Именно Дваин был главным официальным советником молодой правительницы, которая очень уважала его мнение и обращалась к седому рыцарю по всем важным вопросам, от торговли до строительства.
В Сирше он вообще души не чаял, ведь девушка буквально выросла на его глазах — барон научил её стрелять из лука и пользоваться оружием. Так что, когда камеристка прошла через большие двери, открытые слугой, в холл роскошного поместья, её сразу узнала экономка:
— Леди Торнвильд, какой сюрприз! Господин будет так рад вашему посещению! — полная женщина радостно всплеснула руками. — Сейчас же поспешу накрыть к чаю.
— Можете не утруждаться, Агнес… — но та уже скрылась в направлении кухни.
Сирша вздохнула и улыбнулась сама себе. Сэр Дваин пару лет как стал вдовцом и в конец превратился бы в затворника, если бы Агнес не заставляла его выходить в свет и принимать гостей.
Слуга проводил девушку в библиотеку, где можно было найти пожилого господина в послеобеденные часы.
Завидев гостью, барон немедленно поднялся, и его пенсне радостно блеснуло.
— Решила навестить старика?
Они расцеловались.
— Присаживайся, — Дваин снова опустился в удобное кресло и указал на место напротив. Затем, повернувшись, кивнул слуге: — Нам бы чаю.
Тот поспешно удалился.
— Ну, что заставило тебя посетить наше скромное поместье? — в усах рыцаря затаилась лукавая улыбка. — Неужели позабыла, как натягивать тетиву?
— Вы слишком хороший учитель, чтобы ваши уроки могли выветриться из памяти, барон.
Его лицо излучало самодовольство.
Хотя Дваин уже давно отметил пятый десяток, он оставался довольно крепок. Барон следил за собой и даже дома всегда был гладко причёсан, завит и надушен. Сирша знала, что он не бросает тренировки и ежедневно совершает послеобеденные прогулки. Вот и сейчас, сидя в глубоком кресле красного бархата и сохраняя военную выправку, Дваин всем своим видом демонстрировал силу и уверенность.
И все же эта напускная независимость её не обманула. Девушка хорошо понимала, как тяжело приходится старому другу после потери самого близкого ему человека. Она чувствовала вину, ведь так давно не заглядывала. У старика осталось не так много радостей, стоило навещать его не только по рабочим вопросам… «Ещё и явилась с плохими вестями», Сирша скривилась, крайне недовольная собой.
Выражение её лица не осталось незамеченным:
— Так что же, дорогая? Выглядишь поникшей.
— Видите ли, сэр, — она вздохнула и поёрзала в кресле. — Я по поручению королевы. К сожалению, новости не самые радостные…
В библиотеку вошла Агнес, неся большой поднос с чайником и сладостями.
— Как вовремя повар решил приготовить пирог! Словно чувствовал, что будут гости, — воркуя, она расставляла на столе посуду, сдвинув книги. — Жасминовый чай, леди, как вы любите. Я ещё не так стара, чтобы забыть о ваших предпочтениях, — Сирша благодарно улыбнулась, принимая у женщины чашку. — Хотите, чтобы я принесла вам трубку, сэр?
Увидев, каким напряжённым было лицо барона, Агнес слегка побледнела:
— Прошу извинить, я, кажется, помешала… — экономка забрала поднос и поспешила удалиться.
— Что ж, — Дваин отхлебнул чаю, придерживая блюдце, и вопросительно поднял брови.
— Да… — девушка нерешительно водила пальцем по ободку чашки. — Наши соседи… Есть все основания полагать, что король Ансгар готовит нападение на Крэннест.
Между бровями рыцаря пролегла глубокая морщина.
— Когда?
— Осталось чуть меньше шести недель.
Дваин глубоко задумался.
— Причина известна?
— Отказ королевы стать его супругой.
— Понятно…
Мужчина поднялся и, сложив руки за спиной в характерном жесте, встал у высокого, почти в полный человеческий рост, окна. Он смотрел на море, с которого чуть больше, чем через месяц, на их земли начнут высаживаться вражеские корабли.
Со смерти короля Гваэда, действительно любившего применять силу даже там, где обстоятельства того не требовали, сэр Дваин не участвовал ни в каких сражениях. Правление юной госпожи было мирным, все конфликты она обычно решала своими силами: хитростью и смекалкой, как в шахматах, мудро распоряжаясь имеющимися ресурсами. Старый рыцарь очень уважал её за это — он не любил сражений. Но теперь, после смерти любимой жены, Дваин был готов тряхнуть стариной и, если потребуется, умереть за эту молодую светловолосую женщину, так много сделавшую для благополучия королевства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не думал я, что доживу до полномасштабной войны, — признался он спокойно, даже не повернув головы. — Я соберу воинов и начну подготовку. Надеюсь, они не позабыли, где лежат доспехи…
Сирша закивала, прежде чем вспомнила, что он не может этого видеть.
— Сэр, ещё кое-что… — девушка замялась. — У госпожи есть претендент на командование войском. Он хорошо знает противника, и мог бы помочь с тактикой…
Дваин обернулся и пожал плечами:
— Ты знаешь, где мы обычно тренируемся. Пусть приходит.
— Тогда, пожалуй, стоит начать прямо сейчас? — она тоже встала и, шагнув навстречу, поцеловала его руку.
— Да, — рыцарь по-отцовски тепло ей улыбнулся. — Был рад повидаться. Приводи своего кандидата, — глаза его были необычайно серьёзны.
После ухода молодой леди Агнес вернулась в библиотеку, чтобы забрать посуду. Господин тоже ушёл, сказав, что ему нужно навестить пару знакомых. Экономка забеспокоилась, ведь Дваин не покидал поместье без крайней необходимости. Войдя в комнату, она нашла все угощения нетронутыми.
Вечером того же дня тридцать рыцарей явились на тренировочный полигон, чтобы выслушать своего командира. Для всех грядущее нападение Ниметона стало сюрпризом: предполагалось, что войну может начать кто-то из северных соседей, но никак не островитяне.
Сразу посыпались вопросы:
— А в чём причина?
— Это достоверная информация?
— Кто принёс новости?
Дваин подождал, пока волнения утихнут, и стал отвечать на всё по очереди:
— Вести прямиком из королевского замка, так что сомневаться в них не приходится, — он поднял руку в предупреждающем жесте. — Причина невероятно банальна и этим ещё больше опускает противника в наших глазах…
— Так что за причина? — раздалось из толпы.
Дваин вздохнул. «Эта молодежь с ума меня сведёт».
— Король Ансгар возжелал взять нашу госпожу в жёны, а она, как и ожидалось, ему отказала.
— То есть всё королевство подвергается опасности из-за нежелания строптивой девки.
На плацу воцарилась пугающая тишина. Все смотрели на дюжего рыжего воина, скрестившего руки на груди и гордо взирающего на толпу. Судя по виду, парень нисколько не стыдился сказанных слов.
Глаза его командира недобро сверкнули.
— Если ещё есть те, кто считает, что Альвильда должна выйти замуж против воли, чтобы Ниметону без боя достались наши земли, может сразу уйти отсюда, — он указал рукой на ворота.
Воины начали переглядываться, а лицо рыжего верзилы пошло пятнами: о таком раскладе он как-то не догадался.
— Так-то лучше, — удовлетворённо кивнул Дваин, когда все рыцари остались на своих местах. — До вторжения шесть недель, так что начинаем тренировки с завтрашнего дня. Через неделю я отберу лучших из вас и поставлю начальствовать над новобранцами. Нам нужно больше солдат…
Никто не знал, как много воинов удастся переплавить Ансгару по морю, и эта неизвестность пугала.
***
Прошла неделя, и Дваин попроси королеву выступить с обращением к народу, чтобы у него была официальная причина набирать солдат.
Жители столицы собрались на площади перед дворцом, когда Альвильда вышла на балкон напротив тронного зала в одном из своих самых скромных платьев. Воцарилась полная тишина, все в предвкушении ждали её слов. Королева вздохнула.
— Дорогие мои подданные! — она развела руки в приветственном жесте. Толпа зашумела в ответ. — Ниметон, наши островные соседи, готовят вооруженный визит. Это случится на Юханнус.
Тишина на площади стала гробовой.
