Нокс внутренне вздрогнул, как от пощечины.
«Вот этому я верю».
— Хорошо, представим на минуту, что он состоял в «Тройной шестерке» и решил оттуда уйти. И что? Его не отпускали?
— У Оливера были жена и дочь. Он говорил, что их давно нет в живых.
Нокс забарабанил пальцами по рулевому колесу.
— Полагаете, их убили те, кто за ним охотился?
— Не знаю. Возможно.
Нокс оставил баранку в покое и вперился взглядом в поток машин на Пенсильвания-авеню, машинально подумав о своих детях. Не исключено, что сын в Ираке сейчас находится в большей безопасности, чем дочь в Вашингтоне. Это была жестокая, ошеломляющая мысль.
— У вас есть семья? — послышался голос Аннабель.
Вместо ответа Нокс резко спросил:
— Что еще вы можете рассказать? Например, о последних днях, что вы его видели? Есть какие-нибудь соображения, куда он мог подеваться?
— Если он и убил Грея и Симпсона, то они это заслужили.
— Я спрашивал совсем о другом; подобные речи, между прочим, могут и до тюрьмы довести.
— Я обязана Оливеру жизнью.
— Вы, но не я.
— Значит, если вы его отыщете, то убьете?
— Я федеральный служащий, а не наемный убийца.
— Вы ручаетесь, что если задержите Оливера, его будут судить в установленном законом порядке?
Нокс на секунду замялся.
— Это не в моей компетенции. Многое будет зависеть от него самого. В конце концов, мы говорим об убийце, мисс Хантер.
— Вовсе нет. Мы говорим о моем друге, на долю которого выпали нечеловеческие страдания. Я знаю его. Знаю, что он за человек. Способен он на крайние меры? Бесспорно. Но является ли он хладнокровным убийцей? Ни в коем случае.
— Моя информация свидетельствует об обратном.
— Значит, у вас ложная информация.
— Откуда такая уверенность?
— От сердца.
— От сердца? И только?
— Конечно. От того самого сердца, которое подсказывает мне, что у вас душа не лежит к этой работе. Что у вас есть семья и вы ждете не дождетесь отставки. Что вас втравили в дерьмо и вы пока не поняли, кто там держит вас за дурака.
Только благодаря железным нервам Нокс сохранил самообладание, услышав убийственно верные догадки.
— Если вам нечего больше добавить, я отвезу вас назад.
— Значит, я все-таки нажила неприятности?
— В свое время узнаете.
Когда она уже выходила из машины, Нокс сказал:
— С такими способностями, мисс Хантер, следует жить с большой оглядкой.
И уехал.
Аннабель лишь плотнее запахнула пальто, глядя, как мимо проехал внедорожник Рубена и пристроился за Джо Ноксом.
Охота на старого лиса началась.
Еще через минуту у тротуара притормозил «шевроле» с прогоревшим глушителем. За рулем был Калеб. Аннабель села к нему, и они направились в противоположную сторону.
ГЛАВА 28
Ориентируясь на крики, Стоун свернул на дорожку шириной не более автомобильной колеи. В темноте виднелся трейлер — дом-прицеп, который уже не был передвижным, поскольку стоял на шлакобетонных блоках. Остовы старых легковушек и пикапов, как скелеты павших воинов на поле древнего сражения, мелькали по сторонам, пока Стоун бежал к трейлеру. Фургончик был обит виниловым сайдингом, кое-где уже оторванным, а ступени лесенки перед входной дверью чернели, как секция железнодорожного полотна.
Услышав очередной вопль, Стоун одним прыжком вскочил на верхнюю площадку и заколотил по запертой двери.
— Эй, вам нужна помощь?
Он вдруг подумал, что безумные вопли могли раздаваться из включенного на полную громкость телевизора.
Через минуту дверь распахнулась. В проеме, согнувшись, стоял старик, дрожа всем телом, будто в приступе болезни Паркинсона.
— Что случилось?
В следующую секунду и Стоуна, и старика отбросило в сторону. Неожиданно появившийся из трейлера юноша пулей вылетел на улицу, шлепнулся, вскочил и без оглядки рванул дальше. Еле устоявший на ногах Стоун с удивлением посмотрел ему вслед.
Парень был совершенно голый. Он резко остановился у останков одной из машин, застонал и рухнул на землю, корчась, как пораженный электрошоком.
Старик вцепился Стоуну в руку.
— Помогите ему, прошу вас!
— Что с ним?
— Он проглотил ДДТ. У него была ломка. Ополоумел. Стал срывать одежду, громить все подряд…
Стоун подбежал к упавшему. Закатив глаза, парень судорожно дышал. Кожа на ощупь была влажной и холодной.
Стоун крикнул через плечо:
— Вызывайте «скорую».
— У нас их нет.
— Больница где?
— В часе езды.
— А врач поблизости?.. — Стоун пытался удержать бьющееся в судорогах тело.
— Док Уорнер. На другом конце города.
— У вас есть машина?
— Вон тот пикап. — Старик указал на старый побитый «додж». — Он оклемается?
— Не знаю. Вы ему кто?
— Дед. Заехал проведать, как он. Тут и началось…
— Сможем перенести его в машину?
Вдвоем они подняли и перенесли молодого человека в машину. Стоун укрыл его одеялом. Деда все еще колотило, поэтому за руль сел Стоун, и они поехали к врачу. Старик показывал дорогу.
— Как зовут вашего внука?
— Вилли Кумс. А я Боб Кумс.
— Где его родители?
— Мой сын — его отец — погиб. А невестка — что она есть, что ее нет…
Стоун взглянул в зеркало на Вилли. Тот перестал вскрикивать и метаться и лежал теперь совершенно тихо. Протянув назад руку, Стоун нащупал пульс и резко нажал на тормоз. Схватив с торпеды ручной фонарик, посветил парню в лицо. Зрачки были сужены.
— Ч-черт!
— Что такое?
— У него не ломка. У него передоз. Сердце не выдержало.
Стоун выволок Вилли из машины, уложил на обочину и начал непрямой массаж сердца. Проверил пульс и, продолжая делать массаж, безнадежно огляделся. Кругом был только лес — и ни одного, даже отдаленного огонька.
— Ну же, Вилли, давай! Не вздумай здесь умирать! Дыши!
Стоун снова пощупал пульс.
Боб Кумс смотрел на него.
— Получилось?
— Нет. У нас есть максимум минута, пока мозг еще жив.
Стоун подскочил к пикапу и поднял капот. Одного аккумулятора не хватит, но можно помочь ему двигателем. Он бросился к кузову и стал быстро перекидывать лежащее там барахло. На ощупь нашел комплект проводов с зажимами, изоленту и гвоздь.
Обернувшись, он увидел тревожный взгляд Боба.
— Что ты собрался делать?
— Попробую запустить ему сердце.
Стоун подключил провода с зажимами к клеммам аккумулятора. Затем выдернул провод, идущий от крышки распределителя к свече зажигания, вставил в контакт гвоздь и прихватил его изолентой. К гвоздю подвел плюс, а отрицательную клемму аккумулятора заземлил на кожух двигателя. Затем упал на колени рядом с Вилли и зажимы проводов надел ему на пальцы левой и правой руки.
— Боб, заводи мотор!
— Ты ж его поджаришь!
— У нас нет времени. Делай, что говорят! Ну! Или он умрет.
Боб вскочил в кабину.
Юноша начал синеть. Оставались считанные секунды.
Стоун однажды проделал это во Вьетнаме с товарищем-солдатом, у которого остановилось сердце после попадания крупнокалиберной пули. Стоун сумел запустить его сердце, но парень умер от потери крови по пути в полевой госпиталь.
Заработал двигатель.
— Газу! — крикнул Стоун.
Боб вдавил педаль в пол. Двигатель взревел.
Даже не притрагиваясь к Вилли, Стоун чувствовал пульсацию электрического тока. Эффект превзошел ожидания.
Руки и ноги парня подбросило вверх, и Вилли сделал глубокий вдох. Потом сел и тут же завалился на спину, кашляя и задыхаясь.
— Глуши!
Боб выключил зажигание. Остался лишь один сверхъестественный звук: мертвец дышал.
Отсоединив провода, Стоун проверил пульс — достаточно сильный и устойчивый.
Вновь погрузив парня в машину, Стоун поставил провода на место и прыгнул за руль. Через пять минут они подъехали к дому доктора Уорнера и занесли Вилли внутрь. Врач спросил, какие действия были предприняты, затем взялся за Вилли.
Стоун не таким представлял себе сельского врача, каким оказался док Уорнер: около сорока, аккуратно подстрижен и гладко выбрит; внимательные умные глаза за стеклами очков в тонкой металлической оправе. Он сделал Вилли укол и кому-то позвонил.
— Инъекция на некоторое время стабилизирует его состояние, но пострадавшего нужно как можно скорее доставить в больницу. Я уже созвонился с ними и поеду за вами на своей машине.
Стоун кивнул.
— А если сердце опять остановится? Не хотелось бы еще раз полагаться на двигатель.
Уорнер отпер шкаф и достал портативный дефибриллятор.
— В случае рецидива съезжайте на обочину.
Когда они снова укладывали Вилли в пикап, врач сказал:
— Вы спасли ему жизнь.
Боб положил руку Стоуну на плечо.
— Даже и не знаю, как вас благодарить, мистер…
