электронной почте. Наконец-то соизволили прислать данные по зарплатам сотрудников, которые он запросил на той неделе. Пробежавшись глазами по цифрам, Попов нахмурился и взял телефон.
– Света, доброе утро, – серьезно произнес мужчина, – спасибо за данные, но они точно верны?
– Конечно. Это все выгрузили утром.
– Ладно, спасибо.
Дмитрий распечатал документы и снова задумчиво просмотрел показатели. Задумался и в голове тут же появились нехорошие догадки. Созвонившись с прямым начальником, отправился наверх, в круглый зал, как его называли в компании, представлявший собой зону в форме полукруга, обставленную дорого и со вкусом. Элитное место, где сидела дирекция. Именно здесь располагался кабинет его руководителя. Поздоровавшись с секретарем, Попов быстро вошел в черную дверь. Босс попивал утренний кофе. Просторный, чересчур светлый, кабинет слепил глаза, Дмитрий терпеть не мог офисы в стиле минимализма.
– Дима, доброе утро! – мужчина выглядел добродушным, хотя после интервью вызывал смешанные чувства.
– Доброе. У меня вопрос, Евгений Станиславович. Решил я недавно по своим пробежаться и немного удивился, мягко говоря. Отдел очень неравномерный, норму выполняют далеко не все.
– Увы, хорошего аналитика найти сложно. Для этого я тебя и нанял.
– Но он у вас есть, – сказал Попов, – правда, недооценен.
– Ты присаживайся, – в голосе начальника послышалось раздражение.
– Постою, – отрезал Дмитрий.
Он прекрасно знал, что разговор о деньгах не может быть простым. Руководство никогда не станет делиться с сотрудниками просто так. Но этот случай казался вопиющим. И Попов не мог стоять в стороне.
– И этот сотрудник получает меньше тех, кто ни черта не делает, – молодой босс стремительно терял контроль, хотя это ему не было свойственно.
Дмитрия искренне возмутило, что его милый старший менеджер, работая сверхурочно, получает такую мизерную ставку. Теперь ясно, почему она катается на общественном транспорте.
– Дмитрий Сергеевич, – Евгений Станиславович старался придать голосу жесткости, но получалось из рук вон плохо, – остынь. Обсудим этот вопрос чуть позже.
– Нет, – а вот у Попова получилось выглядеть жестче, – я хочу, чтобы Агафоновой повысили оклад. В бюджете есть средства.
– У нас указание сверху – экономить. Вы здесь совсем недавно и…
– Она работает до ночи! – прошипел Попов, опершись ладонями на дорогой лакированный стол, – вы шутите? А вот кое-кому я бы его понизил.
Лысый босс машинально отодвинулся, словно испугавшись Дмитрия. Но тот лишь сверлил его взглядом.
– Я уже молчу, что с дисциплиной явные проблемы, но Соня нуждается в материальном поощрении. А ряд сотрудников нужно заменить на более продуктивных и обученных.
– О ком речь? – испуганно спросил Евгений Станиславович.
– Левашов, – вздохнул Попов, – показатели его работы самые низкие. Если вы хотите повысить…
– Левашова нельзя, – отрезал лысый, – он свой.
– В смысле?
– В смысле Витя Левашов – сын директора по персоналу. Вы думали, они однофамильцы?
– Агафоновой нужно повысить оклад, – еще жестче произнес Попов, – и мне нужны средства. Она все время работает, остается сверхурочно, приходит раньше всех. На своих плечах тащит все направления.
– Она никогда не просила повышения. Я думал, ее всё устраивает, – ехидно пропищал Евгений Станиславович, – то есть, ко мне не подходила, а к Вам сразу побежала?
Дмитрию захотелось схватить начальника за блестящую лысину и впечатать лицом в стол.
– Слепым нужно быть, чтобы не заметить. Она в отделе уже шесть лет. Сколько раз ей индексировали оклад?
Попов понимал, что его несет, но не мог сдерживаться. Его искренне возмущало, что долгие годы отдел катался на плечах его старшего менеджера. Этот лысый Евгений Станиславович добился повышения лишь благодаря ее усердной работе. И даже не предложил никаких вариантов. Это сводило с ума. Попов хотел защитить девушку, чего бы ему это не стоило.
– Я не знаю… – потупился лысый, – ладно, я что-нибудь придумаю.
– Еще кое-что, – сурово сказал Дмитрий, – за Левашова я возьмусь. Вы меня простите, но он тянет мой отдел вниз. На собеседовании Вы озвучивали, что хотите поднять показатели. Но при этом держите блатных, которые что, неприкосновенны? Если Агафонова вдруг надумает уволиться, все рухнет. Она мне нужна, а вот Левашов – нет.
Евгений Станиславович вздохнул. Он явно не ожидал от молодого подчиненного такого рвения. Однако Попов ему нравился. Напоминал его самого в молодости. Такой же боевой, жаждущий вселенской справедливости.
– Аккуратнее с ним, – сказал лысый босс, – в тихом омуте. Если хочешь избавиться от Левашова, лучше хорошенько все продумать. Его отец – царь и бог в этой компании. Как думаешь, увольнение сына добавит очков? Плюс у самого в семье проблемы, как я понял? Уверен, что из-за Агафоновой готов поставить все на кон? Ответь на все эти вопросы, тогда приходи, будем решать.
Возвращаясь к себе в кабинет, Дмитрий все равно был доволен. Несмотря на сложности, удалось хоть как-то помочь милому старшему менеджеру. В голове зрел план, как вытащить девушку из болота. Вернувшись в кабинет, он открыл полученное в пятницу приглашение на тренинг по управлению персоналом. Нажав «ответить», создал запрос на добавление еще одного участника.
Дмитрий знал, как такие тренинги проходят. Там они с Соней смогут побыть вместе хоть немного. За дальним столом. Босс уже предвкушал, как запустит свои шаловливые пальцы между ее ножек, доведет до исступления, заставит краснеть. И как девушка будет сдерживать сладкие стоны. В обед Соню в столовой не увидел, и оставшуюся часть рабочего дня провел на нескольких бесполезных совещаниях. На одном из них присутствовал тот самый Левашов, сын которого просто так сидит на окладе, в два раза превышающем зарплаты тех, кто действительно работает. Попов внимательно следил за поведением этого человека.
Директор по персоналу очевидно был в себе полностью уверен, вел себя властно и беспардонно. Если Дмитрий думает турнуть его сыночка из своего отдела, придется здорово постараться. При этом Соня пострадать не должна. Евгений прав, нужно быть аккуратнее, ведь Попов прекрасно знал, что именно Виктор Левашов застукал их в четверг, когда она заболела. Черт. Складывается все отвратительно. Но отступать он не намерен.
За час до окончания рабочего дня Дмитрий принял решение завязывать с Александрой. Раз за разом прокручивая в голове ее поведение, осознавал, что не желает продолжения. Но совесть заставляла все-таки пообщаться
