Государство Мали, считает Э.Львова, было в то время самым богатым и могущественным в Африке, оно могло тягаться и с арабским халифатом. Его правители держали в руках ключи от золотых приисков и соляных копей; они получали баснословные прибыли от торговли.
"Во время путешествия правитель Муса вез с собой 100 вьюков золота по 3 китары каждый (китара — весовая единица, равная 42,33 кг). Он раздавал такие богатые подарки и платил такие цены, что золото на каирском рынке резко упало в цене. Государство Мали занимало большую часть Западной Африки, выходя на побережье Атлантического океана между Салумом и Рио-Гранде…
Течения и ветры-пассаты благоприятствуют такому трансатлантическому путешествию, причем из Западной Африки, не противоборствуя стихиям, можно прибыть к северо-восточным берегам Южной Америки в районе впадения Амазонки в Атлантический океан… Но вот что интересно: государство Мали расположено в глубине Африканского материка. Только после многочисленных завоевательных войн… западной границей его стало море. Откуда же у султана Мухамеда (а именно он был предшественником Канку Мусы) была такая твердая уверенность в том, что вполне возможно достичь невидимого и неведомого берега океана?
Здесь надо вспомнить о северных соседях Мали, арабских государствах. В Мали к тому времени уже властвовало мусульманство; при дворе правителя жили ученые; города Тимбукту, Дженке, Гао становились центрами мусульманской культуры и образования. Это время — золотой век арабской географии. Хорошо известно, что арабские мудрецы тогда уже знали и Азорские, и Канарские острова… Может быть, сами арабы бывали в Америке и сведения об этом достигли ушей султана Мухамеда?"[135]
Об арабском мореходстве и плаваниях кораблей арабских купцов из Северной Африки на запад, в просторы Атлантики, мы поговорим позже, здесь же уместно отметить смелую попытку Э. Львовой решить одну трудную загадку (исчезновение флота малийского султана) с помощью совмещения ее с другой, не менее сложной (пребывание арабов в Америке до Колумба).
Еще большую смелость проявляет в трактовке истории пропавшего султанского флота английский историк И.Ван Сертима в книге "Они пришли до Колумба". Он, правда, называет исчезнувшего малийского правителя не Мухамедом, а Абубакаром Вторым и уверенно пишет о том, что деревянные лодки-долбленки африканцев благополучно пересекли океан и причалили к берегам Мексики и что прибывшие африканцы оказали заметное влияние на развитие местной культуры. Есть у автора и доказательства: и мексиканский бог Кецалькоатль, и миштекский глиняный сосуд в виде головы негра (штат Оахака, Мексика), и прочие "негроидные" сюжеты и изображения, о которых уже говорилось.
Стоит ли удивляться после этого и такому выводу автора: "Атлантика была открытым и доступным морем задолго до плаваний Колумба"[136]. Напомню, что речь идет здесь об открытости и доступности океана для мореходов из Черной Африки, а не из Средиземноморья.
Вполне уместно привести здесь комментарий к истории о пропавшем флоте малийского султана крупнейшего знатока исторической географии Р.Хеннига.
Это событие, пишет он, происшедшее в африканском мире в начале XIV века, хорошо засвидетельствовано и вполне правдоподобно.
"Мы узнаем об этой странной истории из труда каирского ученого Ибн-Фадлаллаха ал-Омари (1301–1348), составившего обширную энциклопедию с длинным и цветистым названием, переводимым с арабского как "Пути взоров по государствам крупных центров".
В ней содержится и сообщение тогдашнего вали (судьи) Каира египтянина Ибн-Амир Хаджиба о его приключениях в год 724-й хиджры (1324 год). В этом году ему довелось встретиться с султаном Мусой, правителем большого и богатого негритянского государства Мали в бассейне Нигера. Муса, как благочестивый мусульманин, предпринял предписываемое исламом паломничество в Мекку, во время которого посетил также и Каир.
Государство Мали и его главные центры находились в 1000 километров от моря. Ко времени достижения зенита своего могущества оно простиралось от долины Бани до долины Фалеме и от пустыни (Сахары. — В.Г.) до границы тропического леса. Итак, до Гвинейского залива это государство не доходило; ислам тоже не проникал на юг дальше Сьерра-Леоне. С учетом этих обстоятельств многое остается не совсем понятным в истории, сообщенной ал-Омари.
Всем народам Тропической Африки мореплавание было почти чуждо. У них не было стимула для дальних морских плаваний, и, насколько нам известно, они ограничивались каботажным рыболовным промыслом. Тем непостижимее для нас, что африканский султан послал сразу 2 тысячи судов в океанское плавание. Прежде всего совершенно непонятно, как правитель удаленной от моря страны мог создать такой мощный океанский флот и где ему удалось набрать такое количество опытных моряков, необходимых для предполагавшегося разведывательного плавания по "глубокотекущим водам Океана".
В сообщении говорится, однако, только о посланных "судах"… без их характеристик. Двух тысяч морских судов у султана Мали, видимо, никогда не было; гораздо вероятнее, что он не располагал ни одним таким судном. Его две тысячи судов на самом деле были, очевидно, простыми речными лодками для сообщения по Нигеру. Если экспедиция "для определения протяженности океана" действительно предпринималась на такого рода судах, то нас не должны удивлять ее трагический исход и гибель самого султана, одержимого страстью к исследованиям. Между имевшейся в его распоряжении флотилией и масштабами поставленной задачи было такое баснословное несоответствие, что только при полном незнании океана и таящихся в нем опасностей могла возникнуть мысль об этом самоубийственном предприятии…
В этом отношении автор (Р. Хенниг. — В.Г.) согласен с А.Гумбольдтом, и он поэтому выступал против утверждения, что африканские мореплаватели могли добраться до Америки, либо занимаясь пиратством, либо отнесенные туда штормом. Вскоре после открытий Колумба такую гипотезу выдвинул Педро Мартир, и, когда Бальбоа на Дарьенском перещейке обнаружил аборигенов с почти черным цветом кожи, к этому предположению присоединился Франсиско Лопес Гомара. В противоположность этому Гумбольдт указывал, что "африканские негры никогда не занимались пиратством в открытом море и пользовались только маленькими челноками для рыбной ловли у берегов"[137].
Поэтому просто непостижимо, как может говорить Ахмед Зеки-паша (комментатор ал-Омари) о "попытке достигнуть Америки" или даже поставить следующий несколько наивный вопрос: "Нельзя ли отважиться на очень рискованное предположение, что некоторые из этих храбрых исследователей, унесенные волнами, могли достигнуть Америки, а затем или слились с аборигенами, или основали первую черную колонию в Новом Свете?"[138]
На этот вопрос возможен только один ответ: да, это предположение рискованное и даже слишком рискованное! Как бы то ни было, плавание султана было интересно задуманным, но из-за незнания условий просто отчаянным предприятием, которое и не могло закончиться иначе, чем оно закончилось. И все же, несмотря на все эти соображения, путешествие султана достойно похвалы и весьма интересно с культурно-исторической точки зрения.
В каких водах плавали его суда, точно сказать нельзя. Если это в самом деле были лодки, то они, по всей вероятности, нашли гибель еще у устья Нигера.
Имя предприимчивого африканского султана не названо в труде ал-Омари, да и дату похода можно определить только приблизительно. Сообщил об этом событии Муса, великий султан Мали, которого Лa-Ронсьер очень метко называет Наполеоном пустыни. Правил он с 1307 по 1332 год. Предшественником Мусы был его отец — султан Абу Бакари, который правил очень недолго. Но султан Муса едва ли мог говорить о своем отце, не упомянув при этом родства. Вероятно, в сообщение ал-Омари вкралась незначительная ошибка. Предшественником Абу Бакари был некий Мамаду, о котором мы больше ничего не знаем. Может быть, именно он и отправился со своим флотом в океанские просторы? Во всяком случае, можно считать, что единственное плавание, предпринятое африканцами с исследовательскими целями, о котором знает история, состоялось незадолго до 1307 года, вероятно, между 1300-м и 1307 годами[139].
Мне думается, что это исчерпывающее разъяснение первоклассного специалиста и знатока, каким был Р.Хенниг, не требует особых комментариев. На сегодняшний день мы можем сказать об афро-американских связях в доколумбову эпоху только одно: у нас нет пока никаких надежных доказательств того, что эти контакты через океан осуществлялись в действительности. И здесь не помогут ни ссылки на благоприятные ветры и течения, ни указания на географическую близость Западной Африки и Южной Америки. Океан, с его капризным и непредсказуемым нравом и тысячемильными расстояниями, не прощал человеку ни малейшего просчета или ошибки.
