Польза не та.
Впрочем, Пиатрий сам в разговоре дал мне подсказку, где можно заработать деньги. Аукцион. Аукцион семьи Ян.
Лишние подозрения? Какие? Орзуф, что пришёл из другого Пояса, вполне мог иметь у себя запасы на чёрный день в виде вещей. Но даже этого риска можно избежать.
Маска, которую я продолжал носить, она ведь была улучшена Фатией и могла хранить в себе несколько обликов. Мне даже не нужно стирать один из старых, она могла хранить в себе ещё несколько. Просто раньше они мне не были нужны и пустовали, а вот сейчас окажутся в самый раз.
Подумав, я решил создать себе ещё более старый, чем Орзуф, образ. Конечно, в этом были недостатки. Например, в любом из других образов мне не нужно было скрывать руки, а вот у старика, которым я хочу притвориться, должны быть и руки под стать — огрубевшие, высохшие, в пятнах старости. Но не парнем же мне идти на аукцион? Мне кажется, это вызовет гораздо больше вопросов, чем перчатки на руках. Хотя можно и представиться учеником, которому поручили продажу, но мне идея создать в череде моих лиц старое, нравилась всё больше и больше.
С одной стороны, я пытался представить себе, как выглядел бы в старости, с другой стороны, эта старость почему-то упрямо походила на старость кожевника Газила в позабытой всеми богами деревне Нулевого, а не на старость Предводителя, каким я уже был.
Я невольно задумался, а откуда вообще на землях бывшей столицы Империи Сынов Неба появилась эта присказка про богов? Не зря же мне сделали когда-то замечание о ней, это ведь явно сектантская поговорка, но сколько себя помню, мама то и дело её упоминала. Да и не она одна.
Каким образом в Нулевой попали сектанты? Могли ли они попасть туда в те времена, когда Империя Сынов Неба уже рухнула, а Поднебесную Империю Рам Вилор ещё не создал? И если да, то почему их не убили потом? Или убили, но остались живы их дети и внуки, которые так и пронесли эту поговорку через три сотни лет?
На чашу странностей можно положить и те вопросы, которые когда-то давно задавали люди Ордена Морозной Гряды, что встречали нас в Школе. Большая их часть вполне обычны — зарастали ли раны на глазах, чувствовал ли, где найти воду, чувствовал ли, что тебе врали, усыплял ли словом — вопросы, чтобы выявить таланты идущего. Но часть из них — проклинал ли в сердцах и проклятие сбывалось, оживали ли мёртвые животные — это ещё что за таланты?
Я как-то не встречал таких на землях Империи. Если первое ещё можно отнести к Указам или чему-то подобному, то второе… Второе как-то нехорошо напоминает кровавых марионеток и всё такое прочее, к этому близкое. Зачем их задавали в Ордене Первого пояса? И почему только там? Почему только выходцам из Нулевого?
Одни вопросы, на которые мне не получить ответа. Может быть, Стражи знают что-то об этом, но где они и где теперь я, Страж-предатель?
Создание нового лица потребовало от меня целого дня. Очень, очень медленно, особенно если сравнивать с тем, как быстро, словно от них это не требовало усилий, создавали мне новые лица Фатия и старший Тизиор. Невольно порадуешься, что вообще оказался способен создать новый образ с моей проблемой работы с артефактами.
Из зеркала на меня глядел сухой старик со скорбно опущенными уголками рта, с резкими, глубокими морщинами, которые избороздили его лоб и щёки. В общем — Газил, если бы ему скинуть чуть лет и добавить чуть Возвышения, чтобы не рассыпался на ходу, а никак не постаревший Леград или мой постаревший отец. Удивительный результат, который отлично показывал, насколько я плох в деле создания лживых лиц. И не только в деле работы с маской.
Тёмные, блестящие силой волосы над этим морщинистым лбом смотрелись… Ненастоящими.
М-да, тут одними перчатками не обойдёшься. Глупость выбора лица становилась всё очевидней, но я упрямо поджал губы, что на новом лице выглядело вполне к месту, и закопался в кисет в поисках нужной вещи.
Не шляпы, нет. Накидки с капюшоном, которая сумеет скрыть проблемные места.
Нашёл. И вот так, с наглухо запахнутым воротом, который скрыл шею, с капюшоном, который спрятал волосы и бросил тень на лицо, с просторным кроем, который исказил фигуру, я, наконец, остался доволен.
Из алхимической мастерской вышел я, средних лет Орзуф, а к аукционному дому семьи Ян пришёл старик в уже чуть запылённых одеяниях.
Как здесь всё устроено, я уже выяснил, даже заглядывал вчера, поэтому сейчас почти уверенно свернул налево, к небольшим залам, где за тяжёлыми шторами идущие сдавали добычу.
Оценщик устало, навскакивавшись за день, поднялся, приветствовал меня:
— Старший, добро пожаловать в аукционный дом семьи Ян.
Ну а что он ещё мог сказать? Прийти сюда Мастером было слишком глупо. Мастера — это основа идущих этих земель, но это основа, которая добывает еду, выполняет приказы, разбивает лагеря, несёт охрану. Сила этих земель — это Предводители. Предводителем я сюда и пришёл, не ограничивая себя в Возвышении.
У этого оценщика явно глаз набит, потому как половина моих новых знакомых даже не понимает, что я Предводитель. Оплётка из духовной силы и стихии по-прежнему окружает каждый мой меридиан, выставляя меня в чужих глазах слабей, скрывая мои силы.
Последние дни я много над этим думал, вспоминая свою бытность Воином и последствия, к которым привела тогда схожая оплётка духовной силы на меридианах Воина. Сейчас я в такой же ситуации — я открываю стихийные узлы и покрываю меридианы стихией, уменьшая поглощение телом стихии.
Это могло снова навредить мне.
С другой стороны, у меня был подготовительный этап Мастера, когда я день за днём пропитывал тело стихией и возвышался, обуздывая способность непрерывного использования техник.
Я мог ошибаться, полагаясь на это и сохраняя стихийную оплётку на этом этапе Возвышения. С другой стороны, если в моём теле появится проблема, я знаю её причину и тут же всё исправлю.
К тому же если сегодня я получу духовные камни, то первое, что сделаю, это отправлюсь в библиотеку города, искать знания.
Или не первое. Камни получит старик, а Орзуф будет тратить их? Если кто-то из семьи Ян действительно приглядывает за мной, то его насторожат траты, на которые у меня…
Э нет. Остановил я сам себя. Это та же самая проблема и у неё то же самое решение.
У Орзуфа ещё со времён Штормового Плоскогорья
