Глава 18
Усмехаюсь, вспомнив глаза полусонного продавца попкорна и сладкой ваты, не желающего заводить «карусель» всего ради одной порции. Но деньги творят чудеса. Он просыпается, а я вот еду, как идиот, сжимая одной рукой руль, а другой – белый кокон, который одуряюще воняет жженым сахаром и каким-то сиропом.
А где-то там, в районе задних сидений, под потолком, зависает розовое чудовище, которое на этот раз опознать нереально.
Подъехав к дому, не без усилий справляюсь с этим набором юного аниматора. Вата то и дело подозрительно подрагивает, мечтая покончить с собой на асфальте, а шарик на ночь глядя просится полетать.
Не знаю, удалось бы мне донести это все без препятствий на второй этаж, если бы Полина, заметив меня, не спустилась сама.
- Надо же… - тянет удивленно она, принимая подарки и счастливо улыбаясь, смотрит на меня как на нечто волшебное и с ожесточением добавляет: - А она вот забыла! Представляешь? Она просто забыла! Соврала, что нигде не продавалось, что не нашла, что у нее с собой не было денег!
От обожания, с которым на меня смотрит девочка, выплескивая негатив на сестру, становится тошно.
- У нее действительно… - пытаюсь выдать версию-лайт, почему Алиса вернулась без ничего, но девчонка отмахивается.
Не желая слушать, снова уносит вверх.
Поднимаюсь на второй этаж, уже подхожу к своей комнате, а потом зачем-то возвращаюсь и распахиваю дверь в комнату, которую занимает Алиса.
Она, кажется, ничуть не удивляется такому вторжению.
А я ничуть не удивляюсь, обнаружив, что она сидит за своим ноутбуком. Не печатает, сосредоточенно изучает экран.
Может, уже тогда собирала материл для своей новой книги, изучала порно-ролик: кто, где и как? Говорят же, что писатели иногда долго готовятся, штудируют, а уже потом…
- Как ты добиралась домой? – так как она продолжает делать вид, что меня просто нет, спрашиваю ее.
Молчит.
- У тебя с собой не было денег, - продолжаю настаивать на ответе.
Переводит на меня странный взгляд.
Какое-то время всматривается, как будто во мне за пару часов что-то существенно изменилось.
- Меня подвезли, - отвечает спокойно.
- Кто?
Поднимается, подходит к двери, приподнимает голову, будто что-то услышав, а потом морщит нос и делает шаг назад.
Где-то хлопает дверь, и я подаюсь назад, чем Алиса тут же удачно пользуется, вытесняя меня окончательно.
- У «Никто» и знакомые со странными именами, - говорит она. - Но запомнить также легко. Его зовут - «Это тебя не касается».
И закрывает дверь у меня перед носом.
Мне слышится то ли всхлип, то ли стон, но зайти и проверить уже нереально.
Потому что она впервые закрывает дверь на замок.
У меня не было истерики по поводу того, что мужчина, за которого я собираюсь замуж – миллионер. Думаю, если бы я сказала так, это выглядело неправдоподобно и глупо. Да, я не знала этого. Я вообще, как оказалось, не знала ничего о жизни своего жениха. Стала ли я любить его меньше, узнав правду? Нет. Мне кажется, любовь или есть, или нет, а измерить ее невозможно.
Мои чувства к Назару остались прежними, но мне нужно было время, чтобы принять новости, разобраться, и я занялась тем, что не особо любила, но что у меня благодаря профессии получалось неплохо. Потеснив белое платье, я удобно устроилась на кровати и стала раскладывать все по полочкам.
Итак, Назар сделал мне предложение сам. Я его даже к мысли такой не подталкивала. Значит, я его в качестве будущей жены устраиваю. И он меня полностью устраивал в качестве будущего мужа. Да что там? Я буквально летала от счастья!
Но готова ли я стать женой олигарха?
Можно сколько угодно говорить о равноправии в нашей стране, но социальные уровни есть, и нужно быть идиоткой, чтобы считать, что там, наверху, с распростертыми объятиями принимают тех, кому удается подпрыгнуть. У меня даже сомнений не возникало, что если я выйду за Назара, по моему самолюбию пройдутся не единожды и куда ловчее, чем Павел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
После его слов мне понадобилось около полугода, чтобы восстановить самооценку и начать жить заново, а здесь могут вообще не дать времени для возвращения душевного покоя. Я уже буквально видела заголовки бульварных газет, и там было что-то наподобие: «Провинциалка славно поохотилась на олигарха!». И ведь никто не поверит, что я два года бегала от этого самого олигарха, и поймал меня он, а не я. А о том, что я не знала о его состоянии, даже заикаться не стоит – поднимут на смех.
Но, рассуждая логически дальше…
Рано или поздно Назар был бы вынужден открыться. Так как он не посчитал нужным сделать этого до свадьбы, полагаю, я бы узнала после. Как вариант – увидев дом, в котором мы должны были жить. С учетом его статуса, вряд ли это «хрущевка», как я представляла. Итак, он понимал, что я столкнусь с реалиями его жизни, и так как оттягивал этот момент до обмена кольцами, меня в этих реалиях вполне представлял. Более того – хотел там видеть.
Как человек умный (умалчивание своего статуса пока в расчет не берем), он явно знал и учитывал тот факт, что я… ну да, смотрим правде в глаза, человек не его круга. Вот совсем не его. Уверена, он обдумал и план моей адаптации для более легкого вхождения в свой круг, а, значит, на эту тему у меня голова может не болеть.
Это потом, когда придется усвоить деловой и светский этикеты, ораторское искусство и прочее, и прочее, чтобы с улыбкой и вежливо затыкать рот сплетникам, я взвою, а пока есть другие вопросы.
Что там за пари, о котором упомянула ведущая? Нет, у меня не было мысли, что согласно пари он должен на мне жениться. История нашего знакомства насчитывала уже два года, и если бы ему нужно было просто охмурить провинциалку, он мог сделать это сотни раз и гораздо проще, некоторым достаточно было узнать о его деньгах, чтобы испытать внезапное чувство любви. Но про пари мне хотелось знать. Чтобы однажды меня не подловили с каким-нибудь коварным вопросом, а если там есть подводные камни, кто-нибудь вполне может попытаться на них спихнуть. Так что лучше знать и закрыть для себя эту тему.
Что касается книги, о которой он сказал в интервью…
Пока я размышляла над другими вопросами, ревность слегка отпустила, и я поняла, что не стал бы он на всю страну заявлять о своей любовнице – Книжке. Если бы он хотел ее показать миру, он бы как минимум пришел с ней на конкурс красоты или просто сказал, что проводит вечера с дамой сердца. Кстати, на тот момент его дамой сердца была я.
Ну, почти.
Точных дат, когда мы начали встречаться, не припомню, но теперь кое-что понимаю. Когда Назар первый раз был у меня дома, его приятель Виктор… о, даже имя, наконец, вспомнила! Так, вот, его приятель Виктор зашел с корзинкой, и я спросила: кто это был? Назар тянул с ответом, а потом спросил у меня, мол, а разве я не знаю, кто это?
Так как Виктора я никогда раньше не видела, думаю, Назар подозревал, что я узнала о его социальном статусе и могла предположить, что это за мужчина топчется в моей квартире. А как бы я могла догадаться? Сам он молчал. Ира, соврав пару раз про электростанцию, версию не меняла. Скорее всего, в эфир как раз вышла эта передача, и Назар думал, что я ее видела.
Если бы видела, я бы догадалась, что Виктор – это никакой не приятель, а его подчиненный. Впрочем, они вполне могут находиться и в приятельских отношениях, но он точно на службе у Назара. И теперь становятся понятны его внезапные и своевременные появления - Назар приставил его ко мне. Возможно, после моего рассказа о маньяке. А, может, и раньше, после того, как услышал о намерениях Павла возобновить наши отношения вопреки моей воле, когда выставил его из квартиры.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Здесь я не злилась, наоборот, была благодарна. Павел успел меня порядком достать своим преследованием, и Виктор сильно помог. Так что спасибо и Виктору, и Назару.
Так, что дальше?
