Но разве не демонстрирует коренное население Нового Света огромное разнообразие физического типа, волосяного покрова, цвета кожи и прочих признаков на протяжении всей территории этой части света — от Аляски до Огненной Земли? И кто, как не сами антропологи после долгих дебатов и тщательного изучения фактов единодушно решили, что многие генетические черты американских аборигенов были принесены в Америку через Берингов пролив и Аляску первыми переселенцами из Северо-Восточной Азии. Среди этих первобытных охотников и собирателей были люди и с монголоидными, и с негроидными, и с европеоидными чертами. "Поэтому негроидные скелеты (а также изображения людей с негроидными чертами. — В. Г.) не являются доказательством того, что какая-либо флотилия или отдельные корабли пересекали в доколумбовы времена Южную Атлантику"[126].
Наиболее серьезными аргументами в пользу древних афро-американских связей являются биологические, вернее, ботанические данные — находки растений, характерных для одного региона и обнаруженных на территории другого. Безусловно, главную роль играет среди них маис (кукуруза) — культура, как известно, исконно американская и возделываемая индейцами Мексики и Перу чуть ли не с V тысячелетия до н. э. В почве, которую специалисты достали из глубокой скважины, вырытой на территории города Мехико, была обнаружена пыльца дикого маиса. Ученые определили, что в почву пыльца попала около 80 тысяч лет назад, то есть задолго до появления человека в Новом Свете[127].
До сих пор считалось, что маис принесли в Африку португальцы после своих открытий в Южной Америке (Бразилия), не ранее первой половины XVI века. Но вот археолог А.Гудвин в ходе раскопок города Ифе (Нигерия) — столицы древнего государства йорубов — обнаружил несколько обломков керамических сосудов, украшенных отпечатками початков кукурузы. Другой археолог-энтузиаст, М. Д. Джеффрис, поспешил определить возраст этих орнаментированных черепков— 1000–1100 годы. Таким образом, получалось, что племена йорубов из Западной Африки знали кукурузу за 400–500 лет до плаваний Колумба[128]. Как же она могла попасть на Черный континент? Кто привез ее туда? Наконец, достаточно ли точно определен возраст столь важной находки?
Последний вопрос — отнюдь не дань современной археологической моде. От его решения зависит окончательный ответ: поддерживали ли трансокеанские контакты с индейцами жители Черной Африки. Тем более что проблемы хронологии и периодизации в истории доколониальной Африки еще далеки от своего окончательного решения. Не были исключением в этом плане и находки в городе Ифе. Черепки с отпечатками маиса вместе с другими тысячами обломков керамики образовывали вымостку в одном из городских кварталов. При каком царе появилась керамическая вымостка? Точно ответить на этот вопрос пока невозможно. Как же возникла тогда дата 1000–1100 годы?
М.Д.Джеффрис вывел ее чисто умозрительно, на основе следующих рассуждений. Некоторые старые предания йорубов гласят, что первая столица этого африканского государства находилась в Иле-Ифе (т. е. в Ифе). Но во времена правления четвертого царя местной династии столицу перенесли в город Ойо. По другим источникам известно, что между 600 и 1000 годами страну наводнили какие-то пришельцы с востока, которые и основали Иле-Ифе. Далее следует нехитрый прием: оба полумистических предания соединяются, и время функционирования Иле-Ифе как столицы ограничивается 1000 годом. Есть также сведения, что город Ойо был основан около 1100 года. Маис найден в Ифе, и, значит, археологический слой с черепками относится не позднее чем к 1000–1100 годам[129].
Между тем, даже не принимая в расчет приведенных выше сомнительных хронологических выкладок М.Д.Джеффриса, можно сослаться здесь на критические выступления против идеи о произрастании маиса на африканской земле в доколумбову эпоху целого ряда ученых, в том числе Ф.Уиллета, доказавшего с помощью фактов явное португальское участие в распространении этой ценной сельскохозяйственной культуры на западе Черного континента[130]. Другие авторы высказали предположение, что по влажной глине "прокатили" не початок маиса, а какой-то другой похожий злак — например, сорго. Но, несмотря на возражения специалистов, сенсационная новость о том, что кукурузные початки попали в Африку из-за океана за 400–500 лет до Колумба, моментально разошлась по всему свету и до сих пор успешно продолжает переходить из книги в книгу.
Другое растение, используемое обычно для доказательства афро-американских связей в древности, — тыква-горлянка. Она всегда считалась только африканской культурой. Но уже первые европейцы, прибывшие в Новый Свет в XVI веке, с изумлением увидели это же растение у индейцев. Значит, все-таки были трансокеанские связи? Не спешите с выводами. Дело в том, что остатки семян тыквы-горлянки найдены сейчас в горных пещерах Мексики в слоях, относящихся к 7000–5000 годам до н. э..[131] Но еще ни один, даже самый фанатичный сторонник доколумбовых контактов не утверждал, что в то время первобытные жители Африки могли пересечь океан. Более того, длительные опыты ученых Т.Уитакера и Дж. Картера с семенами тыквы-горлянки доказали, что эти семена могут находиться в соленой морской воде без изменения свойств свыше 225 дней, то есть времени, вполне достаточного для естественного их дрейфа от Африки до американских берегов[132].
Исчезнувшие в океане, или Пропавший флот малийского султана
Единственный более или менее достоверный случай, касающийся попытки африканцев переплыть Атлантику и посмотреть, что находится "на другом краю океана", дошел до нас в пересказе арабских авторов XIV века. Речь идет о плавании флота султана Мали от устья Нигера на запад и его исчезновении. Впрочем, событие это для нашей темы столь значительно, что лучше обратиться непосредственно к первоисточникам.
"Мы происходим из семьи, в которой монарший сан передается по наследству. И вот предшествовавший мне правитель решил, что нет ничего невозможного в том, чтобы убедиться в наличии противоположного берега у моря ал-Мухит [Атлантический океан]. Одержимый этой мыслью и воодушевленный желанием доказать свою правоту, он приказал снарядить несколько сот судов, набрал для них команды и присоединил к ним много других судов, снабженных золотом, съестными припасами и водой в таком изобилии, что все это могло удовлетворить потребности команды в течение многих лет.
При отплытии он обратился к командирам со следующей речью: "Не возвращайтесь, прежде чем не достигнете самой крайней границы океана или прежде чем не будут исчерпаны ваши съестные припасы или питьевая вода".
Они отплыли и долго отсутствовали; прошло много времени, но никто не возвращался. Наконец вернулось одно судно. Мы спросили кормчего этого судна, что же случилось. Он ответил:
"Государь, мы долго плыли, пока не встретили мощное течение, подобное реке. Я шел последним за другими судами. Все суда, шедшие впереди, продолжали плавание, но едва подошли к этому месту, как начали исчезать одно за другим, и мы так и не узнали, что же с ними случилось. Я же не захотел оказаться во власти этого водоворота и поэтому вернулся".
Султан не поверил этому сообщению и не одобрил поведения командира. Затем он приказал снарядить две тысячи судов, из которых одна половина была предназначена для него самого и его спутников, а другая — для припасов и питьевой воды. Он доверил мне правление и со своими спутниками вышел в море ал-Мухит.
При таких обстоятельствах мы видели его и других в последний раз. Я остался неограниченным властелином государства"[133].
Но оказывается, и первоисточники можно истолковывать по-разному. Вот что пишет, например, Э.Львова:
"…Большинство ученых полагают, что, возможно, здесь отражены действительные события. В таком случае флот должен был выйти из устья реки Сенегал или из Гвинеи. Было высказано предположение, что "течение в открытом море", о котором рассказывал капитан уцелевшего корабля, — это река Амазонка, которая выносит свои воды далеко в открытый океан"[134].
Государство Мали, считает Э.Львова, было в то время самым богатым и могущественным в Африке, оно могло тягаться и с арабским халифатом. Его правители держали в руках ключи от золотых приисков и соляных копей; они получали баснословные прибыли от торговли.
"Во время путешествия правитель Муса вез с собой 100 вьюков золота по 3 китары каждый (китара — весовая единица, равная 42,33 кг). Он раздавал такие богатые подарки и платил такие цены, что золото на каирском рынке резко упало в цене. Государство Мали занимало большую часть Западной Африки, выходя на побережье Атлантического океана между Салумом и Рио-Гранде…
