я его принесу, и потому не сказала об этом условии. А все, что не сказано…
Я пожал плечами. Она поморщилась от неудовольствия и тем не менее вздохнула, признавая поражение.
— Ладно, хорошо, яйцо твое, как скажешь. Что касается извинений, то прости, я была не права.
— Нет-нет, — покачал я головой. — Зови всех и громко, чтобы все услышали, произнеси: «Извини меня, пожалуйста, ты действительно отличный охотник».
— Решил меня прилюдно унизить? — прищурилась она… как и ее подружки. На меня пахнуло недоброй силой, и даже Зу-Зу, что был рядом, ощетинился.
— Унизить? Не ты ли прилюдно высмеяла меня при всех своих подружках? — ответил я, выпустив в ответ тоже немного своей силы, чтобы они почувствовали, что я не боюсь и готов отстаивать свое мнение. — То есть ты унизила меня при всех, разрушила мою репутацию…
— У тебя нет репутации в этом городе, — отрезала она.
— И не будет после того, как ты меня высмеяла.
Несколько секунд мы молча взирали друг на друга, и напряжение летало в воздухе такое, что его можно было почувствовать. Но сдалась первой она, вздохнув и кивнув.
— Иди за мной, охотничек, блин…
И меня повели в дом.
Внутри было все гораздо лучше, пусть и очень далеко от того, что было во дворце тех же Пань. Здесь было красиво, отштукатурено, покрашено, но ни о каком дворце речи не было. Просто хорошо сделанное поместье без лишних изысков.
Оттуда по коридору мы вышли в зал, больше похожий на бальный, где все было обвешано головами чучел. Здесь были все твари джунглей: от обычных обезьян до тварей, от которых глаза на лоб лезли, одна из которых была и лимирия, на которых я заходил. Глядя на это все, у меня мелькнула мысль, что попроси они поймать лимирию, и тогда работать мне год у них по дому.
Сюда уже стеклись охотницы их клана, и не сказать, что их было прямо-таки дохера, но явно побольше, чем на улице в прошлый раз. Кто-то смотрел на меня с интересом, в первый раз увидев, а кто-то уже понимая, что я здесь делаю.
— Столько зрителей тебе будет достаточно? — резко развернулась она ко мне, после чего на весь зал произнесла. — Охотницы клана Меткой стрелы, как глава клана, я хочу представить вам удивительного охотника, который показал свое мастерство и добыл яйцо лимирии. И пусть он не один из нас, но заслужил моего личного уважения и признания. Я прошу при всех вас прощения за непростительное обращение при первой нашей встрече, — и шепотом. — Пс-с-с, как тебя зовут?
— Юнксу.
— Юнксу, я Мисуко Дикая Криалина (вроде это такой цветок здесь), добро пожаловать в дом клана Меткой Стрелы, будь нашим почетным гостем и можешь остаться у нас на столько, на сколько посчитаешь нужным. Еще раз, добро пожаловать.
И она слегка поклонилась мне, в пределах допустимого, чтобы поприветствовать, но не поставить себя ниже по статусу. И я ответил ей тем же поклоном. Удивительно, но все присутствующие так же сделали поклон вежливости, и я не увидел среди них ни единого… мужчины.
— Благодарю вас, Мисуко Дикая Криалина, я благодарен за ваш радушный прием.
— Идемте за мной, Юнксу, — поманила она рукой, и когда мы скрылись на лестнице, что вела наверх, она недовольно фыркнула. — Теперь доволен?
— Ну… вообще мне было приятно, что вы признали меня. Спасибо. Все же, когда вы меня высмеяли два раза подряд — это было обидно.
— Ага, достал же каким-то образом яйцо. А я так надеялась… — вдохнула она. —И что делать с ним будешь?
— Продам.
— Продашь? Ну как знаешь, конечно… Могу помочь с этим за полцены.
— Полцены? Фига се…
— У тебя есть кому продать? Связи? Выход на людей? Гарантии, что тебя не кинут и не обманут?
Вообще-то она была права. В свое время я тоже был в этой теме и прекрасно понимал, что половина проблемы — добыть. Другая половина — сбыть. И чем дороже и реже товар, тем сложнее его сбыть.
Это ладно кольцо, а если какая-нибудь статуэтка, которую абы кому не сольешь? Тебя могли кинуть, тебя могли обмануть, сдать или вовсе убить, поэтому надо было искать посредника, у которого был подхват и кто мог гарантированно сбыть его. И чем он более редкий, тем надежнее нужен был посредник.
— Половину не дам. Давай одну десятую.
— Ага, не пойдет. Две пятых от суммы.
— Нет, одну девятую…
Так мы и спорили, пока поднимались по лестнице наверх и пока не сошлись на одной пятой. Это было лучше, чем ничего или огромный риск вообще потерять яйцо. Все же клан имел репутацию и выход на самых богатых покупателей, что будут не против побороться за яйцо.
Меня привели в небольшую комнату, которая была похожа на переговорную.
— Садись, — кивнула Мисуко на стул у овального стола в центре комнаты, а сама направилась к тумбочке, что оказалась барной стойкой. — Хочешь чего-нибудь?
— Информации.
— Да, мы все голодны на информацию… — протянула она и налила себе что-то. — Откуда ты?
— Издалека. Из-за моря.
— Я так и думала, что ты не из империи. Ты больше похож на нас, — на мой вопросительный взгляд она указала на свой глаз. — Разрез глаз, я имею ввиду. Но более светленький. Что же ты забыл здесь?
— Я ищу одного человека, который похитил мою… сестру.
— Скверно, — кивнула Мисуко и села за стол. — Ты хочешь узнать, слышала ли я о таком человеке или похищении?
— Да и…
Я бросил взгляд на Люнь и… нахмурился.
Она зависла перед какой-то картиной на стене, совсем позабыв обо всем на свете, и на мгновение у меня похолодело в душе: я было подумал, что она опять парализована.
Но нет, причина была именно в картине, которую она рассматривала. На ней была изображена… Люнь?
Я нахмурился.
— Понравилась картина? — проследила Мисуко за моим взглядом.
— Да… я гляну?
— Конечно, почему нет. Ты знаешь, кто это?
Я поднялся и подошел к картине поближе.
— Пять великих мастеров, — сказал я негромко.
— Верно, — кивнула она. — Пять величайших мастеров своего времени.
— Уню Люнь Тю, — указал я пальцем на нарисованную Люнь. — Величайшая мастер целительница.
