письмо для Бальтеров. Если тебя остановят, скажешь, что ты иномирянка, прибывшая для работы у господина Орса Бальтера. Твоё прибытие на спецпоезде связано с необходимостью как можно скорее подготовить их дочь к императорскому смотру. Практически всё, связанное с императором сразу отбивает местным, особенно госслужащим, критическое мышление. Поэтому останавливать тебя не будут.
— А что насчет тебя? — запоздало спохватилась я. — Вдруг в отсутствие меня Дайрис, едва отмывшись, решит сорваться на тебе.
— Не решит. Хороших смотрителей гарема нынче сложно найти. А у него слишком много женщин, чтобы можно было надолго оставить их без присмотра. Да и как привяжет меня ко всему этому… Курти пусть сидит в твоем безразмерном чемодане. Но после прибытия в усадьбу Бальтеров, тебе лучше выпустить ее в лесу, он прилегает к территории. Ей там будет комфортно, лесники опять же приятно удивятся новой особи в своих угодьях. Охотиться на них запрещено, так что всё у неё будет хорошо.
— Я подумаю. Курт — весьма свободолюбивая особа, она всегда сама принимает решения.
— Врачи, скорее всего, уже определили причину глубокого сна и … других физиологических явлений, произошедших с нашим господином. Убедились, что его жизни ничего не угрожает, и разбежались по углам. Оказаться с ним рядом после пробуждения никому не хочется. Все сделают вид, что ничего не видели. И будут делать его так старательно, что даже косого взгляда или шепотка себе не позволят. Сейчас тебе лучше поспать. Есть несколько часов. Потом я тебя приодену, нанесу немного макияжа. Бледность твоя уж слишком в глаза бросается. И да — в порту сразу поднимайся на двадцатый этаж на прозрачном лифте. Там будет платформа, садишься на малую «комету» и едешь до станции «Усадьба Бальтеров». Там сориентируешься, не маленькая.
…
Лучше бы я не ложилась спать. Сначала я пару часов не могла уснуть. Потом пришли Курти и Догусик, и своими немаленькими тушками сместили мою с узкой полки. Дискриминация какая-то. У Дайриса вон какой богатый диван. Там четверо могут уместиться с комфортом. А женский вагон рассчитан на тростинок. Не любишь ты пышных девушек, посол. Ну вот, сейчас и сам похудеешь немного. Сможешь потом рекламировать средство для сброса веса. Принимаешь, засыпаешь, расслабляешься и теряешь вес всю ночь. В инструкции уточнить, что необходимо использовать подгузники и одноразовые простыни для надежности.
Когда Шерит бесцеремонно потряс меня за плечо, я кое-как открыла один глаз. Он уже переоделся в серебристый велюровый спортивный костюм и даже подправил макияж. Всё успевает.
— Спасибо! Может быть, как-нибудь мы с тобой выпьем по коктейлю в моем любимом баре. Свожу тебя на мужской стриптиз, — я порывисто обняла Шерита.
Странно, какими отзывчивыми и бескорыстными могут быть люди. Живя в большом городе и работая в токсичном коллективе, я уже совсем от этого отвыкла. Надо будет купить моему новому другу самый дорогой набор палеток и всяких румяшек-сияшек в «Серебряной груше» — это самая крупная на нашей планете сеть магазинов парфюмерии и косметики. Я обязательно доберусь домой. И отправлю ему подарок космопочтой. Интересно, а увидимся ли мы снова?
Не сказала бы, что мой побег с поезда прошел без сучка и без задоринки. Скорее, там было и то, и другое.
На Мирае космопорт находился под землёй и был раза в два меньше нашего, но отъезжающих-приезжающих тут было, наверное, столько же.
Правила движения в толпе я знала отлично. Правда, они работали, если все остальные тоже их соблюдали. А тут, то ли были свои правила, то ли царила полная анархия. Я склонялась ко второму. Особенно когда меня после пары столкновений с крупными господами относило в разные стороны. Я решила, что надо выбрать себе такого человека-стену и пристроилась в хвост к широкому господину в черной мантии. Я была в своем плаще, так что мы смотрелись, как одна команда.
Это позволило мне избежать встречи с местными блюстителями порядка, которые сновали тут и там, периодически выхватывая какого-нибудь не очень удачливого пассажира и устраивая ему тотальную проверку.
У эскалатора я стояла пару секунд в изумлении. Конца ему не было видно. Похоже, они тут выкапывают метро где-то примерно ниже земного ядра.
Когда, наконец, оказалась в маленькой «комете», то выдохнула с некоторым облегчением. Наземные «кометы» — это по сути те же поезда, только предназначенные для перемещения внутри планеты, не имеющие специального защитного покрытия на корпусе. Вагоны напоминали те, что курсируют в нашем метро, только у нас беспилотные составы.
Похоже, это было популярное направление. Настолько популярное, что я уже приготовилась ехать стоя. Но народ как-то неожиданно компактно распределился по сидячим местам. Я села возле прохода, тут же рядом материализовался контролёр в серебристом пиджаке и брюках.
— Леди, вы едете одна? А где ваш сопровождающий?
Вроде бы вежливо, но какая-то покровительственная интонация. Ещё бы спросил: «Девочка, ты потерялась?».
— Я …эээ… Бальтер. Усадьба… Гувернантка.
Капор, который дал мне Шерит, с непривычки забился мне в рот.
Сейчас примет за умственно-отсталую и отправит в местную клинику для умалишённых. И я отсюда вообще никогда не выберусь.
Решила, что лучше за меня скажет рекомендательное письмо и решительно сунула мужчине в нос. Он внимательно прочёл, кивнул каким-то своим мыслям и сказал:
— «Усадьба Бальтеров» — это конечная станция, вы её не пропустите, судя по вашему акценту, вы иномирянка. Надеюсь, вы знаете наши законы и будете неукоснительно им следовать. Постарайтесь без необходимости не перемещаться по поезду и не общаться с другими пассажирами.
Я с готовностью вжалась в кресло и попыталась изобразить полное слияние с ним. Вроде бы «серебристого» это удовлетворило.
Во время поездки я разглядывала других пассажиров. Старалась делать это незаметно. Кто знает, может, по нормам местного этикета тут принято выкалывать глаза излишне любопытным гражданам. Честно говоря, я уже ничему не удивлюсь.
Все женщины были максимально запакованы в накидки, плащи, платки, шарфы, капоры по типу моего, и какие-то совершенно странные разлетайки, закрывающие всё, кроме глаз, которым местные кутюрье, наверняка, дали звучные названия. Практически всех дам сопровождали мужчины. Некоторых сразу несколько, занимая кресла вокруг живого кокона, зыркая на проходящих мимо пассажиров мужского пола. Надеюсь, никому не придет в голову от скуки завести себе жену или наложницу прямо в поездке.
Названия станций объявляли по громкой связи, что было очень удобно. Кстати, они были какие-то очень романтичные и немного нелепые местами: «Сиреневая лагуна», «Томный горизонт», «Цветочный домик», «Ежевичная мечта». На «Лавандовом побережье» (хотя где там берег, я так и не разглядела) внезапно всё живое содержимое вагона рассосалось. Осталась
