От всех этих событий сильнее всего страдали две вещи: психика дворцовых слуг и обстановка дворца. Волшебники совсем не щадили мебель, стены и предметы интерьера, между которыми выясняли отношения.
Такого поведения им, разумеется, не простили. Так что в итоге стража избила дебоширов древками копий и выбросила за порог в бессознательном состоянии.
Компаньонов вообще много где любили.
Глава 8
Уважаемые читатели и читательницы! Сегодня глава без корректировки, корректор в поездке. Со следующей главой обновлю текст.
– Не люблю я этих историков! – Рей угрюмо смотрел на двери университета. Выглядел громила хуже обычного. Всю голову украшали желтушные пятна давних кровоподтеков. А во рту не хватало двух зубов, охрана дворца постаралась на славу.
– Просто вы невежда и не любите историю! – Ричард выглядел не лучше. Нет, он хотел было застрелиться, но Салех так это обставил что Гринривер решил показать характер. Потому левый глаз, не смотря на всю лечебную алхимию, все еще украшал кровоподтек, а во рту не хватало доброй трети зубов. Но это все ерунда. Рей приятелю зашил рассечение кривой иглой, которую добыл в походной аптечке. Вышло надежно, но лицо Ричарда форменно перекосило, так натянулась кожа у него на лице.
– Ты мне лапшу на уши не вешай, твой графейшество! Я историю люблю, и даже изучаю где-то. Я историков не люблю. Вот какой нормальный человек пойдет на историка учиться? – Рей потрогал языком лунку от зуба и уловил там сразу два острых кончика. На месте выбитого зуба уже росло два новых. Этот факт давал ответ на вопрос, откуда у Салеха такая жуткая пасть.
– Тогда я желаю услышать причину. Я не припомню, когда ы вы проявляли подобную неприязнь по отношению к целой профессии. – Ричард с интересом взглянул на приятеля, улыбнулся, а потом скривился. Лицо болело.
– Ричард, они все там ебанутые! Просто наглухо! Ты думаешь, я чего тебя так спокойно воспринимаю? Я служил в взводе охраны у одних таких… историков! – Последнее слово Салех форменно прорычал. – Эти замечательные… персонажи, при мне как-то изучали эту историю, знаешь, как это происходит, нет?
– Чувствую, тут кроется замечательная история!
– Ага, ухохочешься! Бродят значит эти твои историки по некрополю, и духов допрашивают. А те кричат, жутко. И пленники тоже кричат, которых они на корм духам промучивают. Потом они пару духов… сложно там слово, инкапсулируют! Во. И значица они самых духом интересных им инкапсулируют. А потом поднимают они весь акрополь, все ценное вывозят а потом отправляют мертвяков воевать.
– Хм… Забавно, я всегда считал археологов эдакими чудаками не от мира сего, которые могут месяцами изучать старые черепки. – Гринривер скривился в очередной раз и тихо охнул.
Молодой человек извлек из кармана бутылек темного стекла. Он вынул из него пробку, и набрал оттуда белого порошка с помощью небольшой серебряной ложки. После чего поднес ложку к носу и сделал глубокий вздох. Замер. Спустя десяток секунд его лицо разладилось и с него ушла гримаса боли.
– Вечно ты, Ричард ерундой какой-то занимаешься. – Рей неодобрительно покачал головой. – Ты же можешь боль блокировать.
– Как вы верно выразили свою мысль, парой часов ранее, нужно знать свое тело. Это не спортивно. К тому же это вещество не только снимает боль, но и стимулирует мышление! – Ричард помахал бутыльком как заправской коммивояжёр.
– А еще делает тебя агрессивным уродом без жалости и с манией величия. – Салех встретил взгляд, полный иронии.
– То есть в моем случае, просто снимает боль и обостряет мышление? – Ричард счастливо улыбнулся. Его зрачки заняли всю радужку. – Угощайтесь, Рей.
Салех посмотрел на приятеля, потом на бутылочку, снова на приятеля. Протянул руку.
– И сколько его значит надо? – Рей получил в руки еще и ложку.
– На ваш вес… Три моих порции.
Салех принял наркотик, а потом извлек из кармана флягу и присосался к ней.
– Ух… Хорошо. Будешь?
Теперь уже взгляд Ричарда выражал скепсис.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Вы настолько не любите историков?
– А за что их любить? Нет, ну ты скажи, может ли нормальный человек пойти на смерть сразу после окончания учебы чтобы его взяли на работу? Нет, я понимаю, когда сильный маг становится нежитью, или там, когда идут на жертву ради какой-то цели! Но ради работы! Уроды они там все.
– Ладно, допустим… – Ричард взял флагу и сделал глоток. – Что там у вас? Растворитель алхимический? – Закончил он сиплым голосом.
– Зашло? – Салех был доволен.
– Мозги как орудийным шомполом прочистили. – Ричард осторожно разгонялся.
– Ты верно вкус различил, это растворитель, я взял его как основу. Настойку на гусеницах сделал. Сизые капельницы. Между прочим, серебрушка за унцию стоит это пойло. – Салех довольно фыркнул.
– Даже спрашивать не буду какой они эффект дают! – Ричард решительно пошел в сторону входа в трехэтажное здание из красного кирпича.
– А почему не будешь? – Удивился громила.
– В бытии бессмертным есть определенные преимущества. Например, можно принять неизвестное вещество и с интересом изучать его эффекты. Даже если это яд. – Ричард остановился в отдалении. – Мистер Салех, теперь, я думаю вы готовы пережить наше общение с учеными мертвяками?
– Я то готов… А вот они…
– Мистер Салех, я вам запрещаю убивать местных обитателей. В конце концов это такие же подданые империи, как и мы! И делают важное дело! И вообще, нас тоже никто не любит, но нас за это не убивают!
– Потому что не могут. Давай уж на чистоту. – хмуро буркнул Рей.
– Мистер Салех, не льстите себе. От опытного охотника с артефактной винтовкой мало что убережет. Хотели бы вас убить, и мало что бы этому факту помешало. Я если что, про местных жителей и власти страны. – Гринривер терпеливо уговаривал приятеля.
– Черт с тобой. Но лучше бы ты меня тут оставил, от греха, как говорится…
– Сохраняйте самообладание, мистер Салех, и постарайтесь не реагировать эмоционально. Тогда все будет хорошо! – Ричард был абсолютно спокоен.
Рей лишь тяжело вздохнул и пошел за компаньоном.
Через пару минут они пересекли порог задания. Табличка слева от входа извещала всех желающих о том, что за дверью располагается кафедра истории факультета некромантии.
– Ричард, угомонись! Нам нельзя убивать государственных мертвяков! Они тоже служат империи! – Рей дежраж приятеля за ворот пиджака и старался не дать ему добраться до искуссно мумифицированного трепака, который последние пол часа монотонно объяснял приятелям, почему они не могут пройти на кафедру истории, что пропускной режим надо соблюдать свято и сотрудники работают с делами, что представляют собой государственную тайну. Личности визитеров его не сильно впечатлили.
Короче, Ричарду вышло обидно, а так как неизвестная настойка и стимулятор дружно огрели молодого человека по мозгам, и потому он решил вахтера просто-напросто убить.
– Мистер Салех, пустите меня, я заплачу любой штраф, я долен грохнуть этого урода! Он мне неприятен! Я требую мести! – Вопил Ричард как оглашенный, но салез держал крепко и вырваться молодой человек никак не мог.
– Так, ну, это… Короче нам надо пройти по делу государственной важности! Это архиважно!
– Предъявите пропуск или верительные грамоты. Без этих документов… – Попытаться уговорить мертвяка – задача сравнимая с таковым действием по отношению к камню. Разница, конечно, будет в том, что камень не разговаривает, в отличие от мертвеца. Но итог всегда один будет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Рей решил припугнуть собеседника. Почему приятелям в голову не пришла простая мысль – сходить за чертовым пропуском, они бы и сами не смогли ответить.
Так что рей Салех, паладин светлой церкви, выпустил наружу свои паладинские силы, и на его коже проступил рисунок, который словно нанесли тонким лучом света. Его контуры светились.
– Вот, видишь? Наши документы. Мы можем пройти сюда. Уйти отсюда, да хоть улететь. Ты меня понимаешь, мертвяк? – Рей для надежности показал вахтеру кулак.
