– Он оказался просто убийцей, – спокойно ответил Вербин.
– Просто?
– В том смысле, что он – обыкновенный человек. Только зверь.
– Необычное поведение для зверя.
– Что ты имеешь в виду?
– Завалил кучу народа, а затем покончил с собой, – объяснил участковый. – Звери так не поступают.
Да, звери так не поступают. И те двое, которые были названы Кровососом и обвинены в убийствах, действительно имели к ним отношение. Прямое отношение. Но самый хитрый зверь остался в тени. Однако говорить об этом Феликс не мог – доказательства отсутствовали. А языком трепать он не любил.
– Там ведь даже летучие мыши были, – рассмеялся Сергей.
– Постановка, – вздохнул Вербин. – В ходе расследования ничего сверхъестественного обнаружено не было.
– А ты бы сказал?
– Почему нет? Дело ведь закрыто. – Они выпили по последней, и Феликс закурил. – Что у нас завтра?
– Встретимся у Шаманки, там на катер сядем и пойдём по Малому Морю в Большой Байкал.
– Ты этот поход никогда не забудешь, – пообещал Егор. И добавил: – Если погода будет.
– А в понедельник с утра – в Иркутск.
– Звучит неплохо, – рассмеялся Вербин. – Я имею в виду первую часть, конечно.
Потому что на Ольхоне хотелось быть и быть…
* * *
– Поверь – скучно не будет, – прощебетала Ангелина, с улыбкой разглядывая смущённую Свету. – Ребята у нас весёлые, заводные…
– В каком смысле? – насторожилась Света.
– Во всех, – не стала скрывать Ангелина. – Но ты ни о чём таком не думай, тут правила чёткие: не хочешь – как хочешь. Каин сказал, что всё только добровольно, а перечить Каину даже Шумахер не станет.
– Кто это – Каин?
– Наш лидер, он тут всем заправляет.
– Его сегодня не будет, но если останешься – познакомишься, – вступила в разговор Кристина. – Поверь, он классный.
– Ещё какой, – поддержала подругу Ангелина. И хихикнула, видимо, вспомнив что-то очень приятное.
Света же тяжело вздохнула.
В происходящем ей не нравилось приблизительно… всё, и девушка корила себя за то, что поддалась на уговоры Ляпы и согласилась явиться на этот косплей-карнавал-шабаш с совершенно незнакомыми людьми. Которые то и дело повторяли: «Только по желанию…», что тоже изрядно нервировало.
Если «только по желанию», то зачем это сто раз подчёркивать?
С другой стороны, участники действа вели себя сдержанно, скабрезных шуток или пошлых намёков не допускали, держались спокойно, дружелюбно, но чуть нетерпеливо, как люди, ожидающие начала чего-то весьма интересного и приятного. «Старых» участников оказалось шестеро: уже знакомые Свете Бочка и Шумахер, их девушки, во всяком случае, Света решила, что Ангелина и Кристина их девушки, и ещё одна пара – Игорь и Юля, которые сразу же присоединились к парням. А Свету взяли под опеку девушки.
Но если собравшиеся люди пока – пока! – производили приятное впечатление, то место, в котором предполагалось провести косплей-карнавал-шабаш, вызвало у Светы лёгкую оторопь. Оно находилось в подвале унылого пятиэтажного дома, затерявшегося среди себе подобных. Сначала отдельный вход преграждала самая обыкновенная, деревянная, обитая жестью дверь. За ней находился небольшой тамбур, и чтобы оказаться в помещении, требовалось пройти через следующую дверь – мощную, современную, с глазком и двумя непростыми замками.
И уже за ней находился зал.
«Для косплея? Да, какой, к чёрту, косплей?!»
И карнавал к чёрту – это был зал для шабашей, и точка. Всё выкрашено в чёрное: стены, пол, потолок… светильники продуманно тусклые, в помещении царит полумрак, хорошо освещена только дальняя стена, на которой нарисована пентаграмма с вписанной в неё головой козла. Над пентаграммой – козлиный череп, а под пентаграммой – плоский чёрный камень, видимо алтарь. Пол деревянный, сухой, в углу свалено несколько матрацев. И всюду человеческие черепа: лежат под пентаграммой, висят возле настенных светильников и смотрят пустыми глазницами на собирающихся участников действа.
Ждут.
Заглянув в зал, Света захотела немедленно уехать, но Ляпа оживлённо болтал с парнями, стоя рядом с алтарём, Ангелина с Кристиной увлекли разговором, и потому решила повременить. Оставалась в раздевалке, непонимающе наблюдая за тем, как продолжающие разговор девушки принялись снимать с себя одежду, и окончательно растерялась, когда Кристина протянула ей чёрный шёлковый балахон с капюшоном:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Надень. И не волнуйся, он чистый.
– Как надеть?
– Обычно его носят на голое тело. – К этому моменту Кристина осталась в одной лишь в футболке, и, отвечая на вопрос, сбросила её, продемонстрировав оторопевшей Свете «как». – Здесь расправляешь, здесь затягиваешь верёвочку, и ты готова к шабашу.
– И снимается легко, – хихикнула Ангелина. – А без балахона в зал нельзя.
– Но я… – Света судорожно подыскивала правильный ответ. – Я ведь гостья.
– Ну, надень на бельё, – подумав, предложила Кристина. – Только остальную одежду снимай, нельзя, чтобы торчали джинсы или кофта.
– А мужчины? – выдавила из себя Света.
– У них точно такие же балахоны. – Ангелина хихикнула. – И носят они их точно так же.
Дело принимало совсем неожиданный оборот. Света вновь выглянула в зал, тихо ойкнула, увидев, что находящиеся там ребята уже переоделись – даже Ляпа! – подумала и решила воспользоваться советом Кристины: сняла всё, кроме лифчика и трусиков, и натянула на себя балахон.
– Тебе идёт, – рассмеялась Ангелина, помогая новенькой расправить капюшон. – Настоящая красотка.
И быстро переглянулась с Кристиной.
///
– И много вас? – поинтересовался Ляпа, глядя на переодевающихся в углу Игоря и Юлю. Особенно на Юлю.
– Не очень, – спокойно ответил Бочка. – Мы, как ты понимаешь, не даём объявления в Интернете. Людей подбираем аккуратно. Точечно.
– А их как нашли?
– Случайно. – Стоящий рядом с Бочкой Шумахер широко улыбнулся. – Но они не столько верующие, сколько свингеры, любители острых сексуальных ощущений.
– Ах, свингеры… – пробормотал Ляпа.
– Какие-то проблемы? – небрежно осведомился Бочка.
– Нет… вроде… нет… – До Ляпы только сейчас дошло, почему при встрече Юля целовала Бочку и Шумахера в губы, а во время разговора с интересом поглядывала на него, ничуть не смущаясь присутствия мужа. – Свингеры…
А затем пронзила неприятная мысль: «А вдруг они знают, что в среду я… звонил Кристине?»
И не только звонил. Девушка сказала, что ей лень выходить из дома, и попросила привезти бутылку вина, потому что вечером ждёт подруг «на поболтать». Ляпа сказал, что ему не трудно, спросил адрес и в результате передача бутылки затянулась на два с половиной упоительных часа. О которых, разумеется, он ничего не рассказал Свете.
«Проклятье! Наверняка знают!
Но виду не подают.
Но смотрят так, что никаких сомнений – знают. Но Свете, наверное, не скажут, зачем говорить? Или скажут?»
У Ляпы вспотели ладони.
– У тебя сегодня гостевой пропуск, – сказал Шумахер, глядя парню в глаза. – Принуждения не будет, здесь всё происходит исключительно по доброй воле. Но если произойдёт, то не обессудь, всё будет так, как здесь принято. Понимаешь, что я имею в виду?
– Кажется, да.
– Уверен, что понимаешь.
Будет оргия, не зря же они подчеркнули, что Игорь и Юля – свингеры. Да и Кристина с Ангелиной, судя по всему, совсем не целомудренные особы. Очень бойкие. Весьма умелые… во всяком случае – Кристина. Обещанная оргия манила новыми, ещё неизведанными эмоциями, обещала их, обещала наслаждение на грани, а может, и за нею. Будь Ляпа один, без раздумий принял бы предложение, но Света… Будет оргия, а делиться девушкой Ляпе не хотелось.
«Уйти? А если они скажут Светке? Или Кристина скажет? Или уже сказала?»
Молодой человек понял, что окончательно запутался. И Кристина как раз вышла из раздевалки, высокая, улыбающаяся, в чёрном балахоне, под которым ничего нет. Совсем ничего – выйдя в зал, девушка стала поправлять волосы, поясок развязался и полы балахона распахнулись, открыв обнажённое тело.
