— Спасибо вам, что довезли Джереми, сказала на прощание Мариота.
— Не мог же я его оставить на пыльной дороге, — откликнулся врач. — Да еще с таким тяжелым саквояжем в придачу.
Он был прав. Мариоте бросилось в глаза, что Джереми не без труда вытащил его из экипажа.
Она наклонилась и попыталась поднять саквояж, но тот действительно оказался слишком тяжелым. В эту минуту к ней подошел один из лакеев графа, объезжавший днем его скакуна:
— Позвольте, мисс. Куда прикажете отнести?
— Благодарю вас, — обрадовалась Мариота. — Пожалуйста, отнесите его в спальню моего брата. Она как раз напротив комнаты его светлости.
— Хорошо, мисс.
Лакей подхватил саквояж и взбежал с ним по лестнице, как будто тот ничего не весил. «Господи, если бы мои желания осуществились, — безмолвно взмолилась Мариота, — я наняла бы слуг, и не пришлось бы все делать самой».
Вернувшись в дом, она еще в холле услышала громкий голос Джереми, увлеченно и с гордостью рассказывавший гостье о местных достопримечательностях.
Наверное, он не имел ни малейшего представления о богатстве леди Элизабет, ибо контраст был слишком велик. Надо полагать, отсыревшие стены, порванные занавеси и обветшавшая мебель вызвали у нее лишь презрение и горькую усмешку.
После отъезда графа все они испытают точно такие же чувства, с горечью подумала Мариота.
«Нет, я не должна жаловаться на судьбу, — одернула она себя. — Нельзя быть такой неблагодарной. Мы счастливы, очень счастливы, — ведь мы — семья… и потом, нам удалось познакомиться с такими интересными, обаятельными людьми».
Но доводы разума не успокоили ее мятущуюся душу. Мариота знала, что отныне граф стал героем ее грез и она никогда не сможет его забыть.
Медленно поднимаясь по лестнице, она увидела идущую ей навстречу леди Коддингтон.
— Я была у Альвика совсем недолго и уверена, что вы останетесь мной довольны, Мариота. Он хочет, чтобы вы ему почитали. Я хотела сама, но он заявил, что ваш голос намного приятнее.
— О, нет… Это не так, — возразила Мариота.
— А мне кажется, он прав, — улыбнулась ей леди Коддингтон. — Альвик откровенен со мной, но, как все братья, зачастую бывает резок.
— Джереми тоже со мной не церемонится, — заметила Мариота.
Они засмеялись, и леди Коддингтон сказала:
— Я зайду к вашему отцу, а потом мы с Элизабет поедем домой.
— Но она так хотела встретиться с графом, боюсь, эта поездка ее разочаровала.
— Не беспокойтесь, Мариота. У нее еще будет время, — откликнулась леди Коддингтон. — Граф скоро поправится и сможет погостить в Мадресфилде.
Мариоте показалось, будто к ней кто-то прикоснулся холодной рукой.
Она представила себе графа в роскошном зале, окруженного давними знакомыми.
«Он вычеркнет этот эпизод из памяти и ни разу не вспомнит о нас», — подумала девушка.
Теперь каждая минута, проведенная вместе с графом, будет для нее бесценна. И, распрощавшись с леди Коддингтон, Мариота поспешила в Комнату короля.
У двери Мариота немного отдышалась и почувствовала, как сильно бьется ее сердце.
Граф был раздражен и обрушил на нее целый град упреков:
— Доктор Даусон считает, что мне нужен покой. Почему же вы позволяете всем надоедать мне бесконечной болтовней? У меня опять разболелась голова.
Мариота смущенно приблизилась к его постели.
— Извините, я полагала, что вы захотите увидеть вашу сестру и, возможно, леди Элизабет.
— Я никого не хочу видеть, — сурово отрезал граф. — Прочтите мне передовицу из «Таймс» и парламентский отчет.
Он откинулся на подушки и закрыл глаза.
Прочтя несколько строк парламентского отчета, Мариота украдкой взглянула на графа. Он снова открыл глаза, и она почувствовала, что он неотступно наблюдает за ней.
За ланчем Джереми рассказал отцу и Мариоте о путешествии в Лондон.
Ему не терпелось поделиться с ними волнующими подробностями, и его глаза сияли от счастья.
— Мне ужасно повезло; придя на примерку к портному, я встретил там двух знакомых. Ты помнишь Мейнарда, папа? Когда мы были совсем маленькими, он жил в пяти милях от нас. А второй, его приятель, приезжал в прошлом году охотиться к сквайру. Ну как, вспомнил?
— Я вспоминаю, о ком ты говоришь, — отозвалась Мариота.
Приготовить праздничный обед стоило немалых трудов, однако ей так хотелось заслужить похвалу брата! Средств, как всегда, не хватало, и ей пришлось пофантазировать, придумав несколько рецептов прямо на ходу.
Однако обед удался на славу: старый Джекоб извлек из сундука ливрею с серебряными пуговицами и, облачившись в нее, с торжественным видом подавал одно блюдо за другим.
— Они были мне очень рады, — продолжал Джереми, — показали мне лучшие магазины и помогли выбрать костюмы. А потом отвезли в свой клуб и вообще развлекали меня до самого отъезда.
— Как хорошо, что ты их встретил! — воскликнула Мариота, решив, что приятели помогли брату сэкономить немало денег.
Джереми понял ее намек.
— Ты совершенно права, — откликнулся он. — Конечно, одежда обошлась мне недешево, но что касается остального, то тут я потратил сущую ерунду.
— Ты выглядишь очень элегантно, — проговорил лорд, впервые приглядевшись к сыну. — Но почему тебе вдруг понадобилась новая одежда?
— Я вырос из старой, папа, и мне ничего не оставалось, как либо начать носить твои костюмы, либо вообще ходить нагишом.
— Ну что же, теперь ты одет как подобает, и я очень рад этому. Но ты не закончил свой рассказ. Где ты еще успел побывать?
«Ему даже не пришло в голову задать вопрос, откуда у Джереми взялись деньги на модные костюмы», — с облегчением вздохнула Мариота.
Джереми перечислил спектакли, которые он успел посмотреть в лондонских театрах, рассказал про ночные танцевальные залы, куда он часто ходил развлечься и потанцевать.
Да, повеселился он вволю, однако Мариота не знала, надолго ли ему хватит лондонских впечатлений и не унесет ли его куда-нибудь еще.
Лорд Фордкомб отправился к себе в кабинет, а Джереми сказал сестре:
— Леди Элизабет совершенно очаровательна. Я бы хотел почаще видеться с ней.
— Лучше не трать время, — посоветовала Мариота.
— Что ты имеешь в виду? — не понял он.
— Я выяснила у доктора Даусона, что она унаследовала огромное состояние от своей крестной из Америки. Тебе не стоит появляться в Мадресфилде. Герцог решит, что ты охотишься за ее приданым и выставит тебя вон.
— Я не собираюсь на ней жениться, — возразил Джереми. — Она очаровательная девушка, и мне приятно разговаривать с ней, вот и все. Я бы пригласил ее на ланч, но, боюсь, она откажется. Сегодня она собирается совершить верховую прогулку и проедет мимо Квинз-Форда. Как по-твоему, я могу воспользоваться графским скакуном и доказать ей, что неплохо держусь в седле?
