сорвать кочан, то останется заметная дыра. Но еды и без того хватало. Жаль только, что в огороде не росли хлеб и фрукты – овощи Нине начинали надоедать.
– Если мы хотя бы могли испечь картошку, – пожаловалась она однажды, поев сырой зеленой фасоли.
– Огонь заметят, – возразил Маттиас. – И нас найдут.
– По крайней мере, есть еда, – пожал плечами Перси.
Нина вздохнула. Никто из детей ни разу не пожаловался, ни на то, что спят на корнях деревьев и колючей листве, ни на дождь, что поливал их полночи напролёт, ни на землистый вкус воды в ручье. Они вели себя так, будто лес для них – дворец, а сырые овощи – деликатесы. Она снова задумалась о том, как они жили до ареста демографической полицией.
– Что же вы ели в городе, когда жили на улице? – спросила она.
– То же, что и все, – ответил Перси смахивая землю с морковки.
– Иногда в мусорке за булочной находили пончики, – мечтательно протянула Алия, словно это было одно из самых приятных воспоминаний.
Нина вздрогнула.
– А вы не пытались продавать фальшивые удостоверения? – спросила она. – Кстати, как вы научились это делать?
– Скажем просто, что это дело некоммерческое, – заметил Маттиас. – Ничего, если я возьму последнюю картошку?
Нина прекрасно поняла, что перед её носом хлопнули дверью. Маттиас будто сказал: «Не лезь не в своё дело». Однако она не смутилась.
– Можно снова этим заняться, как вы считаете? – спросила она. – Я бы тоже помогала. Почему бы нам не вернуться в город и не пожить на улицах? Я бы пошла с вами… мы бы вместе работали… Может, опять повезло бы найти пончики.
Она усмехнулась Алие. Ей вдруг показалось, что возможно всё – даже есть пончики из мусорки. Лес и сырые овощи – явление временное. Нужно думать не только о завтрашнем дне. Когда соберут урожай… наступит зима… к этому нужно готовиться.
– Когда мы жили в городе, нас арестовали, помните? – сурово сказал Перси. – Кто-то нас выдал. Кто – неизвестно. Так что вернуться мы не можем. Неизвестно, кому верить.
Нина сморгнула слёзы, она не хотела, чтобы дети их видели. Она встала.
– Пойду-ка я сегодня в огород, – пробормотала она. – Моя очередь.
Она равнодушно шла между деревьями и вышла на лужайку, что вела к огороду. Нина забыла фонарик, но это было неважно. Для похода за овощами было ещё рано. Тень от здания школы ещё не легла на лужайку. Спелые красные помидоры блестели в последних лучах солнца.
– Помидоры, картошка, фасоль и морковка, – бормотала про себя Нина.
Для сравнения с таким меню даже пончики из мусорного бачка выглядели неплохо. Она дошла до границы огорода и сорвала первую добычу: огурец для разнообразия.
Кто-то выдал этих детей. Эта мысль не давала ей покоя. Несмотря на то, что их историю она знала очень плохо, только обрывками, кусочками, теперь она их понимала гораздо лучше. Так что совсем неудивительно, что они с самого начала ей не доверяли, когда ненавистный следователь посадил её к ним в камеру. Может, нужно было рассказать им свою историю до конца, после того, как Джейсон её предал. Рассказать, как ненавистный человек хотел, чтобы она их выдала. Может, тогда…
Нина не знала, что бы произошло, если бы она рассказала им всё. Может, это дало бы им повод выдать её.
Это сколько же в мире происходит предательств!
Нина потянула початок кукурузы с одного стебля на краю участка. Она отогнула листовую оболочку, чтобы посмотреть, есть ли там что-нибудь съедобное. Ничего съедобного в початке до сих пор не было, но она всё ещё надеялась. Она поднесла крохотные зёрна ко рту, укусила, задумчиво пожевала… Неплохо. Посмотрела на следующий ряд растений, выискивая початок покрупнее.
И замерла.
В кукурузе, с искаженным от гнева лицом, стоял мальчишка и сердито на неё смотрел.
– Ты! – прошипел он. – Это ты воруешь из моего огорода!
– Погоди, я всё объясню…
Но он кинулся вперёд, схватил её за руки. Другой мальчик подоспел к нему на помощь сзади и стиснул её правую руку. Нина переводила взгляд с одного на другого. Теперь она узнала обоих.
– Ли! Трей! – закричала она. – Вы меня помните? Я Нина. Мы встречались в лесу…
– Ага. И ты помогала Джейсону нас выдавать, – огрызнулся он.
– Это неправда! Неправда! – кричала Нина.
Только всё было бесполезно. Они тащили её за собой.
26
Нина упиралась, цепляясь каблуками за землю. Пыталась вырваться из железной хватки мальчишек. Она помнила их обоих костлявыми рохлями, трусливыми зайцами по сравнению с мускулистым Джейсоном. Но вот и у них наросли мускулы, так что дёргаться было бесполезно.
Ли и Трей наполовину волокли, наполовину несли Нину мимо школы по подъездной дорожке. Потом свернули на тропку. Впереди виднелись неясные очертания каменного дома. Нина сделала последнюю попытку вырваться от мальчишек, но они только усилили хватку.
– Куда вы меня тащите? – спросила она.
– К мистеру Хендриксу, – коротко ответил Ли.
Нина задумалась, кто такой мистер Хендрикс. Ей никогда не приходило в голову, что школа Хендрикса названа так по имени настоящего человека. Может, существует ещё и мистер Харлоу? Или миссис Харлоу?
Как в момент опасности в голову лезет всякая ерунда? Просто удивительно. Теперь они стояли перед домом, и Ли стучал в дверь.
– Мистер Хендрикс! Мистер Хендрикс! Вора поймали!
Дверь распахнулась. Нина, глядя прямо перед собой, никого не увидела. Потом, как мальчишки, опустила голову. Перед ними сидел человек в инвалидной коляске.
– В самом деле, – удивился он.
Ли дёрнул Нину за руку и втащил в дом.
– Ну, юная леди, что вы скажете в своё оправдание? – спросил мистер Хендрикс, когда все трое выстроились перед ним в прихожей.
Нина открыла рот, но ничего не сказала.
– Конечно же вам есть что сказать в свою защиту, – повторил мистер Хендрикс.
– Уж не знаю, что вам ответить, – выпалила Нина. – Кто знает, на чьей вы стороне?
Мистер Хендрикс засмеялся.
– Наверное, придётся рассказать правду, – заметил он.
Все ждали. Нина крепко стиснула зубы. Всё кончено. Этот мистер Хендрикс несомненно позвонит в демографическую полицию и её снова арестуют. На этот раз ненавистный человек не оставит ей шансов проявить себя. Единственное, на что она надеялась, Перси, Маттиасу и Алие удастся бежать. Их нужно предупредить…
– Значит, говорить отказываетесь? – отметил мистер Хендрикс. – Тогда мои юные друзья расскажут мне, что они наблюдали. С того и начнём.
– Сэр, – начал Ли. – Мы поймали её, когда она ела кукурузу. А ещё она нарвала много овощей и положила в тот мешок.
Только теперь до Нины дошло, что на шее у неё висит старый вонючий джутовый мешок. И быстро, прежде чем её спросили, как она одна может съесть все эти запасы овощей, проговорила:
– Я проголодалась. Очень давно не ела.
– Ага, – заметил мистер Хендрикс. – Вот мы и услышали оправдание.
Он прищурился, будто смотрел вдаль. Потом покачал головой, совсем чуть, даже седая копна волос на голове не шевельнулась.
– Ребята, пожалуй, теперь я сам справлюсь. Отведите её в гостиную, а потом займите свои посты.
Нине стало интересно, что
