Побег Мелиссы из головы не идёт. – Абби рассеянно взяла протянутую конфету. – Вчера всё встало на свои места, а сегодня опять ничего не сходится.
– Что не сходится?
Абби закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями, а затем болезненно сморщилась и потёрла ребро. Кейси не придала этому никакого значения.
– Не понимаю: как можно сбежать, бросив вещи? Кто побежит босиком? Ночью в полях так холодно, что пар изо рта идёт! Ещё этот туман по утрам. Как-то раз я из любопытства вышла на порог, чтобы проверить, насколько он густой. Так вот, дальше вытянутой руки вообще ничего не видно. Это я к тому, что утром в тумане очень легко заблудиться. Замёрзнуть насмерть, а потом заблудиться.
Кассандра усмехнулась, отметив кривую логику соседки, но вслух ничего не сказала. Идея замёрзнуть, а потом бесплотно витать в тумане по полям в этом случае не была такой уж неправдоподобной.
Кейси задумчиво проглотила пару разноцветных драже и решила всё-таки докопаться до истины:
– А что именно встало на свои места?
– Что?
– Ты так сказала вначале.
– Я сказала?
– Абби, соберись. Ты сказала: вчера всё встало на свои места. Что ты имела в виду?
Абби посмотрела на Кассандру:
– Ну, это из-за шайки Бобби. Я думала… в общем, не важно.
– Нет, важно. Скажи, – потребовала Кейси. – Ты думала, что они не сбежали?
Абби смутилась, но Кассандра молчала, и ей не оставалось ничего другого, кроме как ответить на вопрос. Она повернулась к Кейси, устроилась поудобнее и откашлялась:
– Это из-за фонарика Бобби Спенсера.
Кейси скептически выгнула бровь, но Абби быстро сказала:
– Я понимаю, как это звучит. Но у меня и впрямь не укладывается в голове, что Бобби мог его бросить. Это почти как с одеждой Мелиссы. Он так с ним носился, даже имя ему дал. – Она напряглась, пытаясь вспомнить, какое именно, но это ни к чему не привело, и она добавила для убедительности: – Готова поклясться, что он бы вернулся за ним даже из города!
– Ну хорошо. А что за бумажку ты изучала сегодня утром?
– Это список воспитанников приюта, – угрюмо ответила Абби. – Вчера там было три зачёркнутых имени, а сегодня четыре. Должно быть, они сами вычеркнули себя перед тем, как сбежать.
– Вычеркнуть не забыли, а вещи побросали. Ага, как же, – усмехнулась Кейси.
Абби с удивлением уставилась на неё:
– Так, значит, ты тоже чувствуешь неладное?
– Как сказать. – Кассандра задумчиво постучала пальцами по столу. – В первом случае я почти уверена, что это побег. Просто этот Бобби не так сильно дорожил фонариком, как ты думаешь. А вот Мелисса… Тут явно что-то не сходится. Может, она умеет ходить во сне?
– Что? – удивилась Абби, а затем смутно поняла, о чём идёт речь. Мадам Доне постоянно говорила, что у неё есть сестра-близнец, которая страдает лунатизмом. – Нет… Вряд ли. Мы бы давно это заметили.
Кассандра долго смотрела на Абби, а потом негромко произнесла:
– Значит, её могло что-то напугать.
Абби задумалась. Что могло напугать Мелиссу Уоррен? Она даже пауков не боится!
– Или, – продолжила Кейси, – Мелисса никуда не сбегала.
После этих слов Абби пришла в смятение:
– А куда же она тогда делась?
Кассандра пожала плечами.
– Давай погадаем? – вдруг предложила она.
– Погадаем? Зачем?
– Попробуем получить ответ.
Абби, заинтересовавшись, подвинулась поближе:
– Давай. А как мы это сделаем?
– Ну, – Кассандра потёрла ладони, воодушевлённая быстрым согласием Абби, – нам понадобятся блюдце, свеча, зеркало и вода.
– Мы можем спуститься в туалет. Там есть и вода, и зеркало. Свечку я поищу в гостевой, а за блюдцем придётся идти в столовую.
– Хорошо.
Кассандра была уже у двери. Она дёрнула дверную ручку и с удивлением уставилась на неё, когда та осталась в её ладони:
– Что это? Когда она сломалась?
Абби замялась:
– Не знаю. Я ещё с утра почувствовала, что она болтается.
Кассандра закатила глаза и принялась вставлять ручку обратно:
– В этом доме есть хоть что-нибудь целое?
– Спроси у мистера Брауна, – ответила Абби и подошла помочь.
– А что толку – он же всё равно не ответит, – заметила Кейси.
Вдвоём они кое-как приладили круглую медную ручку к двери и, убедившись, что она не выпадет обратно, вышли в коридор. У спален, откуда доносились бодрые голоса плотников, толпились дети. Никто из них даже не оглянулся на девочек – все были увлечены процессом ремонта, не желая пропустить ни одной детали. Абби подозревала, что Энн Бридж и Лорейн Паркер ходят смотреть вовсе не на ремонт, а на самих рабочих, которых вчера вечером они с упоением обсуждали, позабыв о дневных разногласиях. Сегодня, к примеру, побег Мелиссы волновал Энн до тех пор, пока у дома не появились знакомые пикапы. Она тут же заметно повеселела и кинулась встречать молодых людей в гостевую комнату, едва не сбив с ног мистера Брауна.
Абби подумала, что это к лучшему. Получается, внизу они будут одни, и найти то, что им нужно, не привлекая чужого внимания, не составит труда. Стоило остерегаться лишь взрослых, но это полбеды.
Когда девочки спустились, Кассандра осталась ждать Абби возле уборной, а та направилась в гостевую, прямиком к старому невзрачному комоду, который из-за отсутствия у него задних ножек стоял привалившись к стене. В нижнем ящике под обильным слоем паутины Абби обнаружила несколько восковых свечек и, быстро сунув одну в карман, выскочила из комнаты.
В глубине души Абби радовалась, что Кейси не уехала вчера с Энди. Значит, она останется в приюте ещё на какое-то время. Несмотря на то, что вчера сказала Гвендолин, она начала привыкать к своей соседке. Надо признать, проводить с ней время оказалось крайне интересно. Возможно, это чувство отчасти вызвано ослабевшим контролем миссис Мэдисон, отчего каждый из ребят почувствовал себя немного вольготнее, и ремонтом, которого в этих стенах не было уже очень давно. Но появление Кассандры вместе с её удивительными книгами, защитными линиями из мерцающей пыли, таинственным прошлым, цепким вниманием и праведным гневом, вызванным запретом свободно перемещаться по приюту, необычайно оживило привычную жизнь Абби. Она уже не терзала себя ежедневными меланхоличными мыслями о брате и начала чувствовать, что безотчётный страх перед миссис Мэдисон с каждым днём отступает. Абби обнаружила, что в их старом разрушающемся доме, в котором она прожила большую часть жизни, много интересного и загадочного, что самые обычные занятия могут быть очень увлекательными, а от обычных рутинных разговоров, если сорвать с повседневности пелену безразличия, можно получить много пищи для размышлений.
Войдя в столовую, Абби, осторожно достала из серванта с посудой первое попавшееся блюдце, протёрла его краем толстовки и поспешила обратно к
