс нет в живых. Но при этом не задавалась вопросами, касаемо её саму. Знали ли те, что она жива? И если знали, то почему не искали?
Какая же все-таки странная штука жизнь. После той злосчастной аварии сестра забыла родителей, а родители — считали дочь погибшей. Возможно это к лучшему? Ведь помни Алекс о них и узнай однажды, что те её давно похоронили, ей было бы очень больно. Может было благом — забыть?
Было ранее утро, и только сейчас Ади потихоньку начала осознавать, где она. Из-за пережитых событий и потрясений она даже не заметила, как пролетел вчерашний день. Сначала встреча с родителями, считавшиеся погибшими много лет назад, а после известие о «гибели» сестры. Неужели в их семье всегда кто-то должен быть мертвым?
Больше всего Ади потрясла вторая новость. У нее сразу начало проносится в голове мысли о том, что же было погибни Алекс тогда? Ведь её жизнь сложилась бы по-другому. Не просто по-другому, а кардинально все было бы не так. Вряд ли у нее была бы семья, которая есть сейчас и неизвестно смогла бы когда-нибудь создать.
Говорят, все что не происходит все к лучшему. Но в нынешней ситуации она не могла трезво оценить все плюсы и минусы сложившейся ситуации. С одной стороны, родители — ближе которых у детей нет никого, были отняты так неожиданно и так несправедливо. С другой новая семья, люди в которых она любит.
Всю жизнь Ади жила, мечтая о том, чтоб родители были рядом, поддерживали в трудную минуту, радовались успехам и разделяли трудные минуты. Она мечтала, возвращаясь домой после учебы или работы заставать дома маму и папу. Обнимать их и рассказывать, как прошел день. Что нового у нее случилось и даже если бы ничего, сидеть с ними за одним столом, обедая или ужиная, и просто разговаривать ни о чем.
Быть уверенной в том, что дома ждут. Ждут мама и папа. Что есть крепкое мужское плечо, в виде отца, который всегда будет защищать и оберегать, знать, что есть мамины объятия, в которых можно укрыться от всего мира и хоть на минутку, но представить — все прекрасно, у нее все прекрасно.
В этот момент, как только пред ней предстали самые затаенные её мечты, Ади ужаснулась. Ведь вместе ними пролетела и вся прожитая жизнь. И которую прожила не одна, а с семьей, хоть и не той которую представляла, но семьей. Ади вспомнила Алекс, вечно, с виду серьезную, но с добрым сердцем, со своим сарказмом и прямолинейностью, порой доводившей людей до желания убивать, с её вечными отговорками «не знаю, не понимаю, пофиг», с вечным желанием спать и читать. Бывали времена, когда Ади не понимала её и казалось, что никогда не поймет, но ближе неё никого не было.
