— Не-е-т, — отрицательно покачал указательным пальцем Феллс, — мы поступим умнее. Пускай дальше думают, что мы не раскрыли их уловку. А затем я воспользуюсь этим, чтобы заманить айсерийцев в ловушку. Только мне нужна такая наживка, чтобы из самых глубин всплыли две личности, на которых держится вся айсерийская агентура на этой планете. Зен и Сейна. Чем бы их заинтересовать? — Феллс задумчиво потёр подбородок, — они должны подумать, что Дин будет в опасности без них, но вдвоём они его защитят. И одновременно с этим, чтобы не смогли отказаться от риска… Придумал! Стой здесь.
Заложив руки за спину, Феллс решительным шагом направился к астронавтам. А те продолжали стоять, общаясь всё веселее и веселее не только между собой, но и с многочисленными гостями. Подойдя к троице с натянутой улыбкой, Феллс обратился к Олдрину:
— Эдвин, можно вас на пару слов?
— Конечно, — охотно согласился тот, сию же секунду исполнив просьбу блондина.
Они отошли в самый дальний конец зала и встали у окна. Убрав с лица улыбку и напустив на него важность и серьёзность, Феллс осмотрелся и, убедившись, что рядом никого нет, заговорил с Олдрином вполголоса:
— Знаете, из всех членов экипажа вы мне кажетесь самым разумным. И именно вы сможете быть полезны в моём проекте.
— Я, конечно, польщён, — смутился Эдвин, — но кто вы? И что это за проект?
— Меня зовут Майкл Филлс. Я руковожу новым проектом НАСА, который последует за "Аполлоном-11". Думаю, вашим ушам можно доверить его основную идею.
— Что ж, я слушаю.
— Мы планируем разместить на Луне аппаратуру наблюдения за территорией СССР. Таким образом, естественный спутник Земли станет нашей разведывательной станцией. Ваш опыт полёта очень сильно нам пригодится. Я хотел бы пригласить вас на наше первое секретное совещание как представителя экипажа "Аполлона-11". Вот адрес, где будет проходить наше собрание. Оно состоится в следующий понедельник в девять утра, — Феллс достал небольшой листок бумаги и показал Олдрину аккуратно напечатанный адрес. Дождавшись утвердительного кивка астронавта, он снова убрал бумагу в карман, — запомнили?
— Да. Я прибуду, можете быть уверены.
— Прекрасно. Тогда я жду вас. И помните, никто не должен узнать об этом от вас.
— Даже Армстронг и Коллинз? — удивился Олдрин.
— Никто, — повысив голос, повторил Феллс, — могущество Соединённых штатов зависит от вас, друг мой. До скорого.
— До свидания.
И они разошлись в разные стороны. Два агента двух враждующих межпланетных держав. Они оба ликовали в своих мыслях, но один из них делал это зря… С трудом скрывая дьявольскую улыбку, Феллс подошёл к напарнику:
— Он наверняка всё ещё смотрит на тебя, — предупредил Кристас.
— Ну и пусть смотрит. Он сейчас всё равно ничего не услышит. Его переполняет эйфория от мысли, что поймал крупную добычу. Только Дин не думает о том, что она сама может оказаться хищной. Я приготовлю прекрасную ловушку.
— Ха! Значит, понадобятся мои бойцы?
— Нет. Я возьму их у Тасвила. А ты пополни своё подразделение новыми солдатами и отправляйся в Москву.
— Зачем? — изумился Кристас.
— А затем, чтобы закрепить успех. Уничтожив айсерийских агентов, мы должны будем взяться за перспективных советских политиков. И только потом следует приводить к власти сильных личностей в странах капитализма. Поэтому, убивай любого политика, которого сочтёшь перспективным. У власти в СССР должны оказаться некомпетентные люди. Задача ясна?
— Яснее не бывает! — ухмыльнулся Кристас.
— Вот видишь, у нас с тобой появился отличный шанс победить.
Глава 9. Каждому своя смерть.
Сказать, что двадцать девятое июля 1969 года было для Белфаста неспокойным, значит не сказать ничего. Уличные столкновения между протестантами и католиками напоминали самую настоящую войну. С огромным трудом полиция и армия наводили порядок. Но вскоре стало ясно, что всё это лишь полбеды.
Воспользовавшись суматохой и неразберихой, несколько сотен бойцов Ирландской республиканской армии за считанные минуты овладели частью кораблестроительной верфи. Уже несколько часов они держали три самых больших цеха под напором подтянувшихся из Шотландии частей Британской армии. Из-за каждого угла на штурмующих сыпался плотный свинцовый град. Огромных усилий стоило английским снайперам разглядеть среди станков, кран-балок и недостроенных судов тёмно-зелёную форму и чёрные береты Ирландцев. Досада разъедала умы английских офицеров, ведь артиллерию и авиацию применять было запрещено. Завод требовалось вернуть в целости и сохранности. Поэтому, ничего не оставалось делать, как снова и снова бросать в бой пехоту.
Но если бы в тот момент они увидели, что именно их сдерживает, то как минимум, задали бы себе вопрос: "неужели сейчас нам действительно противостоит это?". Под сложенными в ряд конструкциями кораблей, между токарными станками и сверху, на многотонных прессах, вперемежку с убитыми товарищами лежали солдаты ИРА. Казалось, среди них уже нет ни одного, кто не пострадал в этих боях. Давно переставшие быть белыми бинты, обмотанные вокруг окровавленных ран, виднелись почти на каждом. Плотный запах пороха перемешивался с трупным смрадом. Влажный приморский воздух и тёплый июльский ветер беспрепятственно проникали в цеха, заставляя трупы разлагаться быстрее. Минута боя каждому казалась часом, а час – днём.
В кабинете начальника сборочного цеха между осколками разбитого стекла, порванными чертежами и планами на полу сидели два офицера ИРА. Опасаясь снайперов, они не рисковали подымать голову выше столов. Один из них был уже совсем старик. Но гордая осанка и военная выправка тела чувствовалась даже в сидящей позе. Его широко открытые глаза и бодрое выражение лица были способны воодушевить любого, в ком есть хоть капля воинской доблести. Рядом с ним, облокотившись о ножку стола и положив ручной пулемёт на колени, расположился молодой парень. Лихо сдвинутый на бок чёрный берет, густая щетина, несколько шрамов от шальных осколков и пуль – всё это говорило о том, что его разум и душа не будут молодыми уже никогда. На полу перед офицерами лежал план занятых цехов, а в угол рядом с окном забился связист. Бормоча что-то себе под нос, он крутил ручки своей огромной рации, пытаясь поймать нужную волну.
— Итак, решено, — заговорил старик, — мы будем уходить через канализацию. Было время, когда помимо корабельного, здесь функционировало производство стрелкового оружия, Стивенс работал на этом заводе и воровал отсюда карабины для наших бойцов. Он знает этот подземный лабиринт лучше некуда. Даже если англичане возьмутся нас преследовать, то мы от них уйдём. Но есть другая проблема. Кто-то должен прикрыть наш отход. Для этого нужно найти хотя-бы десять человек, чтобы под обстрелом они держали как минимум проходы между производственными участками. Что скажешь, О'Брайн?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
